part 32
С моего возвращения домой прошло уже больше двух часов, а я все никак не могу успокоиться и хоть немного отойти от событий. О сне, конечно же, не может быть и речи.
Вновь и вновь прокручиваю произошедшее в клубе, и все никак не могу определить истоки взявшейся у меня откуда-то смелости оттолкнуть Ваню и кинуться целовать Володю.
Что за наваждение меня накрыло?
Чего я собиралась этим поступком добиться?
Всерьез рассчитывала, что мимолетный поцелуй с Володей затмит тот горячий безудержный, напрочь лишающий воли, полный наслаждения и запретного удовольствия, заставляющий гореть огнем каждый сантиметр кожи, поцелуй с Ваней?
Серьезно я так думала?
Вскакиваю с кровати и раскручиваю новую спираль хаотичного бега по тонущей в полумраке комнате, кажущейся сейчас до смешного маленькой и давящей всеми четырьмя стенами.
Задыхаюсь, как в клетке, и очень бы хотела повернуть сейчас время вспять.
Хотя бы на тот момент вечера перемотать, в котором мне нужно было остановиться и совершенно не стоило целовать Володю.
Потому что....в этот самый момент, когда коснулась Володиных губ, поняла, ярко и совершенно отчетливо... Поцелуи с Ваней ничего и никто не перебьет.
Либо с ним, либо ни с кем.
Ну а Володя он...он... сказал, что он..он просто не верит своему счастью. Что он надеялся, но сомневался. Что, может, я передумала насчет него за время разлуки.
Сказал, что сильно любит меня уже очень давно, но боялся боялся сделать первый решительный шаг сейчас из-за того, что решил, я могла позабыть о нем, уехав в столицу и... что у него нет пока достаточных финансовых оснований требовать от меня что-то. Но раз я сама раз я все еще люблю... В общем, он очень счастлив, и теперь, конечно, постарается приложить все силы, чтобы переехать сюда, и чтобы мы виделись с ним каждый день, а впоследствии смогли создать с ним крепкую счастливую семью.
- Получится это, конечно, не сразу, добавил он уже позже, но главное, Ариш, что мы любим друг друга, а значит, все у нас обязательно получится.
И так доволен был... так светился...
Я...не смогла ему ничего рассказать. Даже поднять глаз на него не смела. Не получалось
Всю дорогу до дома мы ехали в такси, держась за руки.
Володя проводил меня до квартиры и хотел сам поцеловать на прощание, но я поспешно отвернулась и
пробормотала, что переволновалась и сильно устала.
Он сразу же отступил, конечно, и извинился. Я поблагодарила.
А саму разрывало всю от обиды и горечи, отчего так несправедливо происходит все на свете.
Почему не с ним, не от него мурашки по коже. Он тот самый парень, которого любила всегда... Такой хороший, надежный, знакомый... полностью одобряемый семьей.
Ну почему не взрывается мир от одного только его прикосновения?
Почему Ваня ... Не в меру красивый, слишком беззаботный, надменный и напористый... все в нем для меня
слишком. Но... от него только я схожу с ума. И только к нему тянутся мои и сердце, и душа.
Но оттолкнула этим своим поступком. Обидела сильно.
А вот теперь высовываю голову в окно в надежде надышаться прохладным ночным воздухом и уговариваю себя, что все пройдет. Тяга к Ване, ненормальная просто, неадекватная какая-то, опускающая меня до девчонки, готовой позволять непозволительное практически в общественном месте.
Пройдут ведь эти реакции. Должны пройти!
А чувства к Володе, они они... они вспыхнут с новой силой, стоит нам пообщаться подольше. Да это просто проверка для них, обыкновенная проверка от судьбы.
Которую я почему-то с треском проваливаю сейчас.
И как невыносимо хочется ему позвонить, чтобы только удостовериться, все в порядке у него, все хорошо.
Это странно, но, когда та девчонка, Маша, полезла за ним в машину, я почему-то совершенно не расстроилась.
Показалось даже, что хорошо. Решила, что пусть. Она в общем, дурацкие мысли, но я подумала тогда, пусть с ней, лишь бы он только не ехал слишком быстро. А так, возможно, будет соблюдать, ведь ответственность за пассажиров лежит прежде всего на плечах водителя.
Нахожу в контактах номер Вани и смотрю на расплывающиеся перед глазами цифры. Позвонить... написать хотя бы что все в порядке с ним... А если не ответит ничего? Что тогда делать? Что думать?
Прокручиваю поскорее дальше и тут же набираю сестре. Из-за того, что Игорек оказался ярко выраженным совенком, она в это позднее время вынуждена тоже бодрствовать.
- Привет, Виол, произношу полушепотом, чтобы не разбудить мирно спящих тетю, дядю и близнецов. Как у тебя дела?
- Привет, лап, поизносит сестра сонным голосом, ты чего не спишь?
- Да так, не спится что-то. Как у вас там дела?
Нууу, в общем, нормально. Мама и папа спят. У нас крыша прохудилась, вот он почти до ночи ее перекладывал, вместе с дядей Вовой.
- Сильно течет?
- Сейчас уже поменьше, но работа еще есть.
- А Игорек?
- Думаю, через часок этот бутуз, наконец, заснет и я смогу переложить его в кроватку. Подработку вот тут еще нашла, поздравь. Статьи на разные детские темы писать для журнала. Освободилась вакансия и одна из бывших сокурсниц порекомендовала меня. Я все ж на журналиста училась, как никак.
- Ой, как здорово!
Я искренне рада за сестру.
- Ну да. Вот уснет крикун и сяду как раз писать.
Голос Виолы звучит вроде бы бодро, но я чувствую, насколько она вымотана из-за всей этой ситуации. От постоянного недосыпа и безденежья.
Было бы классно с этой подработкой, если бы не было так грустно.
Мне дико хочется помочь чем-то сестре, и я как раз получила часть денег за съемку. Марта Сергеевна выплатила их мне на карту, а за остальными попросила зайти в понедельник. Сказала, что выдаст наличными и еще хочет поговорить.И вот, я бы все отдала. Но я знаю, что вот так напрямую Виола не примет ни копейки моих денег.
Немного я все же переслала маме, чтобы они закрыли хотя бы часть кредита, который брали на покупку кроватки, коляски и всего самого необходимого на первое время. Теперь еще и крыша.. Материалы
покупали...
Я бы больше прислала, но побоялась, что сразу же начнутся вопросы из разряда, откуда у тебя столько и все в
этом роде. Напридумывают, преувеличат. А потом вообще перестанут выпускать на работу, даже курьером.
Думаю, что все же расскажу о своей новой работе сестре, но попозже. Возможно, на следующей неделе, когда приеду к ней в гости. Но не по телефону и не тогда, когда у нее впереди длинная бессонная ночь.
Ваня не объявляется. Ни по телефону, ни лично. Я до утра почти сидела, уткнувшись носом в букет. И вспоминала, вспоминала....
То, как безумно он целовал меня, как судорожно прижимал к себе, как хрипло говорил мне на ухо...разное. И как я отзывалась вся на эти его прикосновения, как хорошо мне было в тот момент....
Но телефон ожидаемо молчит.
Зато Володя гостит у нас начиная с самого утра.
Едва разлепляю веки, как слышу доносящийся из кухни звонкий голос тети, нахваливающий очередной шедевр своего кулинарного искусства. И Володины ответы, произнесенные не менее бодрым и радостным TOHOM
Он всегда встает рано и с утра уже кучу дел переделает. Тогда как я, если бы не обязанности и будь моя воля, валялась бы в кровати почти до самого обеда. Раздумывая о чем-нибудь и строя планы на будущее. Только такая роскошь выпадает мне совсем не часто.
Вот и сейчас, как обычно по выходным, мне нужно вставать и идти гулять с Фунтиком.
Тетя, занятая Володей, даже не заглядывает, но это не значит, что я могу откосить от этой почетной
обязанности.
Кое-как поднимаюсь с кровати, быстро переодеваю пижаму на футболку и джинсы, приглаживаю перед зеркалом волосы, а подумав немного, стягиваю их в хвост на затылке.
Выхожу в коридор, удивляясь тому, что Фунтик до сих пор не крутится возле входной двери, и двигаю по направлению к кухне
- Доброе утро, громко здороваюсь я.
Володя вскакивает с табурета и с улыбкой идет ко мне, я кое-как силюсь улыбнуться в ответ.
- Ариш, доброе утро.
- Привет, Володь. А я... с собакой сейчас пойду гулять.
- Не волнуйся, с Фунтиком я уже погулял.
- Как?
Непонимающе смотрю на Володю.
- Володенька пораньше пришел, отвечает за Володю тетя, а Фунт как раз у двери крутился, ждал, пока ты проснешься. Ну, он и погулял. И молодец. Эх, вот какая вы хорошая пара, просто душа радуется.
Мне жутко неудобно от всего этого. И от Володиной помощи, и от тетиных слов. Просто совершенно определенно совсем не по себе.
- Спасибо, мямлю я, не зная, куда деть глаза, руки, а также всю себя.
-Так что, Ариш, давай сразу завтракать. А потом у нас по плану театр и прогулка по городу
Володя берет меня за руку и тянет вглубь кухни. Усаживает на стул рядом с собой.
Все передо мной кружится, словно в некоем сюрреалистическом мире. Заспанные лица близнецов, круглое Довольное тетино, тарелка с сырниками, чай с плавающей в нем долькой лимона, цветастая клеенка, которой застелен стол и сам Володя
Умом я понимаю, что должна только радоваться происходящему, и уж тем более не расстраивать Володю, который специально приехал ко мне, своим плохим настроением. Но ничего со своими эмоциями поделать я не могу.
Теперь уже окончательно определилась, абсолютно точно...
Вот только как ему сказать, когда он начал думать, что все совсем наоборот.....
- Такая пара, такая пара, снова заводит свою песню тетя, за тобой Володечка, ведь как за каменной стеной Аринке будет.
- Я очень на это надеюсь, серьезно отвечает Володя, а у меня снова сердце от отчаяния сжимается. Потому что ведь не почувствовала я во время нашего поцелуя с ним такого урагана. Хотела, как лучше. Думала, что, может, реагирую так на Ваню оттого, что это мои первые неопытные впечатления. Что с любым парнем так,
наверное.
Как же я, оказывается, ошибалась,
- А у Арины есть уже парень, вдруг выдает Женька, устав ковыряться в своей порции сырников, щедро политых сгущенкой.
- Женя, что ты такое говоришь! сейчас же взвивается тетя, в то время как я чуть не роняю вилку на пол. Не
выдумывай!
Володя перестает жевать и садится прямее.
Племянник начинает смеяться, довольный произведенным эффектом. Я не дышу.
- Ух, что за балабол, продолжает возмущаться тетя,
- А на руках ее кто к нам притащил?
- Госпаади, ты про тот случай. Ешь лучше давай.
- Что за случай? сейчас же напрягается Володя
- Ой, да ничего страшного, Вов, отмахивается тетя Голова у нашей Аринки сильно кружилась, ну и донес ее сосед до квартиры. Так я говорю, Арин?
- Да... Не стоит беспокоиться.
- Конечно не стоит. Валек, соседка наша, она ж у нас врач. И укол сделала, и таблетки какие нужно прописала.
За день все прошло.
- Я. Извините.
Не в силах больше выдерживать, я срываюсь с места, быстро мою тарелку с вилкой и поскорее сбегаю в свою комнату.
Достаю из кармана телефон и дрожащими руками набираю сообщение ване. Удивляюсь, почему же не сделала этого раньше.
«Привет. Как дела? Я.. я не права была. Извини».
Трясет. Покрываюсь в мгновение потом и сразу же в жар бросает. Потом опять в озноб. И снова я от жара, затапливающего всю до основания, стоит подумать, что я ему написала, расплавляюсь и сгораю.
- Ариш?
Раздается осторожный стук в дверь, после чего Володя просовывает в комнату голову.
- Что-то случилось, Ариш? Неважно себя чувствуешь? Если что, мы можем отменить все и не ходить никуда.
- Володь, я...
Да, отменить, отменить. Потому что Женька прав, есть другой, есть. К сожалению, я сама не хотела, но есть.....
- Володь...Мне так сложно, но я должна сказать ему всю правду. Готовлюсь. Облизываю вмиг ставшие сухими и горячими губы.
- Володь, по поводу вчера...мы...
Володя заходит в комнату полностью и прикрывает за собой дверь.
- Поторопились? заканчивает он за меня. Я сейчас же киваю.
- Ничего страшного, Ариш, не волнуйся. Я... понимаю. Я люблю тебя и не тороплю. Подождем, сколько надо. Какой же ты хороший. Остальное мне произносить еще больнее теперь будет
- Володь, не в этом дело. Просто я... Женька пра...
Приходит сообщение и я, позабыв о разговоре, поскорее его открываю.
«Мне на это положить», получаю ответ и сейчас же прячу телефон обратно в карман.
- Ариш?
- Извини, Володь, я... все хорошо.
Актриса я никакая, но тут изо всех сил стараюсь изобразить некое подобие улыбки.
- Конечно, идем в театр. А потом и гулять. Дай мне только пару минут на привести себя в порядок, хорошо? В ванную надо.
- Конечно. Собирайся, сколько нужно. Я пока с тетей Галей чая еще выпью.
- Да, спасибо тебе
Как только за Володей закрывается дверь, я вновь достаю телефон, перечитываю сообщение, а потом удаляю его и вообще всю нашу переписку. Блокирую номер вани, и только тогда снова убираю телефон в карман
Сегодня мне придется приложить все силы и очень постараться, чтобы окончательно его забыть.