Тестовые зелья всегда неудачные [закончено]

"-Ты убил их всех?..-Гречин пришёл в шок.

Усталость ушла, а мозг старался обработать только что полученную информацию. Никого больше нет... Всё что он делал напрасно, ведь человек, которого он искал так долго сидит перед ним. Маньяк убивший Вируса, да и всех остальных - он, его лучший друг. Фиксай смотрел в пол, не думая ни о чём, желание убить себя заполнило его разум. Покончить с этим раз и навсегда, чтобы этого никогда больше не повторись ни с кем. У Гречина в голове было множество мыслей; простить, убить, прогнать, наорать, успокоить и кучу других. Каждая из них неправильная по отношению к Фиксаю, а другая часть к покойным друзьям. И как назло надо быстрее реагировать на этот нелучший рассказ.

-Ты всех убил...-Принимая от части, повторил Гречин.

-Да, я.

Гречин замолк в очередной раз. Принять, отказать... Или же есть другой вариант решение проблемы.

-Я не буду тебя убивать. Всё таки я не такой как ты.-Звучало как усмешка, но слова не несли цели смеяться.-Я могу... Не уверен что могу, но в моих силах вернуть всё назад. В смысле всех остальных, если повезёт.-Но сам Гречин знал про невозможность выполнения, хотя если вложиться в работу на все двести процентов, то вполне звучит реально.

-Ты... Ты серьёзно?-Фиксай медленно посмотрел на Гречина испуганным взглядом, а тот старался улыбнуться ему.

-Я ещё никогда не подводил, друг мой! Ну...-Последние восемь дней испортили его репутацию, скрытные, так что говорить так относительно правда.-Не то чтобы я обещаю успех, но! Я обязательно сделаю всё что в моих силах."

-Нет, не смей этого делать. Положи нож и мы всё мирно обсудим.

"-Я... Я не знаю что говорить, Гречин... Огромное тебе спасибо.-Фиксай не верил, его заблуждают, но с другой стороны это Гречин, который всегда искринный, по крайней мере с ним.

-Всегда пожалуйста. Я даже сейчас принесу зелье, оно обязательно устранит все негативные эффекты.-Гречин встал с дивана и не выслушивая ответа Фиксая ушёл в свою лабораторию.

Фиксай вздохнул в который раз. Он не ожидал именно такого; его простили, всё то что он сделал, а он устроил геноцид чуть ли не всей деревни! Пообещали вернуть всё обратно, тот мир где он чувствовал себя живым в последний раз, когда ценил каждый миг проведённый с мёртвыми друзьями. Теперь вернут его обычное состояние. Это так странно, казалось ему. Он ожидал что на него наорут в малом случае, в конце концов прикончат его. Он готовился к тому, что возненавидят, не простят и скажут пойти утопиться, но ожидания провалились."

-Я ведь сказал, что всё вернётся на свои места, значит я обязательно выполню. Подожди ещё недельку и... Блять, нож от себя убери!.. Сейчас же, я сказал!

Фиксай стоял напротив Гречина в метрах шести. В его руках был нож, направленный лезвием на самого себя. Лицо уставшее, замученное, желающие только одного - покинуть мир. Он устал ждать, прошло почти две недели и всё это время Фиксай находился дома, угнетая себя, ухудшая своё состояние до минимума. Он не выходил из дома, кожа бледнела с каждым днём всё сильнее, он походил на живого вампира. Тело истощилось, проведя три дня без употребления пищи. Руки дрожали от нехватки физических сил и в какой-то мере моральных. Мозг поглощён мыслями о самообвинении и выборе самоубийства. После проведённых дней взаперти и депрессивных настроях, Фиксаю захотелось умереть красиво. Поэтому он пришёл поздно вечером домой к Гречину. Его социальные сети пустели и все списал на его исчезновение, а кто-то списывал это на его смерть.

Гречин же наоборот. Он работал не покладая рук, погрузился в процесс полностью, но пока что ему удалось воссоздать неверные материальные оболочки, отдалёно напоминающие тела людей. Вернуть прямо из тех тел невозможно. Но найдя останки относительно облегчило его работу. Легче всего вернуть будет Папонику, так как её тело не до конца ещё разложилось, а сложнее всего Вируса и Вуджо. Опять забив на себя, на своё здоровье, Гречин делал всё, что мог, даже больше. Но сейчас перед ним стоит Фиксай, ради которого он сейчас всё делает. Да, ему нет дела до них всех, только до человека стоящего около него с плохими намерениями. Он хочет сделать так, чтобы именно Фиксаю было хорошо, но ему всё равно, ведь сам может приспособиться к любым условием и с кем угодно. Все те не были никем для него, только людьми для поддержания "статуса", до которого всем так же всё равно. Все были провинившимся в его учёных глазах, но Фиксай - персона проявившая большие усилия и втёрлась в его доверие до такой степени, что Гречину есть дело до него. Но сейчас...

-Опусти нож, Фиксай.-Ровным голосом сказал Гречин, делая неосторожный шаг вперёд.-Я пообещал всё вернуть, значит я обязательно всё верну в норму.

Гречин старался успокоить Фиксая изо всех сил. Нет, паники у Фиксая нет, другие эмоции тоже исчезли, словно по взмаху лёгкой руки. Он пытался успокоить перевешивание между нормой и подавленным состоянием, хотя словами никак не помочь в такой ситуации, только хуже сделать можно. Фиксай сделал взмах ножом, но резко остановился. Гречин чуть не бросился в его сторону, затаив дыхание. В глазах помутнело от страха на долгие затяжные секунды.

-Ф... Фиксайчик, убрал нож живо!..-Переходя на нервы, прокричал перепугавшийся Гречин.

Фиксай ухмыльнулся и убрал руки. Гречин закрыв глаза, вздохнул с огромным облегчением. Кажется, у него получилось. Но нет. Гречин открыл глаза в тот миг, когда руки Фиксая подняли нож ввысь и ударили в живот, в район кишечника. Второй удар, более глубокий, Фиксай горбился, когда ощущение боли доходило до нервных окончаний. Третий удар, кровь хлыстнула из тела, огромным плеском, попадая на пол, окрашивая лицо и руки Фиксая в алый цвет. Гречин онемел. Глаза расширились в страхе, а тело отказывалось контролироваться. Четвёртый удар, начал виднеться кишечник из под разрубленного мясного покрова. Пятого удара не последовало, а разрез вдоль правой стороны живота. Боль уже не ощущалась, но зато виднелись кишки.

-Фиксай, твою мать, перестань!-Переходя на грань вскрикнул Гречин в последний раз до того, как подбежал к Фиксаю, хватая его за плечи, а слёзы так и появлялись на глазах.-Ты же понимаешь, что я не смогу вернуть тебя если ты продолжишь?! Прошу, прекрати!..-Кричал он, надрывая уставшие голосовые связки.

Фиксай никак не отреагировал на предупреждение Гречина. Руки выронили нож, а пальцы взялись за кишечную палочку, медленно доставая её из положенного места. Гречина начинало тошнить и он отвернулся, убрав руки и попятился назад, испуганными глазами со слезами смотря за происходящим. Он закрыл рот руками, пытаясь не закричать во весь сорванный голос. Страх поразалеровавший всё тело заставлял отступить. Запах свежей плоти вызывал рвоту у Гречина. Руки Фиксая достали толстую мясную палочку из живота и медленно приближали к отрытому рту. Укус.

Это последнее что запомнил Гречин, перед тем как зажмурить глаза. Звуки поедания кишечника он никогда не забудет. Ту улыбку на лице Фиксая, безумие.. Видеть то как человек улыбается кровавой улыбкой, поедая самого себя, отвратительно и пугающе. Ещё тошно с осознания, что сам ничего не сделал, хотя мог спасти его. Уберечь от мыслей или побочного эффекта или что это вообще было!..

Гречин вложил все свои силы, все свои старания в "реанимацию", которая как следовало ожидать не встретила успеха. Опыты над животными и создание непонятных нечеловеческих существ никак не помогло в том, что ему было нужно. Разумные существа не получались, так же как воссоздать тела людей. Ни одно вещество не может быть прочным, целым как кости людей. Ничто не имеет такого же свойства как человеческая плоть, а это только основа. Органы, искусственная кровь, нервные окончания просто нереальны. Всё неподвластно уставшему Гречину. Грубо говоря месяц без сна, но результатов ровным счётом никаких. Он понимал - это затяжная работа, на несколько лет ии даже десятилетий. Но он один, а трупов много, сил одного человека недостаточно, а знаний тем более. Работа тяжка, психика не выдерживает всего.

И вот, в его руках огромный булыжник. Мост под ногами, а впереди озеро, глубиной в более десяти метров. Пустой взгляд смотрел в осеннюю воду. Вода сегодня спокойна, ветра почти нет, верхушки деревьев мирно стоят на высоких сопках. Облака медленно плывут по небу, никуда не торопясь. Они беззаботно двигаются, свободны, дел у них нет, счастливые словно... На камне написано всего два слова, кривым почерком: "Простите меня.". Гречин сошёл с ума взаперти. Ощущение вины и чувство долга заполнило его бесконтактное сердце.

Он был обязан всем помочь, он был обязан всё остановить, он был обязан вернуть всё вернуть, но не страдать чушью. Мозг заполнен отчаянием и убийственным горем. Желание всё прекратить - единственное о чём желает Гречин. Хочется и кричать и выть, плакать и рыдать горячими слезами, молчать и закончить. Но закончить не с делом, а с собой. Восстановить у него не получиться никогда - пришёл к выводу он.

Гречин сжал булыжник в руках сильнее, до белых костей. Руки тряслись неслабо. Он вздохнул.

-Вот так вот просто я сдаюсь, таким тупым способом.-Гречин говорил самому себе, создавая ощущение, что кто-то его слушает.-Ужасно. Ужасно глупо...

Разбег и прыжок в воду, момент напомнил то лето... Глаза увидели воду, а глаза потом закрылись. Шума нет, только всплески раздались. Камень давил вниз, но Гречин не сопротивлялся давлению. Да, так тупо. Бюджета не хватило, соррян.