11.
- Теперь получше? - он медленно отстранился от меня, заглядывая в глаза. Я кивнула, вытирая щеки рукавом кофты. - Ты расскажешь мне, что случилось?
- Майкл обманул меня. И мы больше не...не..., - я не могла сказать это.
- Не встречаетесь? - закончил за меня он. Снова кивнула. - Все будет хорошо, ладно? - он снова прижимает меня к себе.
- Как ты здесь оказался? Эрика писала, что ты уже был в кафетерии.
- Я пошёл искать тебя, так как она уже хотела разгромить всю школу, - он тепло улыбнулся. Я улыбнулась в ответ.
- Пойдём. А то она действительно это сделает, - я хватаю его за руку и тащу в нужном направлении.
- Ты уверена? Точно все в порядке? - он останавливает меня и ещё с минуту внимательно осматривает моё лицо, ожидая ответа.
- Да, все в порядке. Я не хочу на этом зацикливаться, ладно? - я снова закрываюсь от него. Минуту назад я была готова раскрыть ему всю свою душу, а теперь я снова закрылась, поставив между нами огромную стальную дверь, которую совершенно невозможно будет больше пробить. И дело далеко не в Эше. Дело в Майкле. Я доверилась ему, а он меня растоптал. И защитная реакция включилась. Ей не нужно долго ждать.
Мы зашли в кафетерий. В глаза сразу же бросилась блондинистая голова Эрики, которая то и дело вертелась в разные стороны, выискивая меня. Наконец ее глаза натыкаются на нас с Эштоном, и она терпеливо ждёт, пока мы подойдём. Затем она накидывается на меня с расспросами, но Эш поднимает руку в знак того, чтобы она замолчала. Она ещё раз сотню переспрашивает, что это такое, поэтому мой друг не выдерживает и тянет ее в угол кафетерия, чтобы поговорить. Все уже были за столиком, в том числе и Люк с Майклом. Они напряжённо смотрели на меня, внимательно следя за каждым моим движением, чтобы я, не дай Бог, не рассказала ничего. Но я и не собиралась. Это их секрет.
- Что скажешь, Джо? - Калум уставился на меня, ожидая ответа.
- Что? - я совершенно не слушала его.
- Мы хотим на выходных собраться в загородном домике родителей Люка. Ты с нами? - терпеливо повторил Кэл.
Конечно, это была идея Люка. Они с Майклом будут день и ночь заниматься сексом, не беспокоясь ни о чем.
- Нет, у меня есть кое-какие планы, - реветь весь вечер пятницы и утро субботы, а потом позвонить Дорис и попросить её приехать, потому что я не смогу передвигаться самостоятельно, ведь я не смогу ничего есть. Она меня поставит на ноги и поможет оправиться от этого всего, пока Мюк будут развлекаться в загородном домике.
- Да, и я тоже не смогу, - рядом раздался голос Эша. Когда он успел прийти? Калум и Эрика с сожалением посмотрели на нас, но ничего не сказали. Тема разговора медленно переросла во что-то другое, но я не вникала особо. Эрика все время странно пялилась на меня, явно желая поговорить. И что ей Ирвин наговорил?
- Я, наверное, пойду. А то меня математик прибьёт. Мы все помним, что он горяч, но домашку задаёт, как будто вышел из семидесятых, - я поднимаюсь с места и задвигаю стул, цепляя свою куртку.
- Я с тобой, - оживилась Эрика, а потом пояснила. - Мне тоже надо в то крыло. Забрать кое-что.
Это, естественно, не вызвало подозрений у других, но только не у меня. Мы только вышли в коридор, как блондинка начала засыпать меня вопросами.
- Так вы расстались или нет?
- Да.
- А почему? Что он сделал?
- Это секрет.
- Твой или его?
- Могу сказать так: это секрет не только мой, - она начинала меня раздражать. Она постоянно меня раздражала, но не в такой степени, как сейчас.
- И что ты собираешься делать? Вернёшь его? Я могу помочь с этим!
- Нет, это бесполезно.
- Почему? У него уже есть другая? Он что, изменил тебе?! - удивительно, как женщины могут переключаться с одного обвинения на другое. Я просто... Закажите мне уже гроб.
- Эрика, - сдержанно все-таки отвечаю, спустя минуту, - я не собираюсь обсуждать это с тобой, ясно? Я понимаю, мы что-то типа подруг, но не настолько.
- Значит, Эштону можно, а мне нет? Вы знакомы с ним меньше, чем мы с тобой!
- Да какая разница?! - я резко повышаю голос. Сама не ожидала. Но блондинка просто действительно вывела меня окончательно. - Я не буду об этом говорить, ты поняла?!
Она молча кивает и уходит. Её лицо выражает лишь шок и ту самую боль, когда тебя отвергают. Двадцать минут назад и у меня было такое лицо.
Все остальное время до выходных меня никто не трогал. Совершенно. Все вдруг затихали, когда я садилась за стоик в кафетерии, опускали головы и смотрели куда угодно, только не на меня, когда я находилась рядом. Через два дня меня это ужасно выбесило: я стала остерегаться их и села к ботану Ричи, который пускал на меня слюни. Было мерзко, но моя гордость и самоуважение не могли стоять в стороне, когда тут такое творилось. Я просто не могла позволить им так обращаться с собой и вообще втаптывать себя в грязь. Не хочу унижать себя ещё больше. Мюк счастливы, скрываясь по туалетам и закоулкам, а я... А что я? Меня будто и не существует вовсе. Я больше не в их команде. Я сама по себе. Все вернулось в то русло, с которого все начиналось. В конечном итоге всегда остаются только я и моё одиночество. Эта компания мне нисколько не мешает.
На выходных я действительно вела себя так, как и думала, что поведу. Весь вечер пятницы я рыдала, в субботу утром позвонила Дорис. Она обещала приехать к вечеру. У меня же была ломка. Мне срочно была нужна поддержка, но что поделать, когда твоя подруга уже взрослая и пытается продвигаться по карьерной лестнице, когда ты до сих пор не можешь справиться со школьной любовью? В такие моменты я и ощущаю эту явную разницу в нашем с ней возрасте.
Я вышла из своей комнаты, обходя все зеркала, чтобы, не дай бог, не увидеть там чудовища в лице меня, и упала на диван в гостиной, включая Cartoon Network - единственное и очень действенное лекарство от депрессии. Но долго в мультик мне вникать не пришлось. Уже минут через двадцать раздался дверной звонок. Я сразу вспомнила все свои косяки, всех своих знакомых и не нашла ни одного повода, чтобы хоть кто-то звонил в эту дверь. Мне все-таки пришлось подойти к зеркалу и хоть немного привести себя в порядок, хотя это оказалось невозможным. Я бросила все попытки сразу же, как только увидела своё измученное, засаленное отражение. Пожимаю Джо напротив плечами и пытаюсь не обращать внимания. Открываю дверь и замираю. Я вспомнила всех знакомых и места их примерного положения, но не учла одного - разговора в кафетерии в тот самый день. И исключением из общего правила был Эштон, улыбка которого спала сразу же, как только он меня увидел.
- Все так плохо? - я пропустила его в дом, прежде чем он начал что-то говорить.
- Тебе лучше не спрашивать. Я оставила эти переживания на выходные, так что... Все будни пыталась держаться, - натягиваю неправдоподобную улыбку, забывая о том, как ревела каждый день в туалете между первым и вторым уроками, пытаясь не попасться никому на глаза.
- Пойдём сюда, - он раскидывает руки в стороны. Я с радостью падаю в его объятья. Слезы сами начинают течь, а нос забиваться. Дыхание полностью сбивается, и я всхлипываю, задыхаясь. Эш даже не предпринимает попыток, чтобы успокоить меня. Он знает, что я должна это сделать. Одна или с ним.
Он знал, что я буду убиваться в эти выходные. Знал, но никому ничего не сказал. Вот почему он не поехал в домик родителей Люка. Он действительно волновался за меня. Единственный человек, которому на меня не плевать. От этого я зарыдала ещё сильнее, сжимая руками его футболку.
Мы уже сидели в гостиной на том самом диване, который служил мне убежищем и лекарством от депрессии до прихода Ирвина. Теперь он служит мне для полной отдачи этой самой депрессии.
- Он просто придурок, ты знаешь это? - тихо проговорил он, гладя меня по волосам.
- Да, - по-прежнему хнычу. - Но я любила его с самого третьего класса! Эш, это ужасно. Почему он так поступил?
- Я не знаю, малышка, не знаю. Наверное, он слишком сильно потерял голову из-за Люка.
- Ты знаешь? - я в шоке поднимаю голову, встречаясь с ним глазами.
- Конечно, знаю. Эти двое не умеют скрываться, - парень засмеялся.
- Это точно, - улыбаюсь, так как смех Ирвина кого угодно заставит улыбаться. Слишком заразительный.
- Давай посмотрим что-нибудь, да? - его руки отпускают меня, выискивая на просторах дивана пульт от телевизора. Я прижимаюсь к нему ближе, так как не хочу, чтобы он отпускал меня сейчас. Его объятья меня успокаивают. В них я чувствую себя защищённой. И никакие Майклы Клиффорды в них не смогут меня достать.