Глава 1.
Стайлз тяжело вздыхает. Переводит взгляд с ноутбука, на котором открыта Википедия, на старую, потрепанную временем книгу, из которой вываливаются некоторые странички. Он бы с радостью отгородился от всего того происходящего безумия, что длилось до сих пор, только вот стоящий рядом Алан не дает этого сделать. Он переводит на подростка взгляд, когда тот дергается из-за боли в плече. "Протянуло" - шепчет одними губами и переводит глаза на открытое окно. Дитон понимающе кивает и закрывает его, проворачивая ручку вниз.
Книга до безумия скучная. В ней нет всяких легенд, которые Стилински уже не раз читал во всемирной паутине. Это и правда обычная книга для начинающего друида, в которой рассказывается, кто такие друиды и что они делают, но парень уже знает все это из слов доктора Дитона и еще немного, совсем чуть-чуть, из интернета. Когда появляются рецепты самых простых "отрав", как тихо их называет Стайлз, то парень радуется. Правда, радость его недолгая. Это просто перечисление разных трав, половину которых мальчишка не знает и знать не хочет.
Стайлз не хочет знать не потому, что ему не интересно. Это интересно, правда, но это не то, с чем подросток хочет связать свою жизнь. Он хочет стать полицейским, как его отец. Работать помощником у Джордана, когда Джон уйдет на пенсию, набираться опыта, а потом потихоньку перебраться в место куда-то получше, в город побольше, где есть перспективы и где пропажа ребенка, который пошел в магазин за мороженым без спросу, не является самым опасным делом, ведь, - о господи! - пропал ребенок. Стайлз не хочет каждый день видеть кровь, не думайте, что он маньяк. Но хотя бы банальное ограбление, серьезно, народ.
Мальчишка тяжело вздыхает и закатывает глаза. Захлопывает книгу довольно грубо, за что получает от мужчины укоризненный взгляд. Но Стилински плевать, если честно. Он не хотел с этим связываться, его, по сути, заставили, и именно за это Стайлз ненавидит Алана, этот гребаный Неметон, который, по словам Дитона, священный, а еще Альфу, у которого он будет друидом и которого он пока что в глаза не видел. Единственное, что он услышал об этом мужчине, Альфе, так это то, что он вовсе не плохой, хоть и может показаться редкостным дерьмом. И то, это сказал ему Кристофер, который вообще оказался охотником. Отец девушки его лучшего друга - гребаный охотник на оборотней! Это... Это не то, чтобы удивляет... Хотя нет, это, черт возьми, еще как удивляет и заставляет чуть ли не дышать огнем, ведь и мистер Арджент, который в первую их встречу, когда мужчина забирал Эллисон со школы, показался Стайлзу классным чуваком, тоже связан со всем этим дерьмом.
Стайлз еще не видел Альфу, в стае которого он будет, он в принципе еще не видел ни одного оборотня, но уже всей душой ненавидит их, ведь те определенно испоганили ему жизнь, разрушили его мечты, и теперь он должен будет всю жизнь жить в Бейконе. Стайлз в бешенстве, его не устраивает тот факт, что ему указывают, руша его жизнь, и Стилински плевать, кто там этот Альфа, потому что он собирается высказать ему все, что думает о нем, сегодня вечером, когда, видите ли, должен с ним познакомиться.
После парень захлопывает ноутбук, грубо запихивает его в рюкзак, забирает с вешалки куртку, которую наденет на улице, лишь бы побыстрее смотаться из клиники, и шагает к загородке, которая, оказывается, сделана из рябины.
- Стайлз, - окликает его доктор Дитон, и парень, тяжело вздыхая, разворачивается. - Будь добр, сегодня прийти к семи сюда.
- Ага, - ограничивается лишь таким ответом и быстро покидает клинику, хлопая дверью.
Голубой Джип стоит напротив здания, вокруг которого, кстати, тоже посажена рябина. Парень просовывает ключ, но руки дрожат из-за нервов и холода, а потому попасть получается не сразу. Он психует и, словно маленький ребенок, топает ногой. Глубоко вздыхает и снова вставляет ключ. Попадает.
В машине холодно, и Стилински наконец-то надевает куртку, включает печку и трогается с места. Оглядывается назад, чтобы случайно в кого-то не врезаться, и отцу снова не пришлось платить за ремонт чужой машины, ведь свои деньги Стайлз потратил на ремонт Детки.
До дома ехать недолго, минут пять, но Стилински, следя за дорогой, действительно расслабляется. Ему нравится вести машину, это успокаивает его. По этой причине он решает заехать в Мак, чтобы купить себе чизбургер, а отцу сделать поблажку и купить бургер. Шериф утверждает, что скоро загнется на еде, которую ему готовит Стайлз. Трава, трава и еще раз трава. Стайлз слово "трава" понимает немного по другому. Почему-то представляет себе марихуану или что-то из набора Дитона, а не базилик, который он положил в салат. Иногда отцу нужно делать поблажки, чтобы он не обращал внимание на какие-то мелкие чудовства его сына.
Он завозит еду отцу в участок, получая от Джона подозрительный взгляд, мол, что ты уже сделал? Заглядывает в ноутбук Джордана, смотря нет ли чего интересного по работе, и возвращается в Джип, а уже через пару минут он уже дома. Бросает рюкзак в коридоре, там же бросает кеды и идет к холодильнику, чтобы взять баночку пепси, пока его прекрасный чизбургер совсем не остыл.
Он почти запихивает его в себя, съедает за пару минут, ведь последний раз он ел вчера примерно в такое время. А он подросток с хорошим обменом веществ, которому нужно много еды. Уже после еды из Мака он делает себе какао, которое нужно бы сварить, но Стайлзу лень, и он просто бросает Nesquik в теплое молоко, а после садится за ноутбук, включает сериал и прикрывает уставшие глаза, которые у него болят после нескольких часов чтения. Он устал читать эти гребаные друидские книги.
На часах половина шестого. У него есть еще полтора часа до встречи с Альфой, которого он уже ненавидит всей душой.
***
- Как его зовут хоть? - как-то спросил Стайлз, перечитывая один абзац уже раз десятый.
- Сам у него спросишь, - ответил друид. - Он просил не рассказывать тебе о нем что-либо, потому что слава у него не очень, и ему не нужно, чтобы его друид еще до знакомства с ним сделал о нем все выводы.
- Ну спасибо. Будто по имени я сделаю выводы, - насупился подросток и отвернулся.
Алан тяжело вздохнул, зная, что лучше сказать хоть имя, чем подросток снова попытается забросить учебу на зло Альфе, Алану и "гребаному Неметону", как он сказал как-то.
- Питер, - тихо сказал мужчина, делая укол собаке. - Его зовут Питер.
Стилински тогда кивнул, а уже через полчаса слинял под предлогом домашки и так далее, а на самом деле уже через сорок минут был на пороге дома Арджентов. То, что они охотники, Стайлз узнал случайно. Ветеринар сказал, что кроме оборотней есть еще те, кто на них охотится, и от кого друиды часто защищают свои стаи, если это нужно. В пример он привел Арджентов. Тогда у подростка случился микроинфаркт, но что поделаешь.
Мистер Арджент был действительно терпелив, а узнав имя Альфы, усмехнулся. Плохо он не отзывался, но и хорошего не говорил.
- Он неплохой, хоть и может показаться сначала дерьмом, - уклончиво ответил Кристофер. - У меня с ним отношения натянутые, но, полагаю, это лишь потому, что он - оборотень и временами делает неправильные вещи, а еще у нас есть общее прошлое, так что да.
- Какие неправильные вещи? - заинтересованно спрашивал подросток, а сердце в этот момент билось так быстро в груди.
- Это касается лишь вас двоих. Я не полезу в дела Питера и его друида, то есть тебя, Стайлз, - подросток шептал что-то вроде "заколебали", но благодарил охотника, ведь он пока что единственный, кто дал ему хоть что-то. А еще он дал ему фамилию, и это было уже прекрасно, ведь тогда Стайлз, сидя в холодной машине, гуглил имя Питер Хейл, зная, что уже слышал эту фамилию. И еще знал, что если всемирная паутина не даст ответа, то он пойдет в архив в участке и плевать хотел, что это будет нарушение закона.
Но интернет ответ дал, и Стилински теперь понимал, откуда знает эту фамилию. Во-первых, он смутно помнил Дерека Хейла, который был довольно популярным парнем в старшей школе, в то время как Стайлз только был в младшей; во-вторых, семь лет назад, когда мальчишке было десять, в доме Хейлов был пожар, в результате которого выжил лишь Питер Хейл, тот самый Дерек и его две сестры - Кора и Лора. Правда потом мальчишка наткнулся на статью, в которой говорилось, что труп Лоры Хейл был найден прошлой осенью. Где-то глубоко внутри у парня даже что-то екнуло, и ему стало жалко Питера. Точнее, не именно Питера, а всех Хейлов.
Стилински не замечает, как проваливается в сон, а просыпается от жужжащего в кармане телефона. Он не очень приятно давит на тазобедренную косточку. На часах на ноутбуке десять минут восьмого, а это значит, что он уже как десять минут должен быть в ветеринарной клинике у Дитона, чтобы встретиться с Альфой.
- Я скоро буду, уже еду! - кричит он в трубку, но Дитон его перебивает:
- Стайлз, я знаю, что ты, скорее всего, забыл, не стоит меня обманывать, - говорит ему Алан, а потом Стилински отдаленно слышит второй голос.
- Это Питер? - спрашивает мальчишка, закрывая дверь в дом.
- Да, - парень подсознательно представляет как мужчина кивает. - И он говорит, что подождет. Не волнуйся.
- Я и не волновался, - уверенно отвечает мальчишка и сбрасывает звонок, сразу засовывая мобильник в карман.
Стайлз знает, что это ложь. Алан знает, что это ложь. И это знает даже Питер, который слышал это по загнанному дыханию мальчишки. Стилински бесит тот факт, что оборотни знают все об окружающих их людях. Вот, например, едет оборотень в автобусе или метро, идет по улице, а мимо него идут люди. И одним лишь нюхом он может узнать о них многое: чем обляпал рубашку, какими духами пользуется, какие эмоции чувствует и так далее. Это не то, чтобы пугало, но точно напрягало.
Стайлз думает, что если бы на пути встретил полицейскую машину, то его бы точно штрафанули. Шериф, конечно, потом бы все замял, но сами понимаете, с какой скоростью он несся. До клиники оставалось буквально метров сто, когда Стилински заметил на его любимом месте, напротив здания, другую машину. Это была черная, не по-детски дорогая, машина, и что-то подсказывало парню, что это была спортивная машина.
Пришлось парковаться сбоку, что парнишку не особо обрадовало, ведь это было не особо удобно. А ведь, если бы не опоздал, то встал бы напротив здания!
Парень захлопнул дверцу машины, закрыл автомобиль и пошел в сторону входа в здание. Ветер поднимался действительно жуткий. Он чуть ли не сносил худое, хоть и тяжелое тело парня, который пытался уложить капюшон куртки назад, ведь надевать на голову не особо хотелось. Заходя в здание, парень обернулся, ловя взглядом поднятые ветром листья. Они словно что-то шептали.
- Совсем уже еду крышей... - тихо пробурчал парень и пошел в сторону рябиновой перегородки. Куртку он решил снять в кабинете Алана, где была еще вешалка, которой Стайлз бессовестно пользовался.
Он буквально залетает в помещение, где у доктора шкафчики, в которых хранятся разные баночки и скляночки не только для лечения кошечек да собачек. Это мальчишка просек быстро, найдя в одной из банок пепел рябины. В этом помещении никого не было, зато Стайлз определенно слышал негромкий разговор двух мужчин, которые сидели в кабинете ветеринара.
- Стайлз, - позвал его Дитон, понимая, что мальчишка будет мяться в коридоре даже зная, что Альфа давно услышал его.
Сердце в груди колотилось. Колотилось оно быстро-быстро по многим причинам: во-первых, Стайлз волновался, ведь он предвкушал встречу с человеком, который, если верить гребаному дереву, должен был стать одним из важных людей в его жизни; во-вторых, паренек его правда... не то, чтобы ненавидел, но что-то тяжелое говорило ему это делать, ведь Альфа рушил его жизнь. Именно потому, что Стилински представлял его каким-то разрушителем, он точно не ожидал увидеть красивого мужчину, который стоял, оперевшись об стол, и держал в руках стаканчик с кофе.
Альфа перевел голубые глаза на него. Глаза в глаза. На самом деле теперь мальчишка не удивлялся, что Питер - Альфа. По одному лишь взгляду оборотня было видно, что внутри у него был стержень. Стержень, который не гнулся, и именно поэтому Стилински первым отвел глаза, посмотрев на Дитона.
- Привет, Стайлз, - сладко протянул мужчина и широко улыбнулся, обнажая человеческие клыки. - Питер, - оборотень протянул руку, и Стайлз ее неуверенно пожал, смотря на мужчину сощуренными глазами. Ожидал... подставы?
- Привет, представляться не буду, - мальчишка сел на небольшой диванчик сбоку от доктора Дитона и засунул руки в карманы, спрятав их от взгляда Волка. Тишина. Мальчишка перебирает бумажку от конфеты в кармане, шерудит ею еле слышно для себя, но очень шумно для оборотня, который переводит взгляд на куртку.
Алан смотрит на Питера, Питер смотрит на Стайлза, а Стилински смотрит в окно, старается игнорировать этот взгляд, который ощущается слишком хорошо.
Дитон тяжело вздыхает и покидает свой же кабинет, решая оставить Альфу и его друида один на один.
- Ты хочешь кофе? - вежливо спрашивает Волк. - Я купил и тебе, пока ехал сюда, - мужчина берет со стола стаканчик с кофе, накрытый коричневой крышечкой, и протягивает его подростку. - На самом деле я больше люблю натуральный, но по дороге был автомат и Мак.
- Я откажусь, спасибо.
- Как хочешь.
- Мы встретились, чтобы ты предложил мне кофе? Если да, то я пошел домой. Если нет, то у меня есть целый список претензий, который я могу озвучить, - зло сверкая глазами, говорил он, но при этом голоса не повышал, а лишь старался смотреть Волку в глаза, пытаясь его таким образом перебороть. Это было забавно, по мнению Питера.
- Я весь во внимании, дорогой мой друид, - немного с сарказмом ответил ему Хейл и сложил руки на груди.
- Во-первых, не называй меня "дорогой мой друид"! Я тебе не друид и тем более не твой! - вспыхнул мальчишка и поднялся на ноги. Рост у них был одинаковый, разве что пару сантиметров разницы, и по этой причине никому из них не приходилось заглядывать в глаза другому снизу вверх. Хотя стоит признать, что прижавшись пятой точкой к столу и тем самым присев, Питер был немного ниже.
- Давай не будем отрицать очевидных фактов. Во-первых, ты друид, ведь так решил Неметон, - убедительно, но упрямство юноши не давало ему так просто согласиться. - Во-вторых, Стайлз, тот же Неметон решил, что ты - друид моей стаи, а, значит, ты - мой друид. Все логично.
- Я не хочу быть друидом. Я хочу быть обычным подростком, который закончит школу и пойдет учиться дальше, но точно не в Бейкон Хиллс, - парень щурил глаза, и почему-то так он даже казался Альфе грозным, несмотря на хрупкость, бледность, определенно недосып и запах молока от парня. Взгляд у него был острым, ядовито-змеиным.
- Кто тебе мешает это сделать?
- Алан сказал, что друид должен быть всегда со стаей, а я не думаю, что ты, как Альфа, захочешь вести стаю в какой-то другой город лишь по моему желанию.
- На самом деле этот вопрос нужно рассмотреть более детально, Стайлз. Ты мой советник, и я в любом случае буду учитывать твои интересы, так что этот вопрос мы еще обсудим, когда ты закончишь школу.
- Оу, - протянул мальчишка и как-то отпрянул назад, понимая, что он уже чуть ли не тычет мужчине пальцем в грудь, обвиняя его.
- Есть еще претензии? - с некой насмешкой спросил его мужчина, хотя, на самом деле, понимал его. Альфа прекрасно понимал состояние друида, которому лишь семнадцать. Возраст он узнал от Алана, и это не было большой проблемой, но загвоздкой точно.
- Что я должен вообще делать? - недоумение.
- Ты поймешь по ходу, но пока что просто читай всякие друидские книги, которых у Алана полно. Я тебе тоже дам парочку.
- Господи, опять эта хуйня! С опытом приходит знание и бла-бла-бла! - громко возмутился мальчишка и глупо, по-детски, ударил рукой по дивану, на который вернулся пару минут назад.
- Не ругайся, Стайлз, - кивок и короткое "ага".
- Окей, у тебя большая стая?
- Ее нет, Стайлз, - мальчишка нахмурился и непонимающе вскинул голову вверх, ожидая объяснения. - Лишь ты и я.
- Можно подробнее?
- Год назад я вышел из комы, и мне было не до этого, - Стилински понятливо кивнул. О коме он читал. - На самом деле полгода назад я вернулся с того света. Альфой был мой племянник, но он помог своей сестре выжить, отдав свои силы. Они вернулись ко мне, так как я снова был жив, и я имею на это прав больше, чем кто-либо другой.
- Ты был... на том свете? - кивок. - И как там? Отдельный котел был?
- Ага, конечно, а еще черти с хвостами шныряли туда-сюда, - мальчишка улыбнулся в ответ. - По сути в стае лишь мой племянник и племянница, но это из-за кровных уз, но они в Южной Америке, и сам понимаешь.
- Лишь ты и я? - кивок. - И ты будешь кусать всех направо и налево?
- О, Стайлз, нет! Я не хочу себе стаю подростков, стариков, психов или слишком самовлюбленных. Выбирать бету сложно. Можно, конечно, просто так укусить, но не всегда из этого выйдет что-то хорошее, - задумчиво рассказывал Альфа.
Стайлз уже был рад тому факту, что оборотень не станет кусать кого попало. В этом плане их мнение совпадало, ведь Стилински считал, что все в стае должны друг с другом ладить. Это делало бы стаю сильнее.
- Я могу тебе советовать кого-то? Кого-то, кто по моему мнению считаю верным? Ты ведь... Ты ведь назвал меня советником.
- Да, Стайлз, повторюсь, что твое мнение я учту в любом случае.
- Отлично, - мальчишка кивает и переводит взгляд на часы, которые стоят как раз в паре сантиметрах от руки мужчины. Начало девятого. - Я могу идти, да?
- Я не буду тебя когда-либо удерживать. Хочешь - иди.
- А, то есть, я мог в самом начале уйти, да? - Питер тепло улыбнулся, но уже через секунду улыбка превратилась в ухмылку, а тепло в глазах - в лед.
- Мог, Стайлз, но тогда бы я сам пришел к тебе. Узнал бы адрес у Алана или же нашел бы тебя по запаху.
- Но откуда ты бы знал мой запах? - недоумевая спросил мальчишка, и шагнул ближе к двери, берясь сразу за ручку.
- Я заходил не так давно к Алану, и твой запах уже въелся в стены этого здания. Запах своего друида, поверь, - улыбка, - я узнаю.
Это звучало жутко, по мнению мальчишки.
- О, - парень смешно вытянул губы буквой "о". - Я пойду. Пока, Питер.
- До встречи, Стайлз, - дверь почти захлопнулась, но Хейл успел кое-что добавить, чтобы мальчишка остановился, не закрыв двери полностью. - Я знаю твои мысли по поводу того, как бы отказаться, но, поверь мне, Стайлз, тебе никак этого не сделать. Ты не можешь изменить выбор Неметона.
- Ой, пошел в жопу этот Неметон, - с ядовитой ненавистью шепчет подросток и захлопывает дверь.
Питер еще секунд десять смотрит на закрытую дверь, усмехается уголками губ, а после и сам идет на выход из ветеринарной клиники. Больше нет причин тут оставаться и разговаривать с Дитоном, ведь разговор с его друидом прошел.
- Отправь мне СМС-кой его номер, - кивает Питер и мельком бросает взгляд на рябиновую загородку, которая сейчас открыта. Доктор Дитон позаботился об этом, зная, что у него в кабинете Волк. - Был рад видеть тебя, Алан.
- Взаимно, Питер.
Голубой Джип трогается, выезжает на дорогу и едет в сторону центра города.
Shelby Cobra 1000 выезжает на дорогу спустя пару минут, но едет в сторону выезда из города.
***
Если честно, то Стилински устал делать домашнее задание по вечерам, а иногда и ночью. Как никак, а он все еще ученик старшей школы, и ему нужно учиться. Он вставал обычно рано утром, чтобы принять душ и успеть поесть, хотя ел он не всегда, ведь из-за нервов аппетит порой пропадал. Потом ехал в школу, после учебного заведения почти сразу в ветеринарную клинику, если, конечно, не было тренировки по лакроссу, но их он в последнее время слишком часто пропускал, из-за чего Финсток бесился. Лишь вечером и ночью у него было время для домашки и то, делал он ее не всю.
Стилински был измучен не только морально, ведь та самая незаметная друидская магия, которая течет по его венам и которую он использовал, делая всякие настойки, истощала очень сильно, но и физически, так как слишком мало ел, плохо спал и, в конце-концов, много учился во всех смыслах этого слова.
Сейчас Стилински думал, что зря он отказался от кофе, предложенного Хейлом, ведь его клонило в сон, а еще нужно было сделать пару заданий по экономике. Парень откинул голову назад и потер пальцами виски. Головная боль была ужасной и, благодаря Дитону, Стайлз уже знал, что это будет каждый раз перед полнолунием до тех пор, пока он не договорится с Альфой. Что значит "договориться с Альфой" Стилински понятия не имел.
Полнолуние будет через два дня. В прошлое полнолуние, то есть 27 дней назад, головная боль была адской. Более того, у парнишки поднялась температура, но уже на следующий день утром, ее будто и не было. О ней лишь напоминала небольшая боль в теле, которая всегда есть после температуры.
Через полчаса головная боль затихла благодаря паре таблеток от головной боли и двух таблеток аддералла, которые мальчишка принял. Плевать он хотел, что аддералл нельзя пить во второй половине дня. Боль не ушла, лишь притихла. На экономику мальчишка успешно забил и завалился на кровать, накрываясь одеялом с головой.
Встреча с Альфой прошла намного успешнее, чем ожидал подросток. Он не оказался безумцем, психом после шести лет комы, чего ожидал мальчишка, прочитав несколько статей в интернете о поведении людей после того, как они выходят из такого состояния. А поведение могло быть разным, но Хейл, на удивление, был действительно адекватным человеком. По крайней мере на вид.
После их разговора он смог сделать выводы, поставить кое-где точки над "і" и понять, что все не так плохо, как кажется, что это еще не конец его жизни. Ему не придется постоянно находиться рядом со стаей волков, и он, скорее всего, сможет даже поступить в университет, чтобы исполнить свою мечту.
На часах было лишь начало двенадцатого, когда Стайлз провалился в сон, зажав между ног теплое пуховое одеяло, забыв об этой гребаной экономике, за что Финсток точно на него будет завтра кричать, головной боли и даже Альфе с Неметоном, по причине которого и болела голова.
Ему снился самый прекрасный сон в его жизни. В нем он был постоянным нападающим в команде по лакроссу. У него не было СДВГ и силы Неметона, текущей по его венам. В нем не было ни Неметона, ни Альфы...
***
Альфа довольно смутно помнит дорогу домой. Съехав с трассы на дорогу в лесу он сразу притормозил. В голове он помнил, что спустя минут десять медленной езды по дороге в лесу справа будет еще один поворот. Этот поворот и ведет к особняку Хейлов. Лишь подъезжая к нужному ему месту, Питер резко затормозил. Казалось бы, что уже прошло семь лет, но запах гари все еще отдаленно был. Гарью несло от дома, который обрушенным зданием стоял среди леса на большой поляне в центре заповедника, территория которого принадлежит семье Хейлов, а в данный момент Питеру, ведь после того, как он вышел из комы, все документы переоформили на него, по причине смерти Лоры. Дереку, который был даже сейчас слишком молод, не нужна была эта земля. Он прекрасно жил в купленном им же доме в Южной Америке вместе с сестрой, которая была все еще несовершеннолетней. Хейл-младший не особо интересовался семейным бизнесом. Ранее им занималась Лора, пока Питер был в коме, потом, когда Лоры не стало, пришлось подключить Дерека, но он занимался фирмой лишь полгода, потом передал все права дяде, который в бизнесе был действительно мастером.
Некая тоска охватила Альфу, когда он остановился напротив дома. Он, поджав губы, вышел из машины и даже не закрыл ее, зная, что тут кроме него самого все равно никого нет. Воспоминания душили. В передней части дома снизу было видно небольшие поржавевшие решеточки подвала, в котором когда-то все и произошло. Хейл поморщился, но все-таки подошел к дому ближе. Ручка двери была покрыта слоем грязи, которая раздражала, ведь когда-то, буквально семь лет назад, Питер вместе с Корой, которой тогда было лишь десять, красил эту дверь, чтобы освежить дом. В то же время Лора обрезала растения, которые пошли вверх на дом, на крышу, из-за чего Талия переживала, что станет рушиться крыша. Это было так давно и так идеально.
Мужчина толкнул дверь вперед и сделал несколько шагов вперед. Несмотря на то, что одной стены у дома почти не было, и из-за этого была свободная циркуляция воздуха, грязный, вонючий и пропитанный гарью, которая должна была давно выветриться, воздух засел в легких. Эта гарь была лишь плодом воображения Питера, который прошелся до большой лестницы на второй этаж и остановился. Большинство вещей, которые уцелели тогда, в пожаре, сейчас уже все равно были не пригодны для использования. Стоя около лестницы, Питер видел гостиную, в которой стоял испорченный фортепиано, диван, точнее его остатки, на стенах все еще были обрывки обоев, которые отклеивались из-за влаги, у стены было нечто, что когда-то давно, будто в прошлой жизни, было камином. Вечерами они часто собирались у камина. Талия и ее муж играли на фортепиано в четыре руки, в то время как их дети - Дерек, Лора, Кора, вместе с бабушкой, матерью Талии и Питера, садились у камина. Бабушка была человеком, собственно говоря, как и муж Талии. Отдельной частью семьи была Малия, дочь Питера, которая была ровесницей Коры. Она всегда сидела рядом с бабушкой. Сейчас же Малия была в Европе. Она училась в одной из элитных школ в Швейцарии и, на самом деле, Питер уже очень давно с ней не говорил, но это не было проблемой. Питер был не лучшим отцом. О Малии он вспоминал редко, но был уверен, что Дерек и Кора общаются с ней довольно часто. На самом деле Альфа считал, что так даже лучше, ведь тогда его дочка снова не видела его смерти, чуть больше полугода назад и по сути вообще не была замешана в тех событиях, когда Питер и Дерек сцепились словно две бойцовские собаки, как любит говорить Кора.
За спиной была кухня. Около того, что осталось от двери, все еще висели фоторамки, но фотографии в них были испорчены навсегда. Кухня сохранилась довольно плохо. Подвал находился именно под ней и не удивительно, что после подвала загорелась именно она. Единственное, что еще более-менее было похоже на то, что было ранее - это стол и стулья, которые стояли не так уж и далеко. В голове всплыло воспоминание, в котором они на Рождество все сидели за этим столом и ели запеченную утку, внутри которой были апельсины. Лора не любила мякоть апельсина, а вот Дерек и Малия чуть ли не дрались за нее. Это было забавно, учитывая, что Дереку тогда было восемнадцать, а Малии - десять. В конце-концов мякоть всегда получала Малия, которой Дерек уступал. Мужчина невольно оперся о косяк двери и прикрыл глаза. Плевать было на то, что его пальто теперь испачкано. Это было лишь мелочью.
Лестница скрипела под ногами, резала слух Альфы, но Хейл радовался хотя бы тому, что она не разрушилась, и поднялся на второй этаж. После ступенек была небольшая площадка с окном от пола до потолка. Это был витраж с изображением волка, который выл на луну. Витраж был на половину разбит. Теперь было видно лишь остатки волка и кусочек луны. Хейл особо не задерживал внимание на этом и повернул направо. С двух сторон были лестницы. Снова ступеньки, теперь коридор второго этажа, который когда-то был сделан в темных тонах с большим количеством отделки из дерева. Тут когда-то были комнаты бабушки, матери Питера и Талии, Коры и Малии, которые фактически жили вместе, а еще Дерека, от комнаты которого почти ничего не осталось, но Питер все равно хорошо помнил, что у племянника в комнате была одна большая кровать, у самого окна, шкаф, тумба, стол и компьютерный стул. В шкафу, среди одежды, он хранил журналы, которые часто смотрят восемнадцатилетние подростки и за это Питер иногда посмеивался над ним. Талия об этом не знала, а бабушка, которая когда-то решила убрать кофту Дерека в шкаф, нашла один из таких журналов, но не сдала его матери, а лишь рассказала Питеру. Питер пообещал хранить эту тайну. Тайну, правда, хранить пришлось недолго. Во-первых, семьи больше не было, а, во-вторых, Дерек давно вырос.
На третьем этаже были комнаты Талии и ее мужа, Лоры и, конечно, Питера. Только вот от комнаты Альфы ничего не осталось, если не считать пепла, который давно унес ветер. На самом деле его комната на тот момент часто пустовала. Питер очень часто мог ночевать у друзей. Когда был дома, то мог уснуть даже в гостиной на полу, держа в руках какую-то книгу или же ноутбук. Маленькая Кора, которая, на удивление, очень часто не спала до поздней ночи, чему Талия не была рада, часто укрывала дядю пледом или же и вовсе залезала ему под руку и засыпала. Порой Питеру казалось, что связь с племянницей у него сильнее, чем с дочерью. Малия скорее больше общалась со своей тетей, Альфой семьи, нежели с отцом.
В комнате сестры для Альфы не было чего-то интересного, а вот в комнате у покойной матери Питер был уверен, что найдет какие-то фотографии. И нашел. В комоде, на котором у женщины часто лежали книги, что она в данный момент читала, Питер нашел два семейных фотоальбома, один из которых был еще из детства Талии и Питера, где фотографии были черно-белые, а второй совсем новый, если так можно сказать. Последняя фотография в него была вставлена семь лет назад. Она была сделана в Рождество. Первый альбом не сохранился, ведь лежал сверху, но он не особо был нужен Альфе. Фотографии со своего детства, которые делала его мама, он не любил. Он вообще не любил свое детство. А вот фотографии, на которых была, казалось, прошлая жизнь, жизнь до пожара, но уже при этом с Альфой в лице Талии, были ему дороги. И плевать, что большая часть фото засвечены желтыми и голубыми глазами волков. Лица его семьи все равно будут жить у него в голове.
В комнате Коры и Малии все еще стояли корпуса кроватей у стен. Все еще стояли обгорелые комоды, на которых девчонки хранили то игрушки, то школьные учебники, то еще что-то. Сейчас в комнате был лишь хаос, который не стоил почти ничего.
Дом Питер покинул лишь под утро, когда до рассвета оставалось всего ничего, а вороны уже начинали каркать, сидя на деревьях, не так уж и далеко от дома. Это было в некой степени жутко, но Хейл был уверен, что как минимум в пяти милях от него не было никого, кроме птиц. Питер мог поклясться, что гарью пахло до сих пор. В голове, иногда, воспоминанием проносился крик Талии, которая кричала брату выбираться. Ад. Питер был в нем и везде он один - 13 сентября. День, когда сгорела почти вся его семья.
Светало и теперь выехать было значительно легче, ведь теперь Питер отлично видел дорогу, которая когда-то была выложена асфальтом, но сейчас была лишь грязь. Обратно он ехал другой дорогой - через основной въезд в заповедник, при въезде в которой висела табличка "частная территория".
В голову пришла мысль, что если уж Хейл решил отстроить дом полностью заново, то почему бы уже и не сделать такую мелочь как положить нормальную дорогу, чтобы было удобнее?
___________________________________________
Примечание от публикатора: и дня не прошло, а я с новой историей;)
4986 слов ('0')/!