Экстра 23.
Черные, глубокие глаза мужчины остановились на первокурснике. От неожиданного столкновения взглядов тот непроизвольно сделал шаг назад.
«Как стыдно...» – мелькнула мысль, и он незаметно придвинулся ближе, чтобы хоть немного компенсировать неловкость. Однако то, что прозвучало дальше, ударило по самолюбию куда сильнее.
– Это не друг.
Холодные слова. Хотя нет, скорее даже не холодные, а равнодушные. Мужчина слегка склонил голову, удивленно глядя на У Ёна.
– Тогда кто?
– Просто новенький из клуба...
«Новенький из клуба». Не младший, не по имени, даже не близкий младший. Просто новенький. И это было сказано с таким безразличием, что первокурсник понял – не ему одному показалось, будто У Ён не хочет продолжать разговор.
– Клуб? – переспросил мужчина, переведя взгляд на первокурсника.
И хотя в его выражении читалась приветливость, первокурсник снова почувствовал желание сделать шаг назад. Мужчина смотрел на него с улыбкой, даже поздоровался, но от его взгляда внутри все сжималось.
– Здравствуйте.
– ...Здравствуйте, – промямлил первокурсник, робко кланяясь. Раз этот человек старше У Ёна, значит, он явно намного старше и его самого.
Мужчина, все так же улыбаясь, задал вопрос:
– Ты новенький в «Чтении английской классики»?
– Да...
Почему же даже такой простой вопрос заставил его почувствовать себя ничтожным? Может, из-за слишком красивого лица этого человека? Или из-за безупречного костюма, который он носил? А может, из-за той естественной уверенности и харизмы, которая от него исходила?
– Рад знакомству.
Мужчина вполне мог бы использовать неформальную речь с младшим, но, напротив, говорил предельно вежливо. Затем, указывая на себя пальцем, он добавил:
– Я был предыдущим президентом этого клуба.
Теперь стало понятно, почему старшекурсники так хорошо знали парня, с которым встречается У Ён.
– Значит, вы... хён... раньше? – спросил первокурсник, ощутимо смутившись. Слово «сонбэ» вдруг показалось слишком формальным, и он осторожно посмотрел на У Ёна, прежде чем исправить свое обращение.
К счастью, У Ён, похоже, не обратил на это внимания. Он по-прежнему стоял рядом с мужчиной, не сводя с него восхищенного взгляда. Зато тот, кто назвался бывшим президентом, с легкостью поддержал разговор.
– Да, до У Ена.
Его левый глаз с двойным веком очаровательно прищурился, и это почему-то раздражало.
«Говорят, у тех, у кого двойное веко только на одном глазу, часто ловеласы... Неужели У Ён сонбэ встречается с таким?» Невольно закравшаяся мысль подняла в нем слабое чувство протеста.
– Я Ким Дохён. А вы?
– О, я... – пробормотал первокурсник, снова бросив взгляд на У Ёна, прежде чем неуверенно назвать свое имя.
«Ким Дохён... Как же это имя идеально подходит к его внешности. Даже с именем У Ёна оно звучит гармонично...» – мелькнуло у него в голове, и он чуть не застонал от собственной глупости.
– В клубе, оказывается, много симпатичных новичков.
Эта похвала заставила первокурсника почувствовать себя неловко. Хотя он и не считал себя лишенным привлекательности, перед таким впечатляющим мужчиной он вдруг ощутил себя совершенно ничтожным. Единственное, что оставалось, пробормотать в ответ что-то вроде комплимента, который прозвучал так же неубедительно.
– Сонбэ тоже очень симпатичный.
– Ха-ха, это лесть только потому, что я бывший президент клуба?
Даже его улыбка, открывающая ровные белые зубы, была идеальной, словно из рекламного ролика. Он выглядел как человек, который прошел бы любой семейный ужин перед свадьбой без единого нарекания. А учитывая, что он тоже выпускник этого университета, его образование только добавляло веса.
«Честно, у него есть все...»
Самым завидным было, конечно, то, что У Ён принадлежал ему. Возможно, почувствовав взгляд первокурсника, У Ён слегка потянул мужчину за рукава пиджака и неуклюже вмешался в разговор:
– Это мой парень.
Первокурсник замолчал, едва не задохнувшись от потрясения. «Спасибо, я и так это вижу, сонбэ.» Но сказать это он не успел, потому что У Ён с едва заметной настороженностью добавил:
– Через пару недель будет два года, как мы вместе.
– ...Правда?
Теперь он знал информацию, о которой не просил и знать не хотел.
«Подождите, что? Он сейчас ревнует?»
Неужели У Ён подумал, что он как-то заинтересован в его высоком и элегантном парне? У Ён, казалось, был настолько обеспокоен, что не сообщил об их отношениях, что продолжал объясняться. Он метался взглядом между мужчиной и первокурсником, потом прокашлялся и продолжил:
– Мы начали встречаться еще когда хён учился здесь. Все в клубе знают, что мы вместе.
Искры, зажегшиеся в его глазах, были похожи на радость ребенка, который гордо демонстрирует свою любимую игрушку. У Ён явно наслаждался моментом, словно хвастался своим редким сокровищем. Это детское проявление тщеславия было трогательным, но, увы, для первокурсника невыносимым.
– Это... здорово. Вы так подходите друг другу.
Как кто-то мог сказать что-то другое, глядя на это лицо? Первокурсник ответил чисто из инстинктивной вежливости, но тут же захотел покарать себя за эти слова. Как можно было похвалить пару, в которой объект его симпатии был с кем-то другим? Его сердце разрывалось на части.
– Да, нам это часто говорят.
Лицо У Ёна порозовело от удовольствия, и он выглядел настолько милым, что хотелось ущипнуть его за щеку. Но мысль о том, что его восторг вызван похвалой их отношений, заставила первокурсника с трудом сдержаться от раздражения.
И как будто этого было мало, мужчина, наблюдавший за сценой, добавил:
– Берегите нашего У Ёна, пожалуйста.
«Наш У Ён.» Не просто У Ён, а «наш У Ён». Эти слова прозвучали, как последний удар по его терпению.
– А еще спасибо, что вступили в клуб. Каждый год мы не добираем людей, так что благодаря вам, клуб, наверное, все еще существует.
Мужчина, кажется, искренне улыбался, но первокурсник знал правду: клуб «Чтение английской классики» и сейчас едва набирал минимальное количество участников. Проблема, конечно, была не в отсутствии желающих, а в слишком строгом отборе. Целая толпа хотела хотя бы раз поговорить с У Ёном, но половина из них даже не проходила через начальный этап отбора.
– Как-нибудь загляну в клуб, угощу вас чем-нибудь вкусным. Можете заказать что угодно, а вы в ответ проявляйте усердие в работе клуба.
– А, не стоит... – попытался ответить первокурсник, чувствуя себя крайне неловко.
«Почему он такой идеальный, даже характер?»
Хоть первокурсник и думал, что готов бороться за У Ёна, брать обед у его парня казалось верхом наглости. Более того, его уверенность в своих силах испарилась в момент, как только он впервые увидел этого мужчину.
– Хотел бы поговорить подольше, но мне уже пора, – продолжил мужчина, подняв левую руку и мельком взглянув на часы. Под рукавом пиджака блеснули идеально стильные часы, точь-в-точь такие же, как те, что носил У Ён. Именно те, которые когда-то были мечтой первокурсника.
«Парные часы?!»
Он едва не задохнулся от возмущения. Это же те самые часы, которые большинству людей и в одиночку не достать! А эти двое носят их как символ своих отношений. Мужчина, казалось, не замечал его внутреннего потрясения и, слегка кивнув, попрощался:
– Тогда до встречи. Берегите себя.
– Да, и вам...
На прощание он заметил, как мужчина взял У Ёна за руку. Их пальцы переплелись, и даже издалека это казалось слишком идеальным.
Внутри первокурсника все перевернулось.
И в этот момент У Ён вдруг обернулся, будто вспомнив что-то.
– Αх...
Его взгляд на мгновение остановился на первокурснике. На долю секунды тот ощутил нелепую надежду. Может, У Ён жалеет, что уходит, и хочет сказать что-то теплое перед прощанием?
– Простите, но...
Надежда тут же начала рушиться.
– То, о чем мы говорили ранее... У нас не получится пойти.
– ...Что?
«Ранее»? Очевидно, речь шла о парке развлечений. Первокурсник еще надеялся, что они смогут туда пойти позже, даже если не в эти выходные. Но У Ён продолжил:
– Даже если я буду свободен, я бы не пошел вдвоем.
Последние остатки надежды рассыпались в прах. Грусть и пустота накрыли его с головой, и в этот момент У Ён добавил последнее, что стало настоящим ударом:
– ...Прости.
Из всех слов, это «прости» оказалось самым болезненным. Первокурсник вдруг вспомнил слова старшекурсника: «Это ж тебе будет стыдно, а не мне».
– Пойдем, хён, – сказал У Ён, потянув своего парня за руку.
Мужчина молча последовал за ним, но, уходя, мельком оглянулся. В его взгляде читалась легкая жалость, которую первокурснику стало еще труднее переносить. Получить сочувствие от того, кто должен быть соперником, унизительно до глубины души.
– ...Xa-a... – тяжело вздохнул он, беспомощно растрепав свои волосы.
«Кто вообще придумал эту чушь про голкиперов? Голкипер в воротах мяч не залетит».
В душе первокурсника, где недавно бушевала весна, внезапно наступили заморозки. Итог его смелой игры – сокрушительное поражение.
Это была его первая любовь. И его первое разбитое сердце.