10 глава
Филипп Филиппович и его подопечный находились в полной тишене. Некудышный сидел на стуле молча, мечтая провалиться под землю , лиж бы избежать очередной взбучки, но в отличии от своего подопечного Преображенский был спокоен , но все же надеясь , что хоть на этот раз удасца преструнить Шарикова. Раздвался стук в дверь и в кабинет профессора вошел его ассистент . Он был озадачен тем , что потребовалось профессору , так , как на остаток дня ни каких дел не намечалось . Когда он увидел Палиграфа Палиграфовича то все понял , не стал спрашивать зачем его звали.
- Что на этот раз? - мужчина подошел к профессору , который стоял рядом с неудачным результатом первой операции.
- Да , вот , - начал Филипп Филиппович ,- этот голубчик воовался ко мне в кабинет , начал вести себя не подобающим образом , причем в алкогольном опьянении. Набросился на Марию и чуть ее не убил.
Дослушав до конца , ассистент Преображенского не зная , что сказать.
- Ну знаете ! Это переходит все границы ! - взревел доктор - Я могу стерпеть хамство и неуважение к себе , но не к Марии и особенно к Филиппу Филипповичу . Либо вы извеняетесь перед профессором и идете просить прощения за свою выходку перед Марией, либо я снова запру вас в клодовке на всю неделю , а то и больше , и у вас не будет возможности куда нибудь выйти. Вам ясно ?!
На несколько минут в кабинете профессора Преображенского настало молчание . Шариков не хотел всю неделю сидеть в кладовке , там плохо пахло , хотя он мог запросто выбить дверь с питель , но тогда ему достанется еще сильней да и перед девчонкой извенятся не хотелось. Она сама виновата , нечего было его провоцировать , дали бы просто копеечку и все. Так нет.
- Ладно, - сдался Палиграф , - где она ?
- А это нам неведомо, - развел руками Иван Арнольдович ,- сами ее ищите.
Еще ее и искать , не жирно ли им будет ? Зачем только Зинка ее подобрала , ладно он бы свыкся , что она живет тут ввиде кошки , но не ввиде человека. Накой Филиппычу понадобилась она ? Еще одна игрушка? Но сейчас не об этом , нужно найти эту кошару и " извениться " , как бы ему этого не хотелось , но сделать предется.
Шариков вместе с Борменталем скрылись за дверями , теперь Филипп Филиппович мог спокойно вздохнуть и наконец закончить эту документацию .