Виноградный сок.
Еще несколько дней я провел, просыпаясь на рассвете и проводя весь день в подсолнуховом поле с Корицей, забывшись и словно находясь в стороне от остального мира, поглощенный счастливыми мыслями и ветром в волосах.
Узнав о банке, она каждый день приносила мне по пуговице со словами:»теперь этот день точно будет хорошим». Я мечтал, смотрел на облака. Я думаю, что эти дни будто посадили в моем сердце маленький росток подсолнуха, которому когда-нибудь суждено вырасти в настоящий, высокий цветок. Стремящийся к солнцу, полный надежды. Как и я.
Лишь одна мысль постоянно находилась в моей голове, несмотря на ветер, сдувающий все плохое.
Килан.
Он звонил мне один раз, но после, видимо, обиделся, и я не слышал от него ни одного звонка или не получал ни одной смс-ки.
Я вежливо извинился перед Корицей за отмену встречи и отправился домой к Килану, по дороге зайдя в местный супермаркет за коробкой виноградного сока который мы так любили. Однажды я заболел страшной ангиной, и моего друга не пускали ко мне домой. Тогда он тащил стремянку к моему балкону и оставлял там стакан с виноградным соком, тут же стуча в окно.
Таким образом мы могли пить сок вместе. Я-сидя на балконе и свесив ноги между перил, а он-сидя на куче сухих листьев внизу. Мы молчали, потому что мой голос сел и я не мог вымолвить и слова, но радостно улыбались друг другу, и я смотрел на него сверху вниз, думая, что хотел бы сидеть так вечно.
Я не должен был забывать про него.
Я спохватился и поспешил, задумавшись, случайно толкнув бабушку, выбирающую между макаронами «рожками» и «ракушками». На бегу рассыпавшись в извинениях(и рассыпав «рожки», так что они разлетелись по всему полу), и заплатив за сок и пачку макарон, понесся в сторону дома моего лучшего друга. По крайней мере, бабушке не придется выбирать. Вот она-воля случая.
Я трезвонил в дверь снова и снова. Наконец, мама Килана, милая пышная женщина, открыла дверь.
-Джером, солнышко, когда я сказала Киланчику что ты пришел, он ответил...что же он ответил...не припомню...-Мама Килана словно зависала на некоторое время в попытках припомнить что-либо. Это было обычным явлением.
-Так что же, Миссис Лейн?
-Ах, да...там было...Кажется, там было что-то с...Да, точно...»Пускай идет к чертовым подсолнухам»...и...»Сыпет к своей Корице»...Да, милый.Именно это и сказал.
Да уж, зато честно. Миссис Лейн всегда славилась своей искренностью.
-Хорошо, Миссис Лейн, спасибо.
-Не за что, Джером. Солнышко, заходи, когда Киланчик Оберчухается, ладно?
-Очухается, Миссис Лейн.
-Конечно-конечно!-с милой улыбкой, своим выразительным звонким голосом сказала Миссис Лейн.-я так и сказала!
Я не стал спорить, ведь в моей голове уже родился план. Я сделал вид, что ухожу, пока Миссис Лейн снова не скрылась в доме.
Я отправился прямиком на задний двор. У моего лучшего друга тоже был балкон, но он был меньше и выше, а стремянки нигде не было.
Видимо, план провалился.
Я бросил взгляд на большие панорамные окна во всю стену, служившими так же и входом на широкий балкон.
Мы любили устраивать там пикники.
Синие шторы в комнате моего лучшего друга были задернуты.
Составляя список плохих предчувствий в отношении моего друга я поставил бы это одним из пунктов, ведь Килан ненавидит задергивать шторы в комнате. Напротив, ему нравится легкий ветерок, пробивающий летнюю духоту, и свет, бьющий в глаза и на его светлые волосы, давая им медный отблеск.
Я вздохнул. Я итак поступил как худший на свете друг, так что вот он. Путь искупления.
Вероятно, преувеличив свои возможности, я попытался с разбегу прыгнуть на толстый ствол дерева, чья ветка спускалась прямо над балконом моего друга. Прозвучал глухой стук. На моем лбу после такого останется большая шишка. Отлично.
Я знал, что я довольно слабый.
Я помнил уроки физкультуры в начальной школе, когда никто не хотел вставать со мной в пару, когда мы тренировались в бросках мяча, потому что я всегда ронял его из рук.
Я помню как мы с Киланом убегали от хулиганов, и я упал в попытке перебраться через забор. Меня тогда здорово поколотили.
Килан тогда помог мне дойти до дома. Когда я проявлял слабость, он помогал мне и проявлял силу. А когда он рвался в бой и принимал спонтанные решения, я охлаждал его пыл. Мы были хорошей командой.
Командой, которую еще можно вернуть, даже несмотря на мое предательское отношение.
Я вцепился в дерево и начал забираться. Я не смог уцепиться раз, и еще один. Я падал и пытался снова. Наконец, после долгих попыток, я забрался на толстую ветку дуба. Здесь было довольно уютно. Солнечные лучи проскальзывали между густой кроны дерева. Здесь был приятный тенёк и успокаивающая прохлада.
Однако мне все еще предстояло перелезть на другую ветку, гораздо тоньше и длиннее. Зато довольно быстро ты оказывался на твердой поверхности.
Не дрейфить.
Земля была довольно далеко. Если упасть, я думаю можно было бы неслабо шмякнуться. Набрав в грудь побольше воздуха, я осторожно двинулся по тонкой ветке на некоем подобии корточек. Ветка предательски качалась, что заставляло мое сердце панически биться. Когда казалось, что я сейчас сорвусь, самый тонкий конец ветки опустился под моим весом и я оказался на балконе своего друга.
Не желая больше терять времени, я ринулся к балконной двери. Она не была закрыта. Второй пункт в список причин для настороженности. Машинально прокручивая в голове слова, которые следовало бы сказать, я двинул в сторону раздвижную стеклянную дверь. В комнате было темно, ведь занавески были задернуты, и ни одного лучика не прорывалось туда.
Не похоже на Килана. В комнате царил полный хаос, одеяло, скомканное, валялось на полу. Все вещи Килана были разбросаны по его комнате. Одежда, книги, мусор.
Будто кто-то...искал что-нибудь важное?
По телу пробежали мурашки.
-Ки...Килан?-когда я нервничал, я начинал запинаться. Не получив ответа, я, сглотнув, переступил порог, отделяющий балкон от комнаты, и отправился осматривать комнату, стараясь избегать вещей, валяющихся на полу.
Споткнувшись о какой-то маленький предмет, привлёкший мое внимание, я поднял его в руки.
Наполовину пустая баночка с...успокоительным?
Я сощурился, пытаясь прочитать мелкий текст на желтой пластиковой баночке.
-Дело...плохо.-пробормотал я себе под нос.
Зачем Килану это лекарство?
Мой взгляд привлекли обрывки бумаги. Я знаю, что Килан рвет бумагу, когда злится. Тут было определенно много кусочков.
Был целый, смятый в комок лист бумаги. Развернув его, я увидел кривую надпись:»я хочу ломать вещи». Я увидел нашу с ним фотографию, также разорванную на кусочки.
Затем я взглянул в угол комнаты. Там висела большая карта мира. Килан отмечал кнопками те места, куда, как он говорил, мы вместе отправимся. Под картой обычно лежал рюкзак, набитый припасами, чтобы мы были готовы к путешествию на край света.
Он был одержим идеей объездить мир. А я не сопротивлялся.
По моему лицу прошла капелька пота. Не может быть.
Рюкзака не было на месте.
Килан никогда не забирал его оттуда. Ни разу с того момента как нам стукнуло десять. Сейчас нам уже шестнадцать.
Не значит ли это, что...
Я прекрасно знал план нашего путешествия по миру. Первым пунктом числилась Калифорния. Мы надеялись найти Даррела.
Килан сбежал.
Если я потороплюсь, возможно я успею догнать его. Я схватил обрывки нашей совместной фотографии и баночку с таблетками.
Таблетки, правда, не специально.
Из-за растерянности и паники я забыл отпустить баночку с успокоительным из левой руки.
Тяжело задышав, я кинулся прочь из комнаты. Все мои мысли были направленны только на то, чтобы успеть догнать моего лучшего друга.
Успеть. Успеть спасти дружбу.
Как я мог, как я мог так поступить?
Я знал, что у Килана проблемы с контролем гнева. Вот для чего успокоительные, вот почему повсюду так много обрывков бумаги.
Он был разочарован. Он думал, что я не забуду о нем.
Уже с балкона я осмотрел свысока местность вокруг дома, всей душой надеясь увидеть там своего друга, бегущего с рюкзаком по дороге.
Тщетно.
Значит, куда теперь?
На вокзал? Нужно предупредить родителей. И Корицу.
Я перескочил через перила балкона прямо на тонкую ветку несчастного дуба.
Через мгновение ветка хрустнула и обломилась, а я полетел вниз.
За мной вниз летели и кусочки фотографии, и таблетки, высыпавшиеся из баночки.
Все произошло слишком быстро, чтобы я успел подумать о чем-то, кроме Килана.
Затем я услышал глухой стук о землю.
Стук собственного тела, падающего на траву.
Приоткрыв глаза, я размыто разглядел ноги в синих кедах, бегущие ко мне.