Ценный Товар

Пришло время проникновения в дом. На пути встречалось множество врагов. Как и сильных, так и слабых.
Кровь стала бурлить в венах еще сильнее, когда он увидел огромного Монстра. Просто невероятных размеров. Зрачок сузился, но не из-за страха, а из-за чувства предвкушения. Словно именно он, сейчас откусит заветный плод. Руки вспотели и в нос ударил запах карамели (?).

Вдруг взгляд рубиновых глаз метнулся на пару людей недалеко. Они в упор рассматривали "Отца", тоесть Чисаки, и смеялись. Сделав вывод, что они очередной враг, он поспешил ретироваться к ним.
Кажется, все мешало ему подобраться к ним. Сначала эти треклятые щупальца, потом несколько злодеев, но когда до парочки, которые в своё время теперь пялились на него, осталось около двадцати метров, произошло самое неожиданное.

Если бы они снимали фильм, тогда этот момент занял определённо первое место по неожиданности.

Светловолосый оторвал парню голову. Он видел, как фонтан крови облил блондина, как он смеялся ему в лицо и держал голову за волосы, слегка поматывая её. Как в отрезанного на половину горла торчали позвонки, артерии и еще что то. Кровь обильно сочилась по телу, впитываясь в кофту. Она брызгамии «умывала» лицо блондина. Тело он взял под подмышку, а голову весело подбрасывал над собой.
Катцуки споткнулся об собственную ногу и его вырвало на пол. Казалось, весь тонкий кишечник и даже та кашица, под названием химус, застряли в горле. Глаза заслезились и Бакуго откашливался от собственного не переварившегося завтрака. В горле застрял горький вкус желудочного сока. Перед ним, в восемнадцати метров расстекалась лужица крови. Что там, огромная лужа крови, которая велась «ковром» за отрубленной головой.

Его вырвало во второй раз.

Руки были измазаны в собственной рвоте и слизи, колени тоже. Под ним была серая лужица из каши съеденной утром. С розовых, потрескавшихся губ медленно стекала горькая, неконтролирумая слюна. Она перетекая на подбородок, капала обильными каплями на пол, а быть точнее, в лужу блювотины под парнем. В глазах до сих пор читался животный ужас и он неверяще смотрел в спину, почти только что увильнувшему куда то за угол парню. Он знал, что Злодеи Ебанутые на голову, но не настолько, чтобы по дороге вырывать позвонки и артерии голыми руками. Лучше бы он не всматривался в кровавый позвонок, ибо его оделел еще один приступ, но к счастью, блевать было не чем.

Отрезвил его взрыв. Оглянувшись, глаза ещё раз раскрылись в ужасе. Чисаки выбрался на ружу.
Помотав головй, пытаясь привести себя в порядок. Ему нужно сражаться.

***

Он отлетел, а точнее, его отбросили. Сил не было, и, казалось, он не смог бы создать пару врзрывов, чтобы приземлиться. Как вдруг он почувствовал, что его кто то словил.
Помутненный рассудок никак не отреагировал на подобное. Он просто удивлённо наблюдал, как парень, похожий на того, кому недавно зверски оторвали голову, отрезал голову другому. Ситуация была весьма..ироничной? Он наблюдал, как тот глянув на них, вонзил катану в тело Отца и медленно падал. Жаль, что тень его волос скрывала лицо.

Наконец, восприятие мира вернулось к нему, и холодок пробрал со спины, ведь в его отряде было мало тех, кто был способен летать. Голова быстро мотнулась в сторону и за секунду взгляд стал выражать только животный ужас. Это он? Не может быть, это он в средней школе. Теперь, словно в фотопленке пронеслись кадры, когда он видел тех двух парней. Он точно запомнил острые пряди волос блондина. Горло и желудок связали спазмы предвещающие скорую рвоту. Он точно вспомнил, как этого блондина, а точнее быть, Катцуки Бакуго обильно облило густой кровью. Как он на веселе шёл с головой мальчика и его телом под ручку. С губ сорвался хрип, мало напоминающий «Ты».

— Верно, смотришь словно в зеркало, и скажу тебе, ты полный ублюдок, Катцуки Бакуго, поэтому носить твоё имя определённо омерзительно. Я делаю это ради Него.

В его, словно кукольных глаза, плескалось едкое веселье и в этом «веселье» он видел себя времён Средней Школы. Он понимал, что абсолютно бесполезен, что просто конченный эгоист и это ему нужно было скинуться с крыши.

Точно эти мысли отображали глаза. И эти глаза были единственным, что он увидел перед вязкой темнотой.

***

Проснулся он в светлом помещении. Резко сел и слегка сморщился, наблюдая боль в мышцах. Их обливал словно горячий мед, специально переплетая между собой и обильно поливая сладкой жидкостью. Словно клеем. Прикрыв один,весьма подбитый в драке глаз, он протяжно выдохнул, осматриваясь. Лежал Катцуки на кушетке, а рядом было низкопосаженное окно, в котором наблюдались кроны деревьев, с почти опавшими жёлтыми листьями. Размяв затекшие плечи, он гулко выдохнул и словно в такт выдоху послышался звук открывшейся двери. Ленивый взгляд рубиновых глаз метнулся на встречу. На входе стоял блондин и некий Классный Руководитель — Айзава Шото, либо Стерка. Вид их был измученный.

— Катцуки, ты готов дать показания?

Встревоженным тоном спросил мужчина, облокачиваясь плечом об косяк двери.

— Какие показания?

Казалось бы, на ум не приходило ничего не обычного. Скромный ссобняк в жилом районе, длинные коридоры, надоедливые люди Чисаки, огромный взрыв, трупы...трупы?
Брови метнулись вверх. Откуда в коридоре лежали искалеченные трупы, если первая группа, в которой Катцуки собственно и состоял, только подходила. Интересно, их взяли на экспертизу?
Дальше комната и..

— Двое парней.

Блондин резво озвучил собственные мысли в слух, словно его стукнуло яблоком как Исаака Ньютона, но увы Катцуки не являлся великим учёным.

— Двое?

Переспросил второй блондин, нервно теребя край рубашки. В его глазах читалось сомнение и еще какое то чувство, которое Бакуго объяснить не мог. Точнее, мог, но не вспомнить, где он видел похожее.

— Да..брюнет в маске и-

Он нервно сглотнул, комкая в кулаках простынь.

— ...блондин на меня похожий.

Айзава опешил, а Мирио вскрикнул, казалось бы, на весь госпиталь.

— Похожий на тебя?! Как это понимать.

Шикнул Шото, щипая себе за переносицу. Эта ситуация вводила в огромное заблуждение, а главное — в тупик. Парень брюнет, который находился в восьми заветах, защищающий малышку Эри и еще какой-то блондин, которого видел Катцуки. По показаниям Мирио брюнет был подростком.

Снова проблематичные подростки.

За последнее время было мало пропаж, которые могли бы сходиться с этим происшествием. А пропавшего ученика академии Мирио сразу бы узнал.

Кто они? Чего они хотят? И почему один из них похож на Катцуки?

Какой бред.

Айзава выдохнул сквозь зубы, что то подчёркивая у себя в папке.

— Все? Больше ничего такого?

Переспросил герой, внимательно смотря на своего ученика. Катцуки мотнул головой и она начала болеть.

— Тогда отдыхай.

***

На улице было пасмурно и сыро. Тёмные тучи собирались на дождь. Под ногами хрустели ветки, попавшие на обшарпанный временем тратуар одного двора. Тяжёлая металлическая дверь скрипнула, пропуская людей.
Старый подъезд пропах сыростью, а на некоторых этажах был яркий запах спиртного. Этот ветхий домик до сих пор стоял в спальном районе. От центра было не близко, поэтому не столь ухоженно выглядел каждый, буквально каждый миллиметр, усыпанный грязью. Дополнял всю картину спертый воздух, от которого, казалось, глаза сейчас выкатяться. Старый лифт подавно не работал. Тяжёлые шаги эхом раздавались в подъезде. Два сопровождающих, в лице Шигараки и Даби. Так же идущий между ними Изуку. Томура что то напевал себе под нос, а брюнет, идущий сзади, сверлил дырку в спине Мидории.

Впечатления не из лучших.

Вот эта дверь. Дверь в его родную квартиру, в которую раньше он приходил каждый день. Измученный и побитый. А сейчас, он хотел отмудохать себя за то, что не ценил эти моменты. Ведь сейчас, он кое как выпросил «желание».
Он и до этого хотел просто увидеть свою мать, но после рассказа Катцуки о том, как она мучалась над его кушеткой, сердце сжалось. Хотелось попросить прощения, ведь если бы он подождал. Примерно годик, пошёл в другую школу и забыл своего обидчика, сейчас бы его руки не дрожали перед дверью в собственную квартиру.

Послышался звонок.

Мидория дернулся и внимательно вслушивался в шаги за дверью. Они стихли. Похоже, кто то смотрел в глазок.

Тишина продолжалась долго, как за дверью послышался всхлип. Глаза Изуку расширились и он посмотрел на усмехающегося Шигараки. Он прикоснулся к ручке и та, стала рассыпаться. Дверь открылась, явив собой не самую лучшую картину. Немного полная женщина судорожно искала у себя в кожанной сумке телефон. Когда она увидела двух известных из-за телевидения и СМИ злодеев, всхлипнула, закрывая рот руками.
С её рта вышел только хрип, вместо крика о помощи.

— Тише-тише. Мы тут не по Вашу душеньку, Мисс Мидория. Мы тут по одному интересному желанию, одного парня.

Прошипел Томура прикрывая дверь и пропуская в квартиру сжавшегося парня. Тот упорно рассматривал, какого цвета у него кроссовки. Честно? Он боялся посмотреть в глаза собственной матери.
Все таки найденный телефон, выпал из рук, собственно, как и сумка. Все её содержимое вывалилось на пол, а зрачки женщины сузились.

— ...н-не может этого быть.

Её голос дрожал, выдавая весь ужас, окутавший её.

— Привет,..мам.

Изуку все таки глянул в глаза матери, но не увидел там теплоты. Был только ужас и отрешённость.

— И-изку?

Буквы стали путаться между собой и Инко слегка искаверкала имя Мёртвого Сына.
Мидория услышал, как сзади Шигараки подавил смешок.

— Прости, мам, мы можем поговорить? Я ужасно соскучился по тебе.

Кое как проговорил Изуку, ощущая, как по щекам потекли слезы. Они были катастрофически горячими, и обжигали холодные щёки. Они обильно скатывались по лицу и Мидория упал на колени, вытирая длинными рукавами старой толстовки раскрасневшиеся за раз, щёки. Он не мог больше держать себя в узде, когда все подобные эмоции разом навалились при виде таких родных глаз. Изуку бился в истерике, но мать не спешила подходить.
Она отрицательно мотала головой, приоткрывала и плотно закрывала губы.

Она не могла принять того факта, что её ребёнок жив, когда она самолично целовала его ледяной лоб, и кидала три горсти земли в яму с Его Же гробом.

— Я не могу поверить. Вы меня обманываете. Мой Изу не может быть жив, я-я ведь-

— Мам, пожалуйста, даже, если ты мне не поверишь, дай мне обнять тебя. Я так давно не чувствовал тепла чужого тела, так давно не видел настолько родных мне глаз и такого же голоса. Я так давно не чувствовал себя настолько живым. Давно не проливал настолько горячие слёзы. Мам, пожалуйста, помоги мне почувствовать себя по-настоящему живым, хоть на минуту, хотя бы секунду. Прошу тебя, мне страшно. Мне ужасно страшно, находится в тех местах, где я был.

Инко заплакала, кинувшись к сыну, еще до конца не принимая того факта, что именно сейчас, именно в этот момент, он жив, он обнимает её в ответ, он утыкается лицом в её плечо, он горько и громко плачет, а её кофта становится мокрой.

Она не может принять того факта, что это не сон.

— Мама, мне было больно и страшно. Мама, я хотел много раз умереть, потому что это было не выносимо. Надо мной ставили опыты, я чертовски страдал. Я чертовски хотел умереть.
Я чертовски хотел увидеть тебя. Почувствовать твоё тепло, услышать твой голос, и увидеть твои прекрасные глаза. Я знаю, ты не примешь той правды, которую я тебе расскажу, но на минуту прими самого меня. Именно меня, обними меня крепче, сдави меня в своих объятиях. Я хотел бы, что бы ты меня не отпускала, но это не возможно. Прошу, мам, пойми меня. Я запутался. Я не могу понять, кто я. Мам, мне плохо. Я чувствую, что схожу с ума. Я не понимаю, что я такое. Кто я такой, мам?

— Ты..мой сын, Изуку.

Изуку навалился на Миссис Мидорию, и зарыдал с новой силой. В висках забили отбойными молотками, раз за раз будто ударяя по самой голове, вызывая головную боль. Он разрывался между чувствами, расстаивая в нежных объятиях. Он жалел, что не сможет почувствовать материнское тепло ещё раз. Наслаждался каждой секундой, буквально в последний раз в своей жизни. Он завидовал другим детям, когда они шли сюда. Они улыбались собственным родителям. Радовались жизни. В груди зарождалсяь неистовый клубок месива из чувств. Противоречие, зависть, ненависть к самому себе, горечь. Все вместе. Он любил мать, хотел остаться навсегда. Растворяться в её нежных руках, пропитываться её запахом и захлебываться теплом. Хотелось чертыхнуться от того, насколько ему было приятно за последние месяцы. Вся боль, и все проблемы, казались, ушли на второй план. В голове ярко красным билось несколько слов, перебивая друг друга.

«Я хочу остаться»

Сердце забилось чаще.

«Я хочу чувствовать тепло»

На солёные, от слез, щеки полились новые.

«Я хочу чувствовать себя живым»

Он почувствовал, как дрожащая рука зарылась в его жестких, из-за примеси химических препаратов, волосы.

«Я не хочу чувствовать боль»

Носом он уткнулся в основание шеи, и начал вдыхать аромат, пытаясь запомнить его на всю жизнь.

«Я хочу жить, как те дети»

Дрожащие руки провели по его спине, вызывая табун мурашек.

«Чем я не заслужил такое же счастье?»

Тело ужасно дрожало, в крепких объятиях, а тело, прижимающее его, дрожало в ответ. Двое наслаждались моментом, но только один из них понимал.

Это счастье не продлиться долго.

Не продлиться столько, сколько они хотят.

Больше не будет так хорошо.

Он не сможет сбежать от реальности.

От той жизни, в которую ввяз.

В которую погрузился против воли.

В которую не хотел вступать вовсе.

«Закрой глаза, и представь, что все хорошо»

Изуку вспомнил убаюкивающий голос матери, когда он впервые «поранился», «гуляя» с Катцуки.

— Закрой глаза, и представь, что все хорошо.

Веки встрепетнулись вверх от удивления, и полностью заплаканные и красные из-за слёз глаза посмотрели в добрые глаза матери. Она улыбалась, как раньше. Как в детстве.
Руки потерли глаза.

— Шигараки.

Изуку позвал охрипшим голос Злодея. Тот вскинув бровями, посмотрел на парня.

— Можете уйти?

Тот отрицательно качнул головой.

— А если я использую ещё одно моё желание.

Тот засмеялся, выгоняя уперающегося Даби. Обернувшись в косяке, он усмехнулся уголками губ.

— Ты знаешь, где нас найти. Не смей попросить о помощи, или сдать нас. Ты знаешь, что с тобой произойдёт.

Мидория сдержанно кивнул, чувствуя, как напрягалсь Инко. Когда дверь хлопнула, он повернулся к ней и ощутив её страх, приобнял за плечи.

— Не нужно бояться. Они не смогут меня убить, даже, если сильно захотят. Я стал бессмертным, а еще, как говорил один мой друг, очень удачливым.

Увидев, как приоткрылись губы в немом вопросе, Мидория улыбнулся.

— Это и в правду сводит с ума, но я ведь сильный мальчик, правда, мам?

Инко расплакалась по новой, цепляясь в плечи парня. Тот приобнял её, ложа подбородок на голову матушки, зарываясь носом в шелковые волосы. Когда то, такие же волосы были и у него.

***

— Изуку, пожалуйста, расскажи мне, как..

Парень усмехнулся, цепляя пальцами кружку.

— Как я выжил? Я был в клинической смерти, мам.

Мисс Мидория поперхнулась и неверящими глазами уставилась на Изуку.

— Значит-

— Да, мам. Это было до жути страшно, оказаться запертым в гробу.

Он видел, как в больших, зелёных глазах матери, наворачиваются слёзы.

— Но ты не переживай! Я не мучался, меня быстро вытянули.

Усмехнулся парень, мутно вспоминая, что тогда вообще произошло.

«Шигараки знатно постарался над твоей памятью».

Почему он вспомнил его слова, так никто и не понял, но одно было ясно. Вскоре, Изуку может абсолютно все забыть.

Взгляд метнулся на переживающую матушку.

Даже её.

— Мам, помоги мне.

Сорвалось с уст, перед тем, как он понял, что сказал.
Горько усмехнувшись, Мидория исподлобья глянул на женщину.

— Я стал монстром, мам.

Скинув с себя толстовку и представ перед ней в одной майке, он показал руку, вены, уши и все изменения, про, которые ему рассказал Катцуки. Матушка ахнула, пораженно моргая. Мидория продолжил вместо неё.

— Я ужасен и больше не человек? Это ты хотела сказать, да?

Она рассеянно замотала головой, и в голове поселилось странное связывающее чувство. Было видно, что ей стало страшно, но не противно.

— Я зайду в свою комнату ненадолго.

***

Откинув матрац в другой угол комнаты, он заметил, что полупустые пачки из под сигарет лежат не на тех местах, где они нужны были. И та же мятная жевачка лежала совсем в другом конце. Может это химикаты введённые в его тело, перестроили его память и представление о местоположении таких незначимых вещей?
Неопределенно пожав плечами, Мидория взял первую попавшуюся пачку и открыл. На ладонь упала тонкая сигарета и любимая зажигалка.
Усмехнувшись, Изуку открыл окно, как сразу его обдул холодный ветер ноября. Подпалив сигарету, он подставил фильтр к губам. Судорожно выдохнув, он сделал тягу. В лёгких воздух сперло и сперва брюнет откашлялся, ощущая знакомый горький привкус. Глаза защипало от своей абсолютной беспомощности. Ударив стену ногой, он сделал вторую тягу. Потом третью и четвертую, пока не догорело до оранжевого фильтра. Выпустив последний клубок едкого дыма, остальные пачки, Мидория позапихивал по карманам, и положил матрац обратно, перед этим закинув в рот жевачку.

На кухне мама гремела посудой, и тепло разлилось по груди. Желудок свело от запаха еды и быстро подбежав сзади, Изуку мокнул палец в суп, закатывая глаза от удовольствия.

— Как же я давно не ел.

На вопросительный взгляд, Мидория неловко засмеялся.

— По правде говоря, я не ел более недели. У меня начало разъедать желудок.

Выпалил он под строгим взглядом. Инко ахнула и ложка выпала из её рук. Мидория встрепетнулся.

— Это нормально, это..ээ..как бы сказать. Это организм перестраивается каждый месяц под мою причуду. Поэтому я бессмертный.

— Изу, прости меня, я не смогла помочь тебе. Я ничтожная мать.

Горячие слёзы прокатились по пухлым щекам и Изуку мягко вытер их черствыми подушечками пальцев.

— Мам, не говори так. Ты невероятна. Это просто жизнь, я обещаю, что смогу выбраться и провести с тобой её оставшуюся часть.

***

Скрипнула дверь и в квартиру шагнула пара злодеев. Они увидели, как Изуку мило молтал с Инко. Окликнув того, он хмуро повернулся. Кивнув им, Изуку подошёл к матери.

— Мам, прости за то, что я обязан сделать.

Женщина понимающе кивнула, и обняла сына.

— Я люблю тебя, Из-

Глаза закатились и женщина в секунду обмякла в руках парня. Изуку по-мучениски усмехнулся и уложил матушку на кровать, невесомо поцеловав её в лоб.

— Я тоже люблю тебя, мам.

***

Склад. Огромный амбар, с железными коробками по бокам. На них расселись злодеи и спокойно играли в карты. Когда дверь скрипнула, оповестив всех, что кто то зашёл. Пара глаз метнулась к ним, и девушка, именуемая как Тога Химико, подбежала к Изуку. Тот вымученно глянул на неё, когда она ахнула, оглядывая красные глаза и опухшее лицо.
Она что то завелась о том, что он бы выглядел в разы лучше, если бы был пораненным.

На это все закатили глаза, и не желали дальше слушать этот трепет.

Пройдя внутрь этого амбара, Шигараки вытащил из ящика..

— Ошейник?

Сипло спросил Изуку, скептически оглядывая металлическое кольцо.

— Именно. Так как нам критически нужны деньги, мы снова продадим тебя, но не волнуйся. Это ненадолго, потому что я не могу переносить того мужика на дух, поэтому подолгу ты у него не задержишься. Мы будем отслеживать ваше перемещение.

— Ясно.

Кивнул Изуку, поднимая слегка отросшие волосы. Шигараки нацепил ошейник и присвистнул, оповещая его о том, что тот был бы классной секс игрушкой. Но мотнув головой, оспорил собственный вывод тем, что оружием он стоит дороже.
Все таки, в этом мире ему осталась одна единственная роль.

Он — достаточно Ценный Товар.

Мидория вытащил пачку из кармана, вынул сигарету. Подпалив и сделав затяжку, он странным взглядом осмотрел присутствующих.

— Ты куришь?

Заинтересованно спросила Химико, разглядывая, как длинные пальцы, держали горящую никотинувую палочку.

— Удивительно, почему доктор не учел лёгкие пораженные никотином?

Задумался Даби, распластавшись на ящике.

— Мне нельзя употреблять никотин?

Шигараки хохотнул.

— Как раз нужно, и в больших количествах. Хотим посмотреть, на сколько хорошо работает твоя причуда, которую тебе искусственно ввели.

Прошипел Томура, как то по-новому осматривая Изуку.

— Работает до отрубленной головы, более не пробовал.

Химико вытаращилась на него.

— Отрубленной головы?

Мидория кивнул, вспоминая, как Катцуки по дороге на склад, упоминал ему, какие же тёмные были его артерии и как классно было ему вырывать шейные позвонки.
Криво усмехнувшись, Изуку сделал тягу, вдруг его катану вытащили с ножен и просунули ему.
Бровь вопросительно изогнулась. Взгляд метался то от острого лезвия к усмехающемуся Шигараки, который достал телефон и направил камеру на него.

Послышался звук записывания видео.

— Отрежь голову. Я смогу не плохо заработать на чёрных сайтах. Только маску надень, ибо нам не нужно, чтобы кто то узнал тебя.

Сигарета выпала из рук, а Мидория нервно сглотнул слюну. Ладно, когда ему Кто-то отрезает голову, но он сам максимум решиться перерезать горло, в истерике и панике. А с ясным разумом он вряд-ли сможет.
Губы приоткрылись, а дрожащие руки взялись за рукоятку.

На базе Восьми Заветов он перерезал глотку, потому что был в отчаянии? Он перестал верить? Перестал существовать для себя?

Как, черт возьми, он тогда вытворял ТАКОЕ.

Он отрезал себе руки, перерезал глотку, откусывал язык.

Да, боже. Он делал все, даже не задумываясь о последствиях.

Это все из-за того, он встретился с матерью? Или из-за близкого знакомства с Катцуки? Почему понимание таких вещей в его голове резко изменилось?

Он неверяще смотрел на сверкающее лезкие в полумраке амбара. Губы начали дрожать, а перед глазами мылилась картинка.
Изуку дрогнул, когда ледяное лезвие коснулось кожи. По телу пробежал разряд тока. Сожмурив глаза, до белых и зелёных пятен во взгляде, и по-крепче ухватившись за оружие, надавил. С горла вышел болезненный хрип, а по шее стало стекать кое-что горячее и до ужаса чёрное. Кровь очерчивала контур шеи, перетекая вниз, впитываясь в кофту. В глазах забился красный свет тревоги, а в висках началась болючая пульсация. Поджав губы, он резким движением провёл по шее. Из-за неуверенного разреза, голова не отлетела, и осталась держаться за шейной позвонок и остатки кожи. Он просто переразал глотку, следовательно, захлебываясь в собственной крови.
С губ слетали не только мучениские хрипы, но и плевки вязкой крови. Он до сих пор чувствовал, как с подбородка она обильно скатывась на перерезанную шею, чувствал, как с носа выбилась та же кровь, очерчивая теперь контур побледневших губ.
Глаза закатились, и затылком он ебнулся об пол. Тело содрогалось в конвульсиях.

Рядом восхищённо вздыхала Химико восторженно наблюдая за последними конвульсиями тела, а после удивительно вздыхая, когда увидела, как нити тканей начали переплетаться между собой, воссоединяясь.

Даби лишь прикрыл рот, с ужасом наблюдая за парнем. Он понял, что тот мальчик, которого они встретили на кладбище, давно превратился в Это. В это отчаявшееся и постепенно умирающее существо. Не каждый человек, сохранивший здравый смысл смог бы перерезать глотку, так еще и собственноручно. Для людей имеющих здравое мировоззрение, это непосильная задача.

Честно, его чуть ли не вывернуло, когда чёрная, из-за химикатов кровь, облила Химико, которая чуть ли не ловила оргазм от такого действа.
Шигараки, видимо, это забавляло, но в тоже время вызывало ужасное отвращение, которое проскальзывало у него на лице. На секунду в его глазах стрельнул животный и будто детский ужас.
Брюнет лишь пожал плечами, это не его дело, разбираться в детских травмах.
Он лишь осел на одну из железных коробок и легко маниврировал голубым огнём между собственных пальцев. Злодей неприятно поморщился, когда собственный огонь обжог кожу.
Через минут пять, тело Мидории дернулось, и он привстал на локтях. Он потерянно оглянулся, когда Шигараки протянул ему руку. Даби усмехнулся, когда парень сомкнул их руки и начал кричать от того, как его тело стало рассыпаться, но одновременно восстанавливаться невероятной скоростью.
После он скривился от понимания того, что одна причуда пытается пожирать твоё тело, а другая защитить и восстановить. Бился он в конвульсиях на полу еще около двух минут, пока он не посмотрел огромными, с животным ужасом глазами на Шигараки. Его ресницы слиплись от слёз, а губы дрожали. На щеке ещё были трещины кожи, которые появились из-за воздействия причуды. Они то и дело, что удлинялись, после резко укорачивались, а после снова пытались разрушить тело.

Изуку сглотнул, поднимаясь на дрожащих руках. Он сойдёт с ума с таким темпом.

***

Тишина амбара напрягала, а Изуку просто пилил стену взглядом, делая тягу. Сидит он уже тут около трёх дней. Похоже, заказчик был занят каким то важным расследованием, поэтому опаздывает.
Фильтр прильнул к губам, но тягу он делать не спешил, так как заметил идущего к нему Шигараки. Мидория сел и настороженно, не выпуская сигарету, прищурился.

— Мидория, я дам тебе задание по-убийству одного подростка. Она слишком много знает. Это будет твоей тренировкой перед покупкой. На все-про-все у тебя две недели. Ты должен выведать у неё как можно больше информации.

— Подросток? Кто это.

Голос не дрогнул, но в груди все сжалось. Он метался между «слить всю информацию, и наконец спастись», либо «молча выполнять указания, невидимо подсказывая героям».
В первом случае, его найдут и убьют, даже, если в его поддержку заручаться все Герои. Он знал, что Шигараки выживет в любом случае. Он тот тип людей, который пожертвует всем, ради себя и своей мечты, либо того, кого он уважает.
Похоже молчание затянулось, и Изуку выдохнув кивнул. Он будет ждать, ведь обещал маме не рисковать.

— Мудро.

Отчеканил Катцуки, сидя на коробке рядом. Изуку на него даже не посмотрел. На протяжении трёх дней он прожжужал ему все уши о том, что ему чертовски, мать его, скучно.

— Вот. Ученик Академии — Момо Яойорозу. Примерный студент, обеспеченная семья, друзья и многое другое. Недавно, они группой пробились на склад с Ному, но так как по словам нашего информатора ясно, что другие ничего не знают, эта сучка что то пронюхала.

Шигараки обречённо выдохнул одновременно протягивая папку с данными и нервно расчёсывая себе шею. Там уже просачивалась кровь. Стремный тип.

— Я понял, как мне действовать?

Томура исподлобья глянул на юношу и рассмеялся.

— Как твоя душа того пожелает. Главное — информация. Другое мы уладим, есть связи. Поэтому, можешь прогуляться, но помни, только писк Героям и ты — труп.

Мидория пожал плечами и спрыгнул с металлической коробки.

— Мне нужны деньги.

Злодей ударил себя по лбу, и зыркнул на улыбающегося Изуку. Закатив глаза и прикусив губу, Томура кинул бумажник. Брюнет удачно словил его и мило захлопал ресницами.

— Большо-о-о-ое тебе спасибо.

***

Торговый центр встретил парня гулом. Он закутался по-лучше в чёрный капюшон толстовки и прошёл к отделу с париками и косметикой. Название было весьма специфичным, но Изуку не обрытил на это особого внимания. Парик выбирал он не долго, потому что среди, буквально, лысых париков, были только женские. Лицо приняло сразу страдальческое и остановившись на черном цвете волос, он взял в охапку пару дешёвых тональников и прошёл на кассу, где оплатил эту всю котовасию.
Хитро усмехнувшись, Мидория подбросил серебрянные монетки в руке, понимая, что может растратиться на кругленькую сумму из бумажника Томуры, но решил сначала сбегать в амбар и преобразоваться. А уже после, почувствовать себя настоящим подростком. Выданный телефон с единственным неизвестным номером, покоился в кармане. Зайдя в кабинку туалета, он набрал этот номер и незамедлительно за Мидорией появился темно-фиолетовый портал. Вмиг он оказался в нужном месте и разложив все на железной бочке, попросил о помощи..Тогу.

Это было не самое лучшее решение, ибо это все не произошло без «случайного» тыка в глаз кисточкой с тоналкой. Либо же как ему случайно выдернули клочок волос.

Наконец справившись с париком, Изуку аккуратно отогнал от себя Тогу. Та, оттопырив нижнюю губу, ушла восвояси.

Повернувшись к рассматривающему его Катцуки, Изуку выгнул бровь.

— Ты выглядишь весьма-

Брюнет сложил руки на груди.

— Убого, уродливо, просто уебански, как бомж, как хуепудало...ээ. Не знаю больше синонимов.

Прошипел Изуку, загиная пальцы на каждом приведенном примере. Блондин лишь залился смехом, переворачиваясь в воздухе. Мидория скептически его осмотрел.

— Нет-нет-нет, что ты, я хотел сказать, что ты выглядишь по-другому. Но, твои примеры, ха-ха, развеселили меня. Не думал в клоуны пойти?

Юноша закатил глаза и спрыгнул с ящика.
Черный парик идеально сидел на нём, будто это были свои же волосы. Конечно, ради более «натурального» эффекта, ему пришлось пожертвовать половиной своих, которые были вшиты в парик. Сами волосы были завязаны по-бокам косичками (Тога увлеклась), а сзади просто хвост. Конечно, сам парик идеально скрывает уши, а чёлка не плохо прикрывает глаза.
Теперь, он решил, что должен снова пойти в торговый центр и уже исходя из его нового образа, накупить одежды.

— Не плохо выглядишь, Вальтер.

Изуку с под чёлки глянул на идущего Шигараки. В его руке были какие-то листы, и он усмехался.

— Прости, кто?

— Вальтер Скотт, твоё новое имя. Не местный, получивший японское гражданство, канадец. Тебе шестнадцать лет, а в Японии ты проживаешь только пару месяцев. Родители находятся в Канаде, а сам ты приехал к бабуле. Вот тебе легенда, которую ты должен заучить. Понял?

Губы тронула усмешка и Изуку положительно кивнул. Интересно, «его» база данных зарегистрирована хоть где-нибудь?

***

Мидория шёл со списком всякой всячины, которые теперь только он может купить, ибо другие уже засветились. Купил он всего несколько вещей, типа ветровок, футболок, рубашек и штатов. Водолазка, которая сейчас была на нём, удачно скрывала его ошейник, чему он был несказанно рад.

Сейчас Изуку осматривал новую модель телефона и втыкал в последние новости. Фестиваль UA и всякая всячина. Не плохо, но вот действо Шигараки и его Лиги Злодеев от лица СМИ, было просто сказачно проутрировано.

Закатив глаза, он хотел было убрать телефон, но столкнулся с кем то. Этот кто то впереди упал и болезненно ой-кнул. Мидория на спех извинился и протянув руку улыбнулся. Посмотрел кто это и опешил.

— Мина Ашидо?..

Блядь.

А был ли это клинический сон на самом деле?

***

Спасибо большое, кто до сих пор читает это все. Хочу извиниться по поводу того, насколько могут быть неграмотны главы.

Так же хочу поблагодарить одного великолепного автора. Спасибо большое, adexy999 😋