Sweet [ЗАКОНЧЕН]

Холодно. Юнги открыл глаза от того, что ему стало холодно. Страшное ощущение, когда тебе холодно с одеялом. Мин повернулся к Паку, чтобы обнять, успокоиться, согреться и заново уснуть, но... Холод. Холод второй половины кровати - это всё, что он чувствовал. Чимина не было. Юнги моментально расхотел спать. Парень вскочил, оделся и принялся обходить каждую комнату в поисках того, кого уже как час не было в доме. Ни в одной из комнат... Его нет ни в одной. Куда бы не зашел Мин везде холодно и невероятно пусто.

Единственное, что заметил Мин - это всё тот же клочок бумаги, на котором был написан адрес. На обратной стороне написано лишь два слова, перевернувшие сознание парня, что было и так не особо устойчивым.

" Прости. Прощай"

Он ушел. Он оставил лишь какой-то жалкий кусок бумаги и исчез. Больно. Больно осознавать, что человек, которому ты доверился, которому открылся, впустил не только в дом, но и в душу, просто воспользовался тобой. Вытер об тебя ноги и исчез. Даже слова не сказал. Просто ушел.

" Почему? Неужели я сделал что-то не так? Неужели я в чем-то виноват? Что мне теперь делать с чувствами, Чимин?" - Юнги и сам не заметил, как стал плакать.

Парень сполз в коридоре по стене на пол и положил голову на руки, тихо всхлипывая. Конечно, Юнги странный. У нормальных людей слезы соленые, а у Мина... У Мина сладкие, как кленовый сироп. Сладкие, приторные, липкие, мерзкие... Боль от сердца распространялась всё дальше, всё быстрее, захватывая остальные части тела и души. Пустота подбиралась всё ближе и начинала давить. Стены пугали темнотой и наступали, грозясь раздавить своим весом несчастного парня. Юнги оглянулся по сторонам и пришел в ужас. Это не его дом. Не его надежное убежище. Теперь это его личная могила... Она поглотит его без сожаления, как только Мин даст слабину.

Юнги стало страшно. Он впервые был не рад нахождению в своем доме. Тени снова полезли из щелей, напоминая о том, какой Мин жалкий, мелкий, никчемный и никому не нужный. О том, что его кинули. Не опять, а снова... Парень вскрикнул и зажал уши, в попытке не слышать этого, но не помогало. Шепот проходил сквозь мозг, впиваясь в хрупкое сердце и разламывая его пополам. Выворачивая наружу и обратно, зашивая ржавой, грязной иглой и проводя операцию заново. Беспощадно раз за разом. Оставляя грубые рубцы и шрамы на ткани.

Юнги впервые в своей жизни хочет выбраться на улицу, чтобы не слышать, не чувствовать, не бояться воспоминаний, что как заевший фильм крутились на повторе всё время.

Парень хватает телефон, брошюру от кафе и, накинув капюшон, быстрым шагом направляется по адресу, где по сути должно находится кафе, в котором работает Пак. Ему нужно спросить у него что не так. Нужно выяснить, почему так произошло. Юнги ведь тоже человек и ему больно.

Сейчас 6.23 и на улице несильно светит солнце. Жары еще нет, так как раннее утро и времени Мину, чтобы добраться до кафе должно хватить с лихвой. Главное, чтобы тело не сильно на свет попадало. Юнги натягивает ниже капюшон, рукава на длинные пальцы и выдвигается на остановку. В ту сторону едет лишь два автобуса и один из них по счастливому стечению обстоятельств через 10 минут.

****

Люди. Снова много людей. В автобусе не душно и много пространства, но Мину неуютно. Парень садится в самый конец и одевает наушники. 6. 36. Солнце ярче, а  на душе Юнги всё так же неспокойно. Мин редко выходил из дома. Тем более ради кого-то, но сейчас... Другой случай. Юнги сам так решил. Сам захотел и отступать не намерен. Даже если что-то пойдет не так, он не сдастся. Не сегодня, не сейчас...

Перед глазами должны мелькать здания города, но мелькают лишь руки, глаза, губы... Невыносимо и страшно. Что он скажет, когда увидит? Вдруг проигнорирует или оттолкнет? Если нагрубит, выдержит ли сердце Мина. Сердце, что исполасовано, но всё так же открыто для Чимина. Мин до последнего оправдывает Пака, находя сотни причин для такого поведения и не веря ни в одно. Хотя так хочется, чтобы хоть что-то из того, что Юнги понапридумывал оказалось правдой.

****

6.54. Юнги выскальзывает из автобуса, стараясь не задеть никого плечом. Еще минут 20 и солнце взбесится. Нужно торопиться, пока не стало совсем хреново с температурой. Мин срывается на бег и за три минуты оказывается у дверей необходимого ему кафе. Три минуты до открытия, но внутри уже есть персонал. Дверь закрыта. Ну и хрен с ней. Юнги стучит в стеклянную дверцу и через некоторое время из нее выглядывает паренек с милой яркой шевелюрой.

- Извините, молодой человек, но мы еще закрыты. До открытия еще немного, поэтому... - начал он довольно глубоким голосом, что совсем не соответствовал его внешности.

- Мне нужен Пак Чимин. Он на месте? - резко начал Юнги. У него время поджимает, а к нему с никому не нужными любезностями лезут.

Паренек растерялся.

- Нет... Он приходит обычно к восьми. А зачем вам? - какой же надоедливый. Впрочем, как и любые работники любой сферы обслуживания. Даже шевелюра на его башке уже не выглядит такой милой. Хочется схватить и... - Эй, молодой человек...

- Поговорить нужно, - буркнул Мин и уселся на ступени около входа. Он дождется его и неважно, что солнце всё выше. Мин не уйдет пока не поговорит с Чимином.

- Может вы внутри подождете? - аккуратно и вежливо спросил паренек.

- Нет, спасибо. Мне и здесь вполне неплохо, - с каждой минутой Мин бесился всё больше.

****

7.30. Солнце. Оно уже достаточно светит, чтобы Мин ощутил его. Благо парень додумался надеть белую худи и теперь свет хоть немного отражался от его тела, но жарко всё равно. Тело начинает пощипывать, как при попадании маленькой капельки кипятка. Неприятно, но не страшно. Юнги может потерпеть. Он пообещал себе, что дождется, значит дождется. Еще 10 минут... Тело щиплет сильнее, но Мин старается максимально игнорировать ощущения. Колет, болит и Юнги уже морщится.

Сзади открывается дверь и тот  самый голос вновь зовет Пака.

- Эммм... Извините, но Чимин уволился... Только что позвонил и сказал, что не придет... Мне жаль, что он такой безолаберный.

- Вы ведь сказали о том, что его ждут, да? - Юнги и отвечать не надо. То, что эта пестрая тупица сдала Мина с потрохами и так ясно.

- Да... Не надо было? - ну конечно. Чего еще сахарный ждал?

Мин встал. Голова заболела и парень пошатнулся. Пестроголовый заметил и придержал Юнги, чтобы тот не свалился. Таки нагрелся. Тело начало давать сбои. Теплая кофта нагрела майку, а майка начала жечь кожу. Сильно жечь, неприятно. Юнги вскрикнул и схватился за парня обеими руками.

- Вы весь горячий! Давайте зайдем внутрь, - пестроголовый затащил Мина в кафе и усадил на диван, а сам ринулся за аптечкой.

Юнги потихоньку приходил в себя, но спина дико болела. Казалось, что целый чан кипящего воска был вылит. Мин стянул кофту, а за ней и майку. Редкие утренние посетители гневно косились на него и перешептывались, но чтобы напрямую сказать... Жалкие шакалы. Только и способны на то, чтобы за спиной шептаться.

Прохладный воздух прошелся по спине и стало немного легче. Тут и пестроголовый прискакал.

- Боже, у вас вся спина красная! - воскликнул он, глянув на часть тела.

- Да неужели!! Мне нужно остудить ее, срочно! - как же Юнги ненавидит тупых людей. Не понятно что ли, что ему плохо? Почему обязательно нужно озвучить свое мнение, перед тем как помочь? Бесит...

Парнишка стал наносить охлаждающую мазь, но эффекта она не приносила. Становилось только хуже. Температура тела поднималась и начинала жечь изнутри. Кровь подогревалась, вены чесались и Юнги страдал. Он медленно плавился изнутри. Не в силах выдавить из себя ни слова, парень свалился на холодный пол...