Черная космея [Завершено]

— Вот мы и дома, братик, — Ванесса закрыла за собой дверь. — Как ты себя чувствуешь? 

— Надо к Боссу, — только и ответил Чуя, однако лёг на диван. 

— Чуя, нам надо серьёзно поговорить, — девочка присел на пол перед братом. — Прости, но по другому нельзя было поступить. 

— О чём ты? — Спросил мафиози, хотя на периферии сознания зародилась неутешительная мысль. 

— Я вчера нарушила три твои просьбы, — сказала Несси и замялась. — Я... Пришла в Портовую Мафию, материлась и убила человека. 

— Ясно, — если бы Накахара сейчас чувствовал себя нормально, то несомненно, начались бы крики и ругательства, но он, скорее всего, сейчас даже не обратил внимания на слова сестры. 

— Выпей это, — попросила Ванесса, протянув брату стакан с водой и разведённым в нём антидепрессантом. Парень в два глотка всё выпил и довольно скоро уснул, ведь эти лекарства ещё и в сон клонили. — Рампо, мы уже дома. 

— Я вечером зайду, — ответил парень на звонок. — Прости, у меня сейчас дело, — и звонок завершился. 

— Прости, братик, что пришлось ослушаться тебя, — Ванесса поцеловала Чую в лоб и ушла на кухню. 

    Спустя несколько часов проснулся Накахара. О молча выпил воды, поел разогретых в микроволновке блинов и снова лёг. 

— Братик, как ты себя чувствуешь? — Рыжеволосая села рядом с ним и стала перебирать его волосы. 

— Ужасно, — ответил Накахара, и Ванесса улыбнулась, ведь, как сказал врач, «если он станет понемногу разговаривать о своих чувствах и эмоциях, то это значит, что ему становится лучше. Попробуй всё время с ним об этом разговаривать, и сама увидишь, как быстро он вернётся в прежнее состояние». 

— Это хорошо, — сказала девочка. — Точнее, плохо, но всё же хорошо, — она и сама не поняла, что сейчас сказала. Исполнитель повернулся к ней, и по его взгляду стало понятно, что он тоже ничего не понял. — Братик, я устроилась на... Работу, так что завтра ты будешь без меня. Врач сказал, что в твоём состоянии люди легко могут покончить с собой. Пожалуйста, вспомни обо мне и ничего с собой не делай, — рыжеволосая решила не говорить, что она вступила в Портовую Мафию. 

— Я же не Скумбрия, — буркнул он. 

— Вот и славно, — голубоглазая ласково улыбнулась. 

    Через неделю казалось, что это не Чуя тогда лежал в больнице с безучастным выражением лица и ни на что не реагировал первые пару часов после того, как его положили в палату. Осаму не приходил, да это было у к лучшему. А завтра Арахабаки впервые после «болезни» вернётся в Портовую Мафию. Вот тогда-то и начнётся «веселье».