Мальчишки-вампиры: Амаджики, Мидория
прочитала "Дракулу" Стокера, всем советую, по деньгам стоит недорого, по впечатлениям дорого, читайте
когда то спрятала, но возвращаю из-за ухода. вечная память моей первой и последней попытки действительно описывать штуки! F
Тамаки Амаджики
• В последнее время Т/И стала замечать собственный упадок сил.
• Она, конечно, не заявляла о себе как о главном ЗОЖ'нике на планете, не собиралась ставить новые мировые рекорды в спорте, не отказывалась иной раз не спать до позднего (действительно позднего) времени и прочее; в общем, была самым обычным человеком. Однако это не отменяло того факта, что слабость во всем теле появилась из ниоткуда, без каких-либо предпосылок стало труднее дышать, аппетит пропадал, румянец соскальзывал со щек. Это было странно и причин за собой не несло; уж точно не назвать виноватым невинно открытое окно, без которого девушка задохнулась бы от знойной жары.
• Оттого и оставалось юной Т/Ф только шумно вздыхать, заходясь в кашле, и игнорировать свой недуг - по столь же мистическим (иначе не обзовешь) соображениям она никак не могла набраться смелости рассказать о беспокойствах хоть кому-либо. Никто, разумеется, так просто о своих проблемах направо и налево не распространяется - не принято, - но ее состояние уже переходило все рамки: когда из-за бледности и кричащем о себе недомогании ее оставляли дома, заместо привычной рутины, и Т/Ц/В только и делала, что дремала, беспокойно подрываясь посреди фантазий в неясном испуге, беспричинно цепляясь ладонями за собственную шею и хватая ртом воздух.
• Но, чем бы не мучилась, продолжала хранить молчание. Несколько глупое, не предполагающее за собой оснований, но, все еще, - имеющее место быть.
• На укус на шее указал абсолютно незнакомый человек на улице. Решив подышать свежим воздухом (а, заодно, во время прогулки расслабиться и набраться сил), Т/И с миссией не справилась и обессилено рухнула на скамью в парке, переводя дух. Тогда же ребенок и подбежал, с интересом вглядываясь в нее своими лучезарными глазками, и с нескрываемым любопытством спросил:
"Сестренка, это тебя вампир покусал?"
• Только тогда девичьи пальчики коснулись давно истерзанной шеи, натыкаясь на две бусинки: крохотные, вполне подходящие под размер тонких клыков.
• Девушка быстро обратилась в больницу: а что еще? А куда? Странно, пугающе и, почему-то, липуче жутко было даже думать о подобном исходе - вампиров не существует. Это все сказки, мифы и выдумки; потустороннего не бывает и быть не может! Это же всем известно.
• ... С другой стороны, столетия назад не существовало и причуд. Вполне вероятно, что это либо способность, дублирующая возможности носферату, либо...
• О другом варианте думать не хотелось.
• Т/И прошла некоторый курс лечения. У нее (о господи) действительно был сильный недостаток крови, что и привело к последующим вытекающим; другими словами, она, кажется, действительно столкнулась с чем-то... Может, отговаривала себя девушка, не решаясь заходить в некогда родной дом (сейчас представляющийся скорее склепом с алыми рыскающими глазами повсюду), может, она просто пересмотрела Сумерек, начиталась литературы в интернетах, надумала всякого от идей малыша, что также напичкан мультфильмами и комиксами с нечистью... Ну не может же быть, чтобы вампиры существовали.
• Звучит настолько безумно, будто бы и сами "магами" процентов восемьдесят населения планеты не являются...
• Т/И шумно вдохнула и выдохнула, решительно надавливая на ручку двери. Даже в худшем случае - собственная комната ее вряд ли убьет. И не при свете дня, очевидно - не по байкам. Хотя, вечереет...
• Только переступив порог, девушка тут же спрятала нос в рукаве бежевой кофты. Запах по комнате был до того слащав, что дышать оказалось невозможным: десятки различных сладких ароматов, что абсолютно между собой не сочетались, не оставляли даже крохотного кусочка свежего воздуха - окно было закрыто настежь. Усилий стоило добраться даже до него: весь пол был усеян плюшевыми игрушками, маленькими и большими, животными и куклами; стояло несколько коробок в пестрых упаковках, с аккуратным бантиком атласной ленты на верхушке. Вся кровать, весь подоконник, стол, в общем - любая не забитая прочими подарками поверхность была полностью укрыта плитками дорогого шоколада, множеством коробок шоколадных конфет; было даже несколько фигурок в форме героев, все из той же качественной и явно недешевой сладости, судя по маркам на фольге, в которую они были обернуты.
• Т/И глубоко вдохнула, вывешиваясь из распахнутого окна - ну, это уж был перебор! Что за оружие массового поражения, в самой невинной из всех его возможных вариаций? Пришлось скинуть несколько сахара с подоконника, чтобы опереться на него - конфеты упали на мягкие презенты, так что ничего страшного. Девушка вздохнула: вот черт, теперь еще и убирать все это, пытаясь не задохнуться в процессе. Что такое, откуда оно все здесь вообще...
• Распределение добра по разным уголкам пространства (в частности тяжело пришлось у холодильника - как все это запихнуть и спрятать?) и проветривание комнаты растянулось до глубокой ночи. Половина цветов полетела в мусорку и тут же на улицу; большая часть игрушек дожидалась утра, чтобы быть расхваченными родственниками и знакомыми. Т/Ф выдохлась: к такому ее никто не готовил. Только из больницы - и сразу приключения. Вот это фантастика.
• По спине пробежался мерзкий холодок, когда в комнате что-то упало. Она была на кухне - решила побаловаться шоколадкой, раз их теперь гора, - животины дома пока не наблюдалось. Значит, либо сквозняк, либо...
• Ветра целый день не было.
• Девушка постаралась как можно незаметнее проскользнуть в собственную спальню - что бы там ни было, не хотелось... беспокоить это лишний раз. И... там действительно был человек. Действительно... Действительно был.
• На подоконнике, облокотившись об оконную раму, сидел юноша. Его мраморная кожа мягко сияла в лунном свете, бездонные, темные глаза почему-то печально вглядывались в бесконечный мрак улицы - ни души. Растрепанные волосы цвета индиго, со спадающей на глаза грубой челкой и парой небрежных прядей по бокам лица, резко контрастировали с нарядом - официальным, даже несколько галантным; так или иначе, сейчас таких на постоянной основе не носят. Хотя даже тот не был идеальным: белоснежная рубашка была мятой, несколько верхних пуговиц были расстегнуты, а манжеты рукавов и того свободно болтались на тонком запястье. Брюнет весь казался не в пример худым: острые скулы, впалые щеки, нервная дерганность и вялость...
• Т/И не была уверена: поражаться изящности и красоте незнакомца перед ней, или пугаться, что он ей незнакомец, без предупреждения обосновавшийся на ее подоконнике, и, с вероятностью в процентов много, именно он и является вампиром, выбравшим ее в качестве своего главного лакомства.
• Это, кстати, можно считать за комплимент, или что?
• Стоило ей в удивлении вдохнуть, как взгляды пересеклись: его, полный сожаления и, кажется, искреннего беспокойства, вмиг сменился голодным, животным и далеко не человеческим. Звериным, как часто описывали глаза подобных существ в книгах...
• Т/И испуганно вжалась спиной в дверь, что вывело юношу из транса - тот видимо вздрогнул и дергано соскочил с подоконника; еще сильнее, кажется, расстроился, когда она встретила его порывы без особой радости и только сильнее ссутулилась в страхе.
• "Я... прости... я..." - его голос был мягким и тихим; он весь, целиком, на самом-то деле, не особо и подходил под звание чудовища, но... тот взгляд всего секунду назад...
• "Прости... я не хотел... доводить.... до того... - каждое слово тянулось будто через усилия: неясно, из-за детской робости или того, что парень себя явно сдерживал от чего-то. - Тебе... эм... понравились подарки?.. Прости..."
• Подарки?.. Т/И постаралась слегка успокоиться, что с трудом, но удалось, и невольно оглядела комнату. Это он оставил? Ну, очевидно, что он, кто бы еще. Стоило бы догадаться. Кто вообще из нормальных людей додумается до такого? Ладно бы само намерение, но происходило-то "одаривание" вместе с, фактически, незаконным проникновением...
• Она согласно кивнула, не решившись заговорить. Брюнет немного расслабился, но по-прежнему выглядел скованно и, что греха таить, несколько жалко: дрожал, ломал пальцы и без конца закусывал нижнюю губу. Клычки рвали последнюю, заметно искусанную; из ранок проступали капельки крови, которые вампир тут же жадно слизывал. С каждым разом начинал нервничать больше, дрожать сильнее, заламывать пальцы до возможности перелома (если это, конечно, случается у таких, как он).
• ... этот вампир голоден?
• Т/И завороженно застыла, наблюдая за мнущимся носферату - что ни говори, он был не по-человечески красив и очарователен. Вместо ожидаемого ужаса девушку скорее переполняли жалость и странная симпатия: как вообще можно злиться на такого беднягу?
• Девушка, почти не отдавая отчет действиям, оттянула ворот кофты, давая обзор на собственную шею. Вампир подскочил в надежде, а когда Т/И сделала крохотный шаг ближе, его взгляд воспылал обожанием - для него, как для молодого бессмертного, перерыв в пару недель казался пыткой, ужасной и невыносимой; мог ли он быть более чем благодарен, что леди сама выразила свое согласие и проявила щедрость, добровольно предложив испить крови, пусть в прошлый раз это и свело ее в лечебницу?
• Может, позже он узнает, что склонен к гипнозу несколько больше остальных вампиров, и в первые года его «дар» проявлялся непроизвольно и по желанию природы.
Мидория Изуку
• Случается ведь, что к некоторым людям животные ластятся, по каким-то неведомым причинам они нравятся последним больше прочих? Котики, собачки, попугаи, хомячки, неважно; так или иначе вдруг обзаводишься статусом "Великого Приручателя", чему остальным остается только поражаться и завидовать (а почему нет, а что плохого).
• Не то, чтобы Т/И была новым укротителем - вообще, нет, все как у всех - однако было то, чем она могла без зазрения совести хвастаться. И она хвасталась. Она, Т/Ф Т/И, казалось бы, обычная девчонка, смогла приручить летучую мышь.
• А? Звучит же? Ну, звучит?
• Она уже и не помнит, как этот удивительный фактор в ее жизни появился и прочно в той прописался, да и все равно - так ли важно? Зато под ухом со своим по-мышиному маленьким любопытством шуршит верный друг: с кожистыми крыльями и яркими глазками, темная шерстка которого на свету отливала зеленоватым - ну не чудо ли? Мышонок также был невероятно умным, будто не животное вовсе. Т/И без конца это поражало, но и подпитывало гордость - смогла же она привлечь такого необычайно разумного малыша!
• Мышь объявлялся по ночам: шумно хлопал крыльями у окна, прося впустить, стукался о него мелким лбом; не успокаивался, пока не будет открыто. Всегда садился на плечо, поближе к шее - Т/И понятия не имела, почему, но, может, там просто теплее? А ее мышонок мерзлячий? Ну, там, кровь, а она горячая, все такое...
• Однажды девушке стало любопытно: куда малыш улетает с наступлением утра? Ведь он никогда последние минуты до восхода солнца не задерживался, вмиг сходя с ума и требуя выпустить его. И Т/И бы не обращала внимания, не происходи подобное каждый раз, а иногда даже примерно в одно и то же время. Нет, ну, она считала его умным, но не настолько же...
• В общем, Т/И решила тихо-мирно сопроводить товарища до его "гнезда", если таковое, конечно, было. А куда иначе он прятался от нее каждый день?
• Как только очередная бессонная ночь начала подходить к концу, а мышонок вполне ожидаемо запаниковал, Т/И недолго с ним поворковала, отпуская "домой". Тот, как и обычно, благодарно стукнулся с ней носиками (что-то, чему Т/Ф от балды его научила еще в первые дни, и к чему сам он привык и исполнял уже на автомате), пару раз покружил над головой и полетел в привычном направлении.
• Т/Ц/В же, в отличие от всех прошлых дней, подскочила с травы (специально для удобства "миссии" на этот раз гуляли на заднем дворе) и как можно незаметнее последовала за другом.
• Шла долго. Т/И даже показалось, что они давно покинули город - улицы сменились полем с одиноким шоссе, пара поворотов - и вот уже и последнего не было; жалкий гравий стал песком и следом травой, которая могла доходить до пояса - дальнейший путь абсолютно не был тронут человеками (либо же был, но очень ленивыми: даже небольшую дорожку не протоптали). Закончилось все лесом: с деревьями чуть ли не друг на друге и густой листвой, через которую лучи солнца не пробивались совершенно. Стоило заметить, что на всем пути мышонок не изменял традициям: прыгал по тенькам, всячески избегая даже малейшего света - настолько, что ли, не любил? Что это вообще за вид летучих мышей? Т/И забывала загуглить каждый раз, как брала в руки телефон, будто напрочь память отшибало.
• Разумеется, шататься по темному, мрачному лесу было немного не тем, что Т/И ожидала от своей прогулки. Но вредное любопытство распалялось с каждой секундой, что она стояла в нерешительном онемении на опушке. А времени думать было не особо много: вот улетит "проводник" на десятки километров, и что она делать будет? Правильно, паниковать: кто знает, что там в этом лесу обитает?
• На удивление было так тихо, будто никто.
• Т/И старалась максимально аккуратно идти по неровной земле, полной ямок, мелких косточек или обломков веток. В этом месте будто бы прошел ураган: не было ни души, но лишь по той причине, что все носители давно скончались. По крайней мере, останков было слишком много на том подобии тропинки, которой девушка следовала. А что творится поглубже или хотя бы за тем стройным рядком деревьев? Беспокойство противно липло, стоило только робко предположить. Но, вероятно, что-то похуже. А лучше от этого не становилось, если честно.
• Брождение заняло еще несколько часов. Если учитывать, что ушла она на восходе солнца, то сейчас наверняка недалеко до его заката. Т/И понятия не имела: не было никакого шанса посмотреть, сколько сейчас времени - телефон разрядился еще при подходе к лесу, ориентироваться по светилу не было возможности - листва не редела, а небольшое поле у особняка было полностью забито плотным туманом и серыми тучами над головой. Хотя по прогнозам нигде дождя не собиралось. Что за магия...
• Кстати, об особняке. В какой-то момент Т/Ф, вконец измученная, увидела между деревьев просвет и, ринувшись к нему, вышла на открытое пространство. Даже если солнца видно не было, белая пелена перед глазами стала слишком резкой переменой после темноты самой настоящей чащи, в которой приходилось шататься чуть ли не на ощупь. Т/Ц/В пришлось потратить еще немного времени на то, чтобы дать глазам привыкнуть, и уже после, оглядываясь вокруг, она отметила ухоженную траву и огромный дом с часовней под боком.
• Наверняка, там кто-то живет. А обитаемый особняк сто процентов - очень уж пространство вокруг не заброшенное. Странный, конечно, выбор места - в глубине леса, черт возьми, - но не ей осуждать. Так что, недолго думая, девушка побежала к зданию в надежде, что откроют и помогут выбраться отсюда. Заблудилась она давно, потеряла след летучей мышки еще раньше, поэтому иных вариантов просто не было. Будет грызться и ссориться, но на шею сядет, чтобы выпроводили.
• ... Или не сядет. Дверь была заперта; никто не открывал, как не кричи под окном. Ха... Ладно. Там была часовня, верно?
• Пришлось немного подолбиться в дверь - была открыта, пусть и подперта чем-то изнутри. Т/И вынужденно несколько раз навалилась с разгона, что привело к отбитому плечу, но, зато!!, пройденному препятствию. Как оказалось, мешал войти крупный деревянный ящик: он был, по впечатлениям, набит кирпичами и плотно закрыт всеми возможными способами так, что при всем желании нельзя было посмотреть, а что это там такое. А хотелось, блин. Но да ладно, не самое важное. Кроме того, таких же ящиков была целая куча...
• А еще во всей часовне стоял смердящий запах гнили. Т/И закашлялась и с омерзением поморщилась, на глаза навернулись слезы - это был настоящий склеп, в котором стояли гробы, а в тех, очевидно, трупы. Побежала за мышкой...
• Ее внимание привлек гроб, что стоял в центре, на скромном возвышении. Даже его материал выделялся: был чуть ли не матовым с виду, но, как минимум, определенно не деревянным, в отличие от остальных. Хотя и те были лакированными, так что очевидно, что... за людьми здесь бережно следили и предоставляли им условия. Вот только зачем.
• Почему гробы здесь на виду...
• "Центральный" имел стеклянную крышку, а у его ног было изящно выгравировано
Изуку
• Т/И недолго помешкалась, но, не смея противиться любопытству и на сегодня ему полностью сдавшись, подошла ближе. С мягких губ тут же сорвался удивленный вдох: юноша в гробу был неописуемо красив. Темные кудри при солнечных лучах, что изредка пробивались сквозь заколоченные окна, отдавали изумрудным оттенком; россыпь веснушек на румяных щеках и чуть приоткрытые ало-красные губы, приковывающие взгляд. Его кожа была мраморно-белой, чистой, без единого изъяна. Длинные ресницы будто бы легко трепетали, стоило задержать взгляд (что, естественно, было просто фантазией, понимала Т/И: у мертвых такого не бывает). Голова усопшего покоилась на венке кровавых, темных свежих роз; аккуратные пальцы, сплетенные в замок на животе, держали между собой стебель одинокого цветка. Бутон доходил до груди, красиво ложась в области сердца.
• Т/И не могла оторвать глаз от брюнета. Казалось, он не был мертв - выглядел так живо, здоровее многих ее знакомых. Было ощущение, что сейчас парень приподнимется, потянется и расплывется в ласковой приветливой улыбке. Она была в этом уверена, пусть и понимала всю бредовость мысли.
• В какой-то момент плечи девушки дрогнули от холода, но она не пошевелилась: продолжала любоваться. За спиной что-то проскрежетало, шумно грохнуло об пол; Т/И было не до этого. Солнце ушло, тихонько подкрадывалась луна: в серебрянном свете мертвец выглядел только прекраснее, лишая любого желания отводить взгляд. Только смотреть, смотреть и смотреть, не думая ни о чем.
• Темные ресницы чуть дрогнули, ярко-зеленые глаза слабо приоткрылись; слащавая ухмылка открывала вид на острые, крупные клыки, на концах неровно измазанные красным. Т/И в восхищении ахнула. Изуку сверкнул голодными глазами и довольно пророкотал в предвкушении приятной трапезы в виде его бедной, глупенькой, но без сомнений сладкой знакомой.
• Глупышка. Будто не читала книг и не знает, насколько смертные очаровываются спящим носферату.