Глава 10
Прошло три дня, три мучительно долгих дня, с того вечера, когда Сульпиция подарила Повелителю свой волшебный поцелуй. И с тех пор он всё время думал о ней. В мечтах он нежно целовал её, расстёгивал сложную застёжку её платья и доводил её до исступления своими изощрёнными ласками. Но в реальности, вместо желанной Сульпи ему приходилось довольствоваться другими женщинами, раздражавшими его своими истериками и ревностью.
Сульпиция усердно старалась не встречаться с Владыкой, чего не скажешь о Дидим. Малышка рассказала ей о случившемся в тот вечер в мельчайших подробностях. И на следующее утро целомудренная сестрица пришла к «развратному» брату с защитной речью. Их разговор продолжался несколько часов, но они так и не смогли найти компромисс. Ясно было только одно, от Дидим помощи в отношении Сульпиции, Повелитель не дождётся.
Сегодня ночью Аро принял важное для себя решение, и сейчас, стоя в тронном зале у окна, в своей привычной позе, скрестив руки на груди, он размышлял, как сделать так, чтобы братья приняли его решение и поддержали. Они удобно устроились в своих тронах и ждали его слова.
– Сколько можно, Аро, – не выдержал Кайус, – скажи уже что-нибудь, или ты позвал нас полюбоваться видом из окна?
– Нет, – обернулся к братьям Повелитель, – совсем нет. Я принял решение и хочу, чтобы вы узнали о нём раньше, чем клан, чтобы для вас это не было неожиданностью.
– Я так понимаю, ты собираешься удивить нас, брат, – зевнул Маркус.
– Не удивить, а предупредить, поставить в известность, оповестить, выбирай, что нравится, – улыбнулся Аро.
– Что ж, давай, оповещай, – Кай, выжидая, приподнял бровь.
– Мне нужно уехать на пару дней из Италии...
– Что?! – в один голос воскликнули братья, даже сонливость Марка куда-то испарилась.
– И куда ты собрался, дорогой наш братец? – Кай ухмыльнулся.
– Это не важно, я уезжаю один, сегодня, сразу после собрания клана, вы не можете удерживать меня. Я уже принял это решение.
– Ты что действительно не понимаешь как это опасно, Аро? – спокойно начал Маркус.
– Сколькие жаждут нашей крови, взять хотя бы румынов, они ни перед чем не остановятся, чтобы сбросить нас с пьедестала, – уговаривал Кай, – возьми с собой хотя бы Ренату. Я только на таких условиях дам своё согласие...
– Подожди Кай, я, похоже, начинаю догадываться, в чём здесь дело, – хмыкнул Марк, – Скажи как мне, Аро, не связан ли твой внезапный отъезд с Сульпицией?
– Нет, не связан, – невозмутимо врал Аро, конечно я уезжаю только из-за неё, из-за её равнодушия и холодности. Три дня я вижу её только в мыслях Дидим. Я больше не могу так, ни одна женщина не удовлетворяет меня с тех пор, как я целовал Сульпицию. Я чувствую, как медленно начинаю сходить с ума, если я сейчас не уеду, то сотру Вольтеру с лица земли. Надеюсь, братья поймут меня.
– Что ж, так или иначе, ты возьмёшь с собой свою охранницу. Если ты не скажешь ей об этом, я прикажу ей следовать за тобой, и она не посмеет ослушаться! – сурово взглянул на брата белокурый вампир, – И ещё, если я узнаю, что мой брат собрался путешествовать без охраны из-за маленькой дряни, которая служит у Дидим, я не оставлю её в покое, до конца ее дней! Надеюсь, ты услышал меня, Аро? – угрожающе взглянул он на брата.
– Я ведь, кажется, ясно сказал, что это не связано ни с кем из клана, кроме меня самого! – прорычал Владыка, – я просто устал, и хочу отдохнуть, – его глаз цвета пурпурного бархата, заблестели недобрым огнём. Аро и Кай были похожи на диких котов, готовых вцепиться друг другу в глотки.
– Хватит, братья, – прервал их степенный Марк, – на правах старшего брата, я считаю, что Аро может уехать на несколько дней, с Ренатой, если поведает нам, куда направляется.
– Во Францию, к Луи, – выпрямляясь, ответил Аро, – рад, что вы не против, – улыбнулся он.
– Лично я против! Я не хочу лишиться брата из-за дрянной девчонки... – хныкал Кай.
– Прекрати, Кайус, – спокойно произнёс Аро, – она здесь не причем, и, я надеюсь, что ты не станешь обижать Сульпицию, в моё отсутствие. Марк, прошу, проследи за этим.
Закончив нелёгкий разговор с братьями, Владыка щёлкнул пальцами, и приказал мгновенно появившемуся вампиру, пригласить весь клан, без исключений в тронный зал, для встречи с Повелителями.
***
Прошли дни, но Сульпиция не могла выбросить из головы события той ночи. Она прокручивала их в своей голове, пытаясь найти в своих действиях хотя бы долю разумного. Но тщетно.... Все ее действия шли в разрез с ее мыслями.
Как я могла так низко пасть, и дать поцеловать себя этой наглой пиявке?
Укоры сыпались со всех сторон, еще чуть-чуть и у девушки началась бы хандра. Но Дидим запретила ей даже, и думать об этом:
- Все, перестань изнывать от самобичевания, - строго сказала вампирша,- я разберусь с этим вопросом.
Но Дидим не знала, что было на самом деле в голове у Сульпи. Разум девушки поддался искушению, и она больше не могла выбросить из памяти тот поцелуй, нагло украденный у нее. Как он держал ее. Как сжимал в своих сильных руках.
- О, нет... - вздыхала от безвыходности своего положения вампирша, - если так и дальше будет продолжаться, то я сойду с ума.
А сейчас их призывали появиться в зале, Аро хотел сообщить новость клану. По этому поводу вампирша начала поиски самого невзрачного платья, которое никто не сможет рассмотреть в толпе.
- Изумрудное, с золотой вышивкой... нет, - она покачала головой, отбрасывая в сторону неподходящие наряды, - может это? Она приложила ткань к себе и подошла к зеркалу.
Фасон платья был совсем прост, затянутая до самого горла тонкая ткань плотно прилегала к точеной фигурке Сульпи, без пышной юбки – для удобства. И в тон к ее настроению – мрачно-серого оттенка. Так я теперь и буду являться перед взором повелителей, пускай видят во мне серую мышь.
Она быстро зашнуровала платье, поправила свободно падающие на плечи волосы и направилась в зал.
Через несколько мгновений, все собрались в просторной комнате. Вампиры останавливались вдоль стен и по залу пролетали отдельные едва слышные перешёптывания. Жены подле своих мужей, вампиры по своим местам. Рената, грациозная пантера, встала за троном своего господина. Корин, завидев Сульпи, пригласила ее к себе, так она и остановилась между Деметрием и своей наставницей. Но сейчас Повелителю не было дела, ни до кого. Он выискивал взглядом одну единственную, завладевшую его помыслами. Наконец, он увидел Сульпицию рядом с Корин и Деметрием, их взгляды встретились, и он приветливо улыбаясь, кивнул девушке. Новообращенная невозмутимо стояла, словно не видя перед собой Повелителя. Она бросала ему вызов своим надменным взглядом, гордо вскинув подбородок.
Хлопнув в ладоши, привлекая внимание к своей персоне, он начал:
– Друзья мои, мы пригласили вас сюда, чтобы сообщить, что у меня возникли неотложные дела, и мне придётся покинуть вас на некоторое время. Но, это не повод расслабляться, и пускаться во все тяжкие. С вами остаются Марк и Кай, которые не дадут вам скучать без дела, я в этом не сомневаюсь, – Аро многозначительно взглянув на Сульпицию. Он хочет выставить меня перед всем кланом посмешищем?
Владыка добавил:
– Мне невероятно хочется остаться, но, к сожалению, действительность не совпадает с моими желаниями. Я надеюсь, по возвращении из поездки, увидеть вас всех без исключения, – он сладко улыбнулся всем окружающим, и задержал лукавый взгляд на Сульпиции. А я вот наоборот, лучше бы ты и не возвращался, мерзавец!
– Ах да, Рената, милая, ты едешь со мной, – словно внезапно вспомнив, добавил Древнейший. Ну как же, надо же разбавить тоску по родине, сладкой ягодкой на десерт. Сульпиция посмотрела в сторону охраны Аро, и ядовито ухмыльнулась, представляя, чем же они будут заниматься во время отъезда.
Рената согласно кивнула:
– Да, мой господин!
Еще бы, попробовала бы ты сказать «нет», - подумала новообращенная.
– Все свободны, – ласково улыбнулся Вольтури.
Ну, наконец-то, теперь я могу быть свободна. Сульпиция даже улыбнулась, с облегчением думая, что у нее есть время побыть в спокойствии.
Поток вампиров повалил к выходу, все шептались, почему он не взял с собой одну из своих любовниц, но Сульпиция пропускала эти смешки мимо ушей, ей были безразличны эти сплетни об Аро и всех его любовницах. Завидев, что Сульпиция подошла к двери последней, и, воспользовавшись тем, что Дидим непринужденно воркует с мужем, Аро бесшумно преодолел зал и догнал девушку. Вдруг ее руки кто-то коснулся, Сульпиция обернулась.... Аро? Глаза распахнулись, ноги онемели – это стало походить на симптомы какой-то болезни. Почему я как кролик теряюсь перед ним? Возьми себя в руки! Строго приказала себе вампирша. Владыка отвел ее в дальний конец опустевшего коридора.
Оказавшись с ней наедине, Аро вдохнул её неповторимый запах:
– Сульпиция, ты избегаешь меня, почему? – сладко мурлыкал он, – Не потому ли, что безумно хочешь меня, также как и я тебя? – он провёл нежными тонкими пальцами по губам девушки, – признайся, что не можешь забыть наш поцелуй.
- Нет, с чего Вы взяли? – вампирша сделала удивленное лицо, - просто наши жизненные пути не совпадают, я живу немного в другом измерении, где есть законы приличия. А в Вашем царстве их нет, и вряд ли они там вообще предусмотрены. Она старалась выглядеть невозмутимой.
Аро склонился к Сульпи и нежно прикусил её нижнюю губку, острыми зубами.
- Что? – попыталась вскрикнуть Сульпи, но он не дал, он закрыл ей рот томным поцелуем. Сульпи стала колотить вампира, куда придется. Но не учла другого: его руки скользнули вниз по спине новообращенной и, задержавшись на ягодицах, нежно сжали их. Девушка в исступлении пыталась отбиться от присосавшегося к ее губам Аро, но не могла ничего поделать, он, как пиявка целовал ее, высасывая остатки сил на борьбу. Голова начала снова погружаться в туман, а его руки по-хозяйски блуждали по ее телу, изучая ее, запоминая, что где находится. Сульпиция пыталась бороться с этими чарами, но было, похоже, что она снова как мартовский снег, тает, на радость мужчине. Сульпи, борись с ним, ты не можешь так позволять пользоваться собой!!!! Он не имеет права касаться тебя, он не твой муж, а это против правил, ты не его женщина....
– Сегодня, я уезжаю, и очень надеюсь, что ты будешь скучать по мне, дорогая... – его губы изучали её тонкую шею и плечи, разрывая ткань платья, спускаясь всё ниже и ниже. Еще один рывок и платье почти оголило ее грудь.
Она будет моей... она будет моей... стучало у Вольтури в голове.
Вампирша откинув все иллюзии, заставила себя взять себя в руки. Я могу противостоять ему! Не может быть, чтобы ему никто и никогда не отказывал.
Сульпиция на мгновение перестала сопротивляться и в следующую секунду её тоненькие пальчики вцепились в его волосы. Это ещё больше возбуждало Аро, он глухо рассмеялся её противоречивым мыслям.
- Пусти же меня, наконец! – она пыталась причинить боль мужчине, заставив его ослабить свою хватку, - Иначе я закричу! Дидим вступится за меня... И тогда Повелитель не оберется сплетен, если я оглашу это для всего клана.
Владыка отстранился от неё и, взглянув в её глаза, и хитро улыбаясь, сказал:
– Не спеши, Сульпиция, что скажет твоя покровительница, когда узнает, что её невинная помощница млеет от поцелуев Повелителя? – он подчеркнул слово «млеет», – Кого ты пытаешься обмануть? Мы оба знаем, что ты до безумия хочешь меня. Зачем ты мучаешь себя и меня? – он взял её ладони в свои руки и припал к ним губами.
Сульпиция сверлила его взглядом, не отрывая от него глаз. Он может прочесть все мои мысли, но как он это делает? Почему я, дура, до сих пор не узнала этого?!
- Мучаешь? К чему эти пафосные слова, Аро? - она снова пыталась вырвать свои руки на свободу, - почему я? Почему не кто-то другой? Ведь здесь хватает женщин, которые с удовольствием разделят Ваши чувства, я непригодна для этого. Я буду лишь с тем, кого буду любить всем сердцем и душой. И телом... Так что, Владыка зря теряет свое бесценное время, мне никогда не быть его наложницей. Это мое последнее слово, и прекратите меня преследовать, это становится навязчиво и бросает на мою репутацию тень распутства! Она говорила от чистого сердца, потому что действительно не видела себя рядом с этим вампиром. Он не был ей отвратителен, нет, но он вызывал у нее страх и чувство опасности. Однажды она услышала, что Владыка убивает всех надоевших ему вампирш, собственноручно.
– Раз уж мы теперь на «ты», Сульпи... Знаешь, есть такая традиция целоваться на прощание? – он лукаво улыбнулся, и взглянул на вампиршу из-под ресниц, – Позволь мне поцеловать тебя?
В мыслях Повелителя уже звучал отказ Сульпиции, и он был готов, когда она вырвалась из его объятий и сказала:
- Да, я знаю о таком ритуале, - Сульпиция чувствовала, что их \"милая\" беседа подходит к своему логическому завершению, - но больше вы ничего не добьетесь от меня, ни с моего согласия, ни силой. Я больше Вам не подвластна!
Сказав это, она разорвала сдерживающие объятия и помчалась прочь, к себе....
Другого я и не ожидал, милая. Но мы ещё посмотрим, в моей ты власти или нет, я бы не был так категоричен с выводами. Владыка смеялся про себя, на его губах играла хищная полуулыбка.
– Повелитель всё готово, мы можем отправляться прямо сейчас, – Рената подошла к Вольтури и положила руку ему на плечо.
– Да, конечно, милая, – Аро встрепенулся, пытаясь освободиться от мыслей о Сульпиции, – идём! – он улыбнулся женщине.
Они вышли во двор, конь Повелителя – чудесный вороной жеребец с чёрной бархатистой гривой, переливался на солнце. Вольтури подошёл к нему и потрепал по мягким зернистым волосам. Конь взглянул в пурпурные глаза своего хозяина, казалось, вся боль Владыки передалась ему, и он беспокойно переступил с ноги на ногу.
– Ну, ну, Мефистофель, – прошептал Аро, успокаивая четвероногого друга. Вскочив на спину коня, он слегка ударил пятками в его бока, и Мефистофель помчал Повелителя прочь от Вольтеры. Когда они были уже достаточно далеко от города, вампир натянул поводья и остановил коня. Повернувшись к Ренате, он спокойно, но твёрдо произнёс:
– Милая, я даю тебе отпуск, можешь ехать отдыхать.
– Повелитель, верно, шутит? – удивилась девушка.
– Вовсе нет, Повелитель вполне серьёзно, просит тебя оставить его, – сладко улыбнулся Аро.
– Но, Повелитель, это опасно! А если с вами что- то случится?
– Ничего со мной не случится, мне не пять лет, Рената, – улыбка Владыки стала опасной, – мне нужно побыть одному, понимаешь? Всё будет хорошо, через месяц мы встретимся на этом же месте и вернёмся в замок вместе. Не переживай, Кай и Марк ничего не узнают, если, конечно, ты сама им ничего не скажешь, – хохотнул Повелитель.
– Как вы могли подумать, что меня волнует моя судьба! – возмущённо воскликнула Рената, – Вы мой господин, что мне делать в клане без вас....
– Рената, милая, – вампир взял женщину за руку и нежно прошептал, – я знаю всё это. Прошу тебя оставь меня одного, не заставляй меня приказывать тебе. Я обещаю, что ровно через месяц мы увидимся на этом же месте.
Увещевания Древнейшего, наконец, подействовали на девушку, и, она подчинилась его воле.
Аро снова сел на коня и галопом помчался вдоль береговой линии.
***
Быстрые шаги Сульпиции были еле слышны, она летела к себе, чтобы скрыться ото всех чужих глаз. Одной рукой она придерживала лиф разорванного платья, другой приподняла подол, чтобы не упасть. Проходя мимо дверей спальни Маркуса и Дидим, она услышала обрывки их разговора на повышенных тонах. Ее заинтересовало, о чем же они так громко рассуждали, она присела на корточки, опираясь на стену.
- Как ты можешь покрывать его ложь? – Дидим была не на шутку рассержена, - Я не понимаю тебя, Маркус. Это же низко вести себя подобным образом, когда я увидела ее разорванную одежду, то приготовилась думать о самом худшем...
Женщина вздохнула, послышались шаги, скорее всего она ходила за мужем и доканывала его беседой.
- Аро никогда бы не причинил ей вреда, - вампир снова вернулся в спальню, он был совсем рядом, Сульпиция замерла, стараясь не выдать себя, - он лишь хочет сделать ее своей...
- Мне известны его истинные намерения, - перебила вампирша, - И если ты собираешься ему помогать в этом, то ты жестоко пожалеешь об этом, поверь!
- Дидим, - голос Маркуса стал нежнее, - ну не встревай в его интриги, пускай он делает, что хочет, иначе будет хуже. Мы знаем его, он не остановится, а если его отговаривать, то ты привлечешь еще больший интерес к этой девчонке.
Острый слух Сульпи уловил слово «девчонка», немногих Маркус называл таким прозвищем.
Неужели это обо мне? Так это все было спланировано?... Она дотронулась рукой до лица и зацепилась за только что прикушенную губу, на которой засохла кровь. Аааа... Черт...
- И не подумаю, так и знай! - тут же отворилась дверь и из комнаты вышла Дидим, ее лицо пылало от гнева, она увидела Сульпицию, сидящую, как бродяжка под дверью, - А это еще что такое????
Сразу же в проеме нарисовался и Маркус, испугавшись за безопасность своей жены. Он оскалился, но когда увидел сидевшую на камне Сульпи, то громко застонал:
- Опять ты? Почему я вижу ее чаще одного раза в столетие?
- Да, простите меня, я не специально, просто...
- Объясни, что с тобой опять приключилось? – Дидим строго отчитывала свою помощницу за ее неподобающий внешний вид, - и что у тебя с лицом?
- А что с ним? – Сульпиция сама удивилась, и ощупала лицо в поисках потерь, - да вроде ничего...
- Иди сюда, - Дидим протянула ей руку, помогая встать. Девушки зашли в комнату, и подошли к зеркалу. Новообращенная увидела свое отражение и ахнула: ее алые губы пылали, а нижняя и вовсе припухла.
- Неужели это... - она зря сказала вслух это, Древняя вампирша бросила строгий взгляд на Сульпи. Сульпиция сделала вид, что не заметила этого и продолжила рассматривать себя. Вдоль шеи, плавно опускаясь вниз к груди на ее белоснежной коже, были видны маленькие светло розовые пятнышки.
- А это что еще за чертовщина? – спросила Сульпи неизвестно у кого, так как по лицу Дидим было видно, что она все понимает. То есть это сделал он...
Была бы ее воля, она бы сгорела от стыда, но нет, краска не приливает к ее щекам. Лишь кожа пылает в тех местах, где были оставлены «печати» господина Вольтури.
Маркус, наблюдая за этой картиной, глухо засмеялся:
- Ну, что я тебе говорил? – он еле заметно указывал рукой на Сульпи, - и ты все еще веришь в то, что его можно остановить? Ха-ха, Ди, оставь свои глупые попытки противостоять своему Великому брату.
Вампир стал украдкой подбираться к двери, наверняка хочет смыться отсюда незамеченным...
Но Ди, не вытерпев, схватив часики с камина швырнула их в убегающего Маркуса. Сульпи показалось, или Маркус хохотал над ними обеими.
А две женщины так и стояли перед зеркалом, каждая думала об одном...
Прав ли Маркус?...