Глава 18.
Было темно, ступеньки оказались высоченными. Пару раз Пит, не отличавшийся особенной внимательностью и удачливостью, чуть не сверзнулся к началу лестницы. Однако Стив, идущий сзади, вовремя его ловил. Близнецы, по своему обыкновению, на разный манер каждый раз спотыкаясь, чертыхались и бранились, на чём свет стоит.
- Не сквернословьте. Вы всё же в храме, - одёрнул их Юджин, после очередного раздражённого вздоха Тао Лу.
Джим и Уилл пристыженно затихли и принялись молча пихать друг друга, как всегда выясняя, кто виноват. Морган шёл, не глядя на ступеньки, и сразу было ясно, что он знает их каждую. Джо было подниматься труднее всех, ведь он был очень широк в торсе. Его плечи буквально тёрлись о стенку слева и о перилла справа. Стив шёл спокойнее всех, замыкая торжественное шествие.
Хранитель поднялся на четвёртый этаж и пошёл по коридору. Наконец, он остановился у одной из дверей и настойчиво постучал. Из комнаты тут же послышались недовольные вскрики:
- Кто там?
- На дежурство ещё рано!
- Мы же привезли статуэтки, так дай хоть отдохнуть по-человечески!
Не дожидаясь позволения войти, Лу распахнул дверь и шагнул в комнату. Там, на шёлковых китайских коврах, сидели парень и девушка. Девушка была азиатской внешности, тоненькая и маленькая, как сувенирная фигурка. Парень оказался почти таким же крепким, как Морган, только немного более поджарый, а ещё мулат. Разглядев за спиной Хранителя друга, они повскакали с мест, бросив на пол кости, в которые играли, и на перегонки кинулись к нему.
- Мо! Мо! Мы так скучали! - воскликнула девушка, привставая на цыпочки и обвивая изящными руками шею Юджина.
Джейн почувствовала укол какого-то неприятного ей чувства, пождала губы и вышла из тени. Девушка заметила её и, переводя взгляд с Юджина на Тёрнер, спросила:
- А это кто?
- Мейли, Бадд, знакомьтесь - это мои спутники, - он снова представил всех ребят.
- Позвольте выразить свою радость из-за знакомства с вами, - помпезно сказал Джим, целуя руку Мейли.
- Безумно, безумно счастлив познакомиться с таким прекрасным цветком, - поддержал его Уилл.
Мейли улыбнулась каждому, но Джейн показалось, что Джиму она улыбнулась сильнее и радушнее, чем остальным. Фыркнув, девушка сложила руки на груди - это её мальчики, и она ни с кем не собирается ими делиться! К тому же, эта Мейли вскоре поймёт, что очаровать любого из близнецов - номер пропащий. Эти двое имеют чёткое кредо - не влюбляйся всерьёз, но сердца бей, пей ром, не жалея сил и люби так, как в последний раз, однако недолго. Поэтому красивая китайская девчонка заведомо была обречена на провал, и Джейн это радовало.
- Приятно познакомиться, - мягко сказал Бадд на английском, произнося слова с приятным акцентом, и пожал Джейн руку.
- Вы достали фигурки? Как? - с интересом в глазах спросил Юджин. - Какие приключения выпали на ваши головы? Уверен, что они интереснее, чем моя прогулка по морям, - хмыкнул он.
- Давай обсудим всё это за чашечкой чая, - мелодично сказала Мейли и ушла в другую комнату. Её голос ощущался, словно перезвон маленьких колокольчиков, и за девушкой тянулся шлейф из розовых духов.
Джейн начала закипать. Очень уж она не любила все эти нежности.
«По-моему, - подумала Тёрнер, - девчонки, которые вместо удобных штанов носят платья и душатся к тому же — полные дуры. Ведь есть миллион занятий интереснее!»
Вскоре Мейли вернулась с огромным подносом, на котором расположились чайник и целый сервиз из чашек. Кивнув гостям на мягкий ковёр, она первая села, установив поднос посередине. Тонкими изящными пальцами она передвигала предметы, поливала первым проливом чайные фигурки, разливала чай во чашкам.
Чай был немного терпким на вкус, немного цветочным, капельку пряным. Чай Тёрнерпонравился. Джейн всегда любила узнавать и пробовать что-то новое, неизведанное. Распробовав, девушка постаралась как можно скрытнее улыбнуться, но Юджин это заметил.
- Это самый волшебный напиток, который я когда либо пробовал, - сказал Стив вежливо.
- Если бы эликсир жизни существовал, на вкус он был бы именно таким! - объявил Джим и поиграл бровями перед Мейли. Та учтиво улыбнулась в ответ.
- Я отправилась на поиски фигурки сразу после тебя, Морган, - начала китаянка, медленно попивая чай. - Тао Лу, - она кивнула наставнику, который расположился поодаль и тоже потягивал напиток, - узнал, что статуэтка в Африке, и мой корабль поплыл именно туда. На нашу долю выпало немало испытайний, и, как только мы сошли на берег, корабль тут же уплыл. Мы направились в ближайшее к берегу селение, сразу же показав туземцам подарки - бусы и фарфор. Один из них худо-бедно общался на английском, и я смогла ему объяснить, что мы ищем. Он сказал, что никогда не слышал ни о Гун-Гуне, ни о храме, ни о статуэтках из китовой кости. Нас накормили, дали нам переночевать, помогли пополнить запасы и посоветовали спросить у другого племени. Мы сели на лошадей, которых смогли купить, и поскакали. Следующее селение было далеко, ехали мы долго. По пути на нас напали диковинные большие кошки, я так и не выучила, как они назывались. Мы еле смогли от них отбиться, слава богу, револьверы и мушкеты у нас были. Но у меня навсегда осталось вот это.
Она подняла изящную тонкую руку и в ярком дневном свете блеснул шрам.
- Мне не жаль моей кожи, самое главное, что статуэтки и в том селении не было. Целый год мы ездили по стране пустынь и ветров, иногда на лошадях, иногда на верблюдах, иногда приходилось ходить пешком. Один раз нас взяли в плен и собрались съесть, но мы сумели спастись. Странно было думать о том, что с одними племенами получается подружится, а с другими - ни за что. Но вот, когда год подходил к концу, ближе к вечеру мы набрели на одно селение. Горели огни, маленькие хижины уютно расположились под звёздным небом. Мы были настолько изнурены, что уже не думали о том, нападут на нас или нет. Я достала оставшиеся подарки, а наш проводник попросил о ночлеге. Вождь племени милостиво согласился, нам выделили пару домиков. Когда я за ужином расспросила старейшину о статуэтке, он сказал, что никогда не слышал о такой. Ночью мне не спалось. Я всё думала о словах того старика - ведь мы имели точное знание о том, что статуэтка в Африке. Мы объездили все племена, обшарили каждый лес, каждую пустыню и саванну. Но статуэтки нигде не было. И...что-то мне подсказывало, что она в этом племени, но они не хотят её отдавать. Я тихо вышла из шатра и подошла к дому старейшины. Он единственный жил в деревянном доме, стоявшем на сваях. Я вошла, тихо и осторожно. Старик спал, отвернувшись к стене. Я быстро огляделась и начала думать, где же он мог спрятать статуэтку. Она не так велика, зато продолговата и бела, так что я могла бы её заметить, если бы хотела. Я окинула взглядом дом ещё раз, а затем ещё, напряжённо соображая, где же может быть фигурка.
Джейн фыркнула - Мейли явно гордилась своей дотошностью! Девушка, не обратив внимания на неприличный жест, продолжила:
- Я увидела корзину, и почему-то решила, что статуэтка именно там. Я разрыла тряпки и барахло, хранившееся в ней, и на дне... - она выдержала эффектную паузу. - Ничего не обнаружила. Надо было действовать тихо и быстро, старик мог в любой момент проснуться. Я открыла плетёный короб, но и в нём статуэтки не оказалось. Тогда я догадалась - он хранит её в матрасе! Старый хитрец знал, что я не стану его убивать. И никто из его племени не станет вспарывать кровать вождя. У них подобное неуважение карается смертью. Но я оказалась не такой нежной и милой, как они думали, - на её лице мелькнула жестокая ухмылка, но потом на щеках снова появились обворожительные ямочки.
Все замолчали и как зачарованные смотрели на девушку, ожидая исхода истории.
- Я убила его, - небрежно бросила она, как будто бы рассказывала о ежедневных делах.
Пит подавился чаем, да так сильно, что Джиму пришлось стучать е го по спине.
- Ты убила человека из-за статуэтки? - нахмурился Стив.
- Это не просто статуэтка! - горячо возразила Мейли. - Это статуэтка Гун-Гуна, без которой не будет Воссоединения!
- А что даёт вам это воссоединение? - спросил Уилл. - Мы знаем только, что это жуть какая важность и вообще спасёт мир.
- Воссоединение даст нам милость Гун-Гуна и дружбу с морем. Воссоединение даст нам спокойствие. В течение многих веков цунами затапливают наши города, убивая людей. После того, как мы снова соберём круг, всё станет на свои места. Те, кого волной утащило на дно на служение Гун-Гуну, вернутся. И Мин Тао
тоже.
- Что за Мин Тао? - полюбопытствовал Джим.
- Мой брат, - просто ответила Мейли, наливая Стиву чая в пустую чашку.
- Понятно, почему ты так радеешь за Воссоединение, - кивнул тот.
- Я убила старейшину не больно. Он легко умер во сне. Возможно, я даже избавила его от мук смерти при старости. Это скоро случилось бы, - как бы оправдываясь, сказала девушка. - Вспоров подстилку, я и правда нашла статуэтку. Она приятно холодила пальцы и белела в рассветных сумерках. Уложив старейшину так, чтобы некоторое время никто ни о чём не догадался, я подняла проводника и попросила его убраться от сюда поскорее. Он согласился, но как только мы выехали, племя заметило содеянное мной преступление. Они погнались за нами и гнались до самого побережья, метая в нас ядовитые стрелы и дротики. Моего проводника задело, он упал с лошади, но я не могла останавливаться, чтобы помочь ему, - она говорила ровным и спокойным голосом, хотя губы её на секунду дрогнули. - Я добралась до берега. Но у меня не было корабля.
- И… что ты сделала? - шёпотом спросил Питер.
- Бросилась вплавь, - Мейли пожала плечами, так, будто ответ был очевиден. - И плыла по морю, пока не встретила торговое судно. Они подобрали меня и подбросили в цивиллизацию. Оттуда я уже могла добраться до дома любым удобным мне способом. Через какое-то время я снова была здесь. Статуэтка стоит внизу, ты видел?
- Да, - кивнул Морган. - Как и раньше, ни царапинки. Когда поставим мою? - он посмотрел на хранителя храма.
- Гун-Гун всегда любил раннее утро, где-то часа четыре после полуночи, это самое свежее и лёгкое время. Завтра будет первый день осени, это день даров моря, если ты помнишь, и я думаю, что именно первого дня осени в четыре часа утра обряд будет наиболее силён.
Юджин кивнул.
- А как ты нашёл статуэтку, Бадд? - спросил он после небольшой паузы.
- У меня не такая интересная история, как у Мейли, - хмыкнул тот. - Но я всё же расскажу её. Статуэтка, которую доверили мне, была в далёкой стране...
- А почему ты не поплыл в Африку? - перебил Морган и посмотрел на Хранителя. - Гораздо умнее было бы послать туда Бадда, он ведь наполовину африканец. Мейли там чуть не загрызли.
- От меня бы точно даже косточек не осталось, - фыркнул друг. - Таких, как я, там презирают ещё больше, ведь мой отец был белым.
Джейн понимающе хмыкнула — полукровок нигде не любят.
- Статуэтка, которую должен был выкрасть я, была в далёкой стране под названием Ирландия, - закончил Бадд.
Юджин дёрнулся, но тут же снова стал недвижим и невозмутим.
- Можно было послать туда меня, - сказал он хранителю.
- Думаю, нет, - улыбнулся тот. - Вряд-ли бы тебе понравилось. То, что ты сейчас услышишь...
Морган сжал губы. Джейн с подозрением покосилась на него.
- История моей статуэтки так же непроста, как история статуэтки Мейли. Ибо фигурка, которую доверили выкрасть мне, являлась собственностью... Ну да, почти собственностью, с небольшими оговорками... В общем, вещь эта в какой-то степени принадлежала сыну герцога, ни много ни мало.
Джейн вскинула брови - титулы её не интересовали, но необычные обстоятельства, при которых произошли истории, не переставали удивлять.
- И хранилась она в подземельях дворца, что стоит уже столько лет на зелёных лугах... Как я доплыл до острова, я рассказывать не буду - ничего интересного. Шторм, парочка нападений пиратов, ну и так, по мелочи - штиль, нехватка еды и воды... Словом, добравшись до Ирландии, я тут же отправился ко дворцу. Я прокрался туда ночью. Он возвышался надо мной, словно исполин, царапая верхушками тучное ночное небо. Жуткий, пугающий, словно живой. Не самая приятная картина, особенно, когда надо попасть внутрь. Ночами я шастал у стен, пытаясь найти какую-нибудь потайную дверь. Надо было сделать это незаметно, не попав даже в свет факела, и, надо признать, мне это удалось. Дверь я тоже нашёл, но это был запасной выход, а не вход, поэтому ещё какое-то время я думал над тем, как же попасть внутрь. И вскоре придумал. У двери, в стене, я заметил необычную кладку. По всей башне она была уложена горизонтально, но тут несколько камней были положены вертикально, и это натолкнуло меня на мысль - а что, если нажав один из них, можно войти внутрь? Я надавил на каждый из них, но... ничего. Дверь не открывалась. Никакого щелчка, никакого звука. Время кончалось, на утро отходил мой корабль обратно, и я решился на отчаянный шаг. Ты знаешь мою любовь к пороху, - он хитро улыбнулся и посмотрел на Моргана.
Тот усмехнулся, а потом прикрыл глаза и застонал:
- Только не говори, что ты подорвал эту чёртову дверь?
- Именно так, - кивнул друг и продолжил. - Я всегда ношу с собой парочку динамитов.
Он азартно подмигнул Джейн. Та хмыкнула. Вот это она понимает, настоящий вор. Не то, что они - бегали по Порт-Ройялу от Хоккинса, как угорелые, тряся мешками с награбленным добром.
- Я заложил их у самой двери. Нет-нет, не думайте, это было красиво сработано, - он уловил взгляды Джима и Уилла, горе-пиротехников, которые считали, что звук от взрыва испортит картину.
- Я поджёг фитили и отюежал подальше. После взрыва у меня счёт должен был пойти на секунды — мне надо было успеть проникнуть в замок и затеряться в коридорах так, чтобы у охраны не было и подозрения, куда я побежал. В темноте было плохо видно, я скользил по самым забытым уголкам, факелы еле-еле освещали, я шёл тихо, - он явно был доволен своей работой. - Вскоре я набрёл на погреб. Осторожно я соскользнул в помещение. Пахло чесноком и засоленным мясом. Я прошёл мимо рядом еды и, наконец, подошёл к двери, ведущей в основную часть замка. Но нашлась ещё одна проблема - она была закрыта снаружи, а я был внутри. Достав из кармана нож, я нашёл щель между дверью и стеной и, сунув в неё лезвие, с силой дёрнул вверх. Щеколда слетела и стукнулась о пол. Я замер, готовый прятаться. Но, видимо, еду у них не особо охраняют, опираются на замок. Открыв дверь, я вышел в коридор. Где могла быть статуэтка в таком огромном и старинном замке? Наверное, в подвале, в сокровищнице. Я по всем приметам пытался найти дверь в казнц, он получалось плохо - приходилось открывать каждую. Петли они, видимо, ещё со средневековья не смазывали, поэтому шумел я изрядно. Как стражники меня не услышали - не знаю Наверное, дверь чинили, - он хмыкнул. - Но вот, я наконец добрался до подвала. Открыв дверь ножом, я сбежал по ступенькам. Помещение нагоняло тоску. Сокровищница - это громко сказано. Два-три кубка по углам, по полу кое-где валялись золотые монетки. Статуэтку было бы трудно не заметить, поэтому я тут же прихватил её, а затем выбрался через канализацию.
- Вот это я понимаю, работа! - восхищённо воскликнула Джейн. - И не убил никого, - она покосилась на Мейли, - и проскользнул мимо всех тихо! Нам бы у тебя поучиться.
- Могу поучить, - весело подмигнул он.
Наконец, мало-помалу, все захотели спать.
- Я подготовлю вам спальни, - Мейли встала и вышла из комнаты.
Команда потихоньку засыпала на рассыпанных по полу подушках. Джейн тоже клевала носом. Долгое путешествие наконец, окончено, завтра миссия будет завершена и можно будет расслабиться. Сквозь сон она размышляла о том, на сколько вообще можно доверять Юджину, стоит ли всё это продолжать, и отправляться ли с ним за Философским камнем.
Стив осторожно потряс её за плечо.
- Может быть, кто-нибудь хочет расслабиться в термах перед сном? - спросил Бадд. Близнецы тут же оживились и закивали. Они не были прочь принять горячие ванны. Джейн, слегка поколебавшись, наконец пошла с ними.
Джим, Уилл и Джейн ушли за мулатом, остальные остались в комнате, поджидать часа, когда можно будет отправится спать.
- Я провожу вас в комнаты, - сказала Мейли. Сначала она отправила спать Стива с Питом, потом Джо.
Термы находились в подвальном помещении башни. Пришлось спуститься на шесть этажей вниз, чтобы попасть в большое круглое помещение, разделённое на несколько купален, ограждённых ширмами. В них кипела и бурлила горячая вода.
- Мы поддерживаем температуру всегда, - сказал Бадд. - Здесь есть скамейки, на которые вы можете сложить грязную одежду. Можете пока что завернуться в полотенце, а на утро Мейли принесёт вам новые вещи. Если хочется роскошеств, - он указал на ряд коробочек у каждого бассейна, - есть лепестки роз, морская соль и травы. Наслаждайтесь, - он поклонился и вышел.
Джейн зашла за свою ширму. По периметру купальни стояли маленькие зажжённые свечки, они создавали уютное освещение. Девушка сняла грязную одежду и бросила её на пол. Штаны, рубашка и корсет полетели подальше от большого чистого полотенца, которое лежало на скамье. С наслаждением она спустилась по маленьким ступенечкам в горячую, приятную воду, которая ещё и забавно пузырилась. Наверное, это какая-то магия, или горячий источник прямо под храмом? Ну, здесь же всё-таки живут люди, как-то связанные с владыкой воды, вряд ли это странно.
Джейн не хотелось думать ни о чем. Она развалилась в обволакивающей воде, позабыв о лепестках и остальных приятных добавках. Откинув голову на бортик, девушка прикрыла глаза, и — наверное, впервые после того случая, - по-настоящему расслабилась.
Девушка проснулась от лёгкого касания за плечо. Над ней стояла Мейли.
- Ты уснула, - мягко сказал она. - Позволь проводить тебя в кровать.
Джейн поднялась по ступенькам и, закутавшись в огромное полотенце, обнаружила перед собой пару симпатичнейших на вид варадзи — китайских сандалиев. Обувшись, девушка сонно побрела по лестнице вверх. Её обдало ветерком из всех щелей, и это заставило Джейн немного взбодриться и проснуться. Она с интересом следила за дорогой и с настороженностью — за своей проводницей.
- Что ты можешь сказать о Юджине...о Моргане? - спросила Тёрнер. Ей не хотелось идти в тишине, да и интерес подталкивал.
- Сложно быть Белой Змеёй, - произнесла Мейли тихо, мягко подталкивая Джейн к кровати, усаживая её и садясь на коврик рядом.
- Белой Змеёй? – Джейн подняла брови. – Что ты имеешь в виду? И почему Юджин – Белая Змея? -
- У нашего народа есть легенда, - тихо сказала девушка, медленно расчёсывая свои длинные блестящие волосы. – О девушке, которая когда-то была духом. Она полюбила смертного, и ей пришлось сделать нелёгкий выбор между своим и его миром. Наконец, она шагнула к возлюбленному и оказалась с ним. Но память о Тонком мире жила с ней всю жизнь, и часто, особенно во снах, она словно вновь балансировала на грани вселенных…
- Юджин тоже дух и влюбился в человека? – не поняла Тёрнер.
Мейли покачала головой.
- Ты видишь только самое очевидное, - грустно произнесла она.
- Конечно! А как ещё? Это же логично, - фыркнула в ответ пиратка. Она уже сменила полотенце на мягкого вида ночную рубашку.
- Иногда в словах нужно видеть глубокий смысл, тот, что был заложен, а не то, во что его обернули, - тихо произнесла китаянка.
- Будешь меня стыдить за глупость? – вскинула бровь Джейн. – Или, быть может, соизволишь цивилизованно объяснить человеку то, чего он не понимает? - она улеглась в кровать, на мягкую подстилку.
- Юджин был человеком. И остаётся им, - в голосе Мейли слышался какой-то неземной покой. – Однако, в поисках Статуэтки, ему пришлось перейти эту грань между нашим миром и Тонким. Если бы не его находчивость, он так и остался бы блуждать в царстве теней…
- Ты про сделку с дьяволом? – Джейн уже засыпала. Все эти загадки знатно её утомили.
Девушка кивнула, а потом поднялась. Подол кимоно заструился по ногам, ниспадая к пяткам.
- Спокойных снов, Джейн. И – мой тебе совет, - задавай людям меньше вопросов. На многие из них ты можешь ответить себе и сама. Просто...наблюдай.
Тёрнер лишь фыркнула ей вслед. Вот ещё какая-то азиаточка, что мнит себя великим воином, будет ей командовать! Что ей делать, чего не делать…
Оказавшись в своей комнате, Мейли первым делом зажгла свечи. Плавающие в чашках и стоящие на столиках, подвешенные к потолку и расположившиеся прямо на полу – она поднесла спичку к каждой. После чего помещение наполнилось жёлтым мерцающим светом и запахло благоухающими ароматами воска. Затем девушка подошла к собственной терме. Источник бил прямо посреди её спальни, и это, видимо, было привелегией тех, кто жил здесь и следил за храмом и статуэтками.
Бурля и пенясь, исходящая паром струя заполняла пространство и погружала комнату в горячий туман. Пока источник делал своё дело, Мейли взяла с невысокого столика жестяную банку, всю в рисунках сакуры, и открыла её. Внутри спрятались засушенные лепестки дерева. Взяв пригоршню, девушка отсыпала её в воду.
Комната безмолвно наблюдала за хозяйкой. Она делала всё то же самое, что и обычно, но в движениях появилось что-то ещё – какая-то чрезмерная точечность, чёткость. Ожидание.
Когда дверь скрипнула, Мейли уже лежала в ванне. На ней было лёгкое платье, не скрывающее изгибов тела, а волосы завились от пара и волнами струились по плечам. Девушка повернула голову медленно, словно кошка, поджидающая добычу. В комнату протиснулся широкоплечий мужчина. Он прикрыл дверь неосторожно, и стук разлетелся по всему этажу.
- Пиранью мне в невесты, - выругался он и обернулся.
Это был Джим. Он пришёл в одной рубашке и штанах, не стал сильно мучаться над своим костюмом.
- Здравствуй, - мелодичным голосом произнесла девушка и улыбнулась.
- Доброго вечера прекрасной даме, - ухмыльнулся Джим. – А ты, я смотрю, смышлёная.
Мейли откинула голову назад и засмеялась.
- Нет, придётся выполнить несколько ритуалов, прежде чем мы приступим к тому, чего ты так хочешь, - улыбнувшись, сказала она.
- Я готов, - самоотверженно выпалил Джим, осторожно опускаясь на колени у купели.
- Раздевайся до рубашки и полезай в воду, - тряхнула головой девица.
Джима два раза упрашивать не пришлось. Он тут же скинул новые штаны, те, что выдали им гостеприимные хозяева, и ступил в ванну. Но тут же выскочил, как ошпаренный, ибо вода была горяча, словно кипяток.
- У нас были не такие горячие термы! Боже, ты что, сварить нас собралась?
Мейли опять засмеялась, тихо, мелодично, и, похлопав рукой по поверхности воды, издавая еле слышные всплески, начала говорить:
- Есть некоторые правила… Прежде, чем два человека вступят в связь, они должны пройти Три очищения: первое — телесное, второе — духовное, и третье — разума. Начнём с тела.
Джиму ничего не оставалось делать, как залезть внутрь по плечи. Вода казалась обжигающей, бурлящие потоки под ногами создавали ещё больше подобного эффекта, но он сжал зубы и терпел. Очень уж ему хотелось получить эту тоненькую, как тростник, девушку. Хотелось обладать ею сегодня, и всю ночь напролёт, и раз для этого надо немного пострадать, то что ж, он готов.
Какое-то время они сидели молча, затем Мейли протянула ему кусок мыла и мочалку.
- Ты должен быть полностью чистым, - настойчиво сказала она.
- А ты? - ревностно уточнил Джим.
- Я — после. Твоё право первое, право гостя, - она поклонилась.
Вздохнув, мужчина принялся натирать себя и мылить, и снова мылить, и снова натирать. В конце концов, его кожа покраснела, стала гладкой, словно у младенца, и тогда Мейли удовлетворённо кивнула:
- Твоё тело готово, - и приняла из его рук мочалку и мыло.
Она сняла свою рубашку, та скользнула в воду, и тут же была выбита одной из струй на поверхность. Заворожённый зрелищем, Джим даже не подумал взять одежду и убрать её из купальни. Он наблюдал. Мейли медленно намылила мочалку, а затем стала планомерно, ровно покрывать своё тело пеной. У неё получилось быстрее, чем у Джима, и у мужчины закралась мысль, что девушка-то в этом поднатарела.
- Можно вылезать, - сказала она, и Инганнаморте с облегчением выбрался из кипятка.
Ощущения всем разгорячённым телом прохладной спальни были непередаваемы, и он позволил себе насладиться охлаждением.
- Теперь — душа, - Мейли присела на скамью и указала Джиму на место подле. - Расскажи обо всём, что тяготит тебя, расскажи обо всех грехах, что когда-либо тревожили твою душу.
Брови Джима поползли на лоб. Он же не в храм пришёл, ей-богу! Хотя, если подумать….
- Я не исповедоваться пришёл, - высокомерно ответил мужчина. - С чего я должен открывать тебе это?
- Потому что то, что ты собираешься сделать — не просто так. Каждое действие — это ритуал, несущий свой сакральный смысл. И к нему нужно быть готовым, - спокойно ответила Мейли.
Джим сжал зубы и присел рядом с ней. Сейчас он чего-нибудь наплетёт, и как-нибудь прокатит. Он не перед кем не в ответе за свои проступки. Никто не имеет права его судить.
- На душе у меня вечный камень, - сказал мужчина, глядя себе под ноги, будто ему и вправду было нелегко говорить. - Я….постоянно всем завидую. Мою душу вечно сжирает пыл соперничества. И очень часто из-за этого достаётся моему брату…
Мейли кивнула и протянула ему какую-то бутылку. Джим хлебнул. На вкус это оказалась сладкая жидкость, словно нектар.
- Теперь твоя очередь, - сказал он.
- Я убила вождя, чьё племя было добро ко мне… приютило, дало еду и кров, - и она забрала сосуд и тоже сделала глоток.
- Отлично, - потёр руки Джим. - А как насчёт очистки разума?
- Ты уже, - улыбнулась девушка. - Напиток, что я тебе дала, вот-вот подействует.
Мерцание свечей внезапно стало ярче. Тишина — громче. Руки налились силой. Джим обернулся на Мейли.