глава.8.
Мы возвращались домой, поедая шоколадное мороженое. Пакеты уже везли на машине, а мы с Эльвирой решили немного прогуляться.
— Тебе очень идет хиджаб, Халима, — с улыбкой сказала Эльвира.
— Спасибо, — ответила я, и в душе разлилось приятное тепло.
— Знаешь, я вот думаю, как же повезло Арслану с женой, — продолжала она. — Такая, как ты: красивая, умная, добрая, верная... Да и причин много можно назвать. Наверное, он мог бы жениться на какой-нибудь модели, но та только деньги с него тянула бы. А ты — настоящая, искренняя.
Я улыбнулась в ответ, чувствуя, как слова Эльвиры согревают сердце. В такие моменты особенно остро понимаешь, как важно иметь рядом людей, которые видят тебя настоящей и ценят не за внешность или статус, а за душу.
Иногда кажется, что мир вокруг слишком суров и несправедлив, но именно такие разговоры напоминают, что есть место доброте и искренности.
Он ведь правит Нью-Йорком. Конечно. Нужна ли ему такая, как я? Я усмехнулась, осознавая собственную глупость. Нашему браку всего три дня, а я уже думаю о любви. Аллах, Аллах…
Я стояла, словно статуя, вдыхая пыльный воздух коридора, который теперь казался мне густым и тяжелым от невысказанных слов. Его голос, такой властный и уверенный, когда он говорил о своем статусе, теперь звучал как приговор. Статус. Вот что было важно. А я? Я была лишь частью этого статуса, декорацией, которую можно сменить, когда она перестанет быть удобной
-Фикция – повторила я про себя его слово, и оно эхом отдавалось в моей голове, разбиваясь на тысячи мелких осколков. Наш брак – фикция. Три дня. Всего три дня, а я уже успела поверить в сказку, в возможность чего-то настоящего. Какая наивная глупость. Я, дочь своего отца, выданная замуж по расчету, должна была знать лучше. Но сердце, это глупое, непокорное сердце, отказывалось слушать разум.
Нью-Йорк. Город возможностей, город власти. И он – его король. А я? Я – лишь маленькая птичка, случайно залетевшая в его золотую клетку.
-Халима! – позвал Арслан, и его уверенный голос заставил меня вздрогнуть.
Быстро поправив хиджаб, я вошла в гостиную.
-Что? – спросила я.
-Что ты там забыла?– его вопрос был резким.
-Я стояла. Мне уже нельзя стоять?– мой голос звучал ровно и стойко, словно я не придавала значения его словам.
-Ты слышала?
-Слышала. И знаешь, я не удивлена. Поверь, я тоже не считаю наш брак чем-то большим, чем просто фикция. Так что мы на равных.
Он приподнял бровь в безмолвном удивлении, а затем усмехнулся и подошел ко мне ближе. Я же скрестила руки на груди и выпрямила спину, глядя в его темные, глубокие глаза.
-Правда?
-Да!
-Тогда я рад, что ты не ждешь от меня каких-либо действий. Мир жесток, Халима, и каждый защищает себя сам.– он покинул гостиную, больше не удостоив меня даже взглядом.
Его слова, словно холодный ветер, пронеслись по комнате, оставляя после себя лишь звенящую пустоту.