Весёлое утро
Чуя проснулся первым. Открыв глаза, он заметил, что лежит в крепких объятьях. Только парень попытался понять "где он и что случилось вчера", как голову пронзила сильная боль. А когда попытался встать, то и всё тело.
Тут он почувствовал, что рука сжимающая парня за талю ослабила хватку.
- Чуя? - послышался хриплый и ещё сонный голос Осаму.
Накахара лежал спиной к своему собеседнику и с просоня не понял кто это. Повернувнышсь он увидел шатена, тот явно ещё не до конца понимал, что происходит.
Сказать, что Чуя охренел, ничего не сказать. Он подскачил с кровати, он его тело прошибла невыносимая боль
- Ты чё тут делаешь!? - сидя на полу скорчившись, спросил Накахара.
- Хороший вопрос... Только если бы я помнил... А ты так и будешь голый на полу валяться? - с прошлой улыбкой спросил шатен.
- ААААААААА! БЛЯ! - Чуя дополз до шкафа и взял домашние штаны и футболку.
Осаму встал и подошёл к своей одежде, которая валялась на полу.
- Слушай, Чуя. - шатен посмотрел на Накахару. - Два парня лежат на одной постели голые, у одного болит жопа. Это то о чем я думаю?
- Грх.... По ходу да....
- Ха-ха!
- Чего ржешь!?
- Чу~уя, ты же ещё девственник? Точнее был, Ахахаха!
- Умолкни!
Когда парни были одеты, оба пошли на кухню.
- Так, всё. Сматывайся. - Рыжик подошёл к кухонным шкафчикам.
- Чу~уя, как не культурно. Или чё, поебался и съебался? - кареглазый сел за стол.
- А что, мне тебя кормить???
- Почему бы и нет?
Голубоглазый стал готовить. Когда он потянулся к верхним шкафчикам, почувствовал, что кто то подошёл сзади.
(Примечание: Чуя кладёт нечасто используемые ингредиенты и приправы в верхние шкафчики. Обычно, чтобы достать, что-то от туда - он ставит табурет, но перед этим пытается достать сам. Таким образом, он определяет, подрос ли он)
Рыжика притянули за талю.
- Тебе помочь? - приблизившись к уху пассива, томным шёпотом спросил шатен, опаляя горячим дыханием апонента.
По телу голубоглазого пошли мурашки, он был в ступоре, сердце билось сильно-сильно, а в голове как пластинка прокручивался голос Осаму.
- Ты что творишь? - с раздражением, но дрожащим голосом спросил Накахара.