Глупость.
Я просто шла по улице. До сих пор не верю, что я осознанно теряла так много времени. Я не не могла придти в себя. Спасибо, за прохладный ветер, он дал такую поддержку. Было так больно, как я могла позволить себе уйти? Лучше бы я сказала миллион глупостей, лучше бы я ревела у его ног, лучше бы я продолжала просто стоять у порога. Я должна была быть рядом. Он открылся мне - это то чего я так ждала. А я струсила, будто передо мной был не человек. Будто я никогда не видела колясок, словно я никогда не видела инвалидов. Я шла, ругая себя за свою глупость, но не разворачивалась, не бежала к нему.
Зачем он закрылся от мира в своей крепости? Я знаю, что есть причина, что от неё все эти тайны и секреты. Я знаю, что это серьёзно. Почему я была не готова это принять? Откуда столько слабости? Не я ли так хотела увидеть его? На деле, я запомнила только его глаза. Не могу вспомнить, как он выглядел. Только его глаза и коляска. Как много было в этих глазах. Они кричали мне чтобы я ушла, в них было столько боли. Я знала как правильно и знала, что нужно торопиться. Но продолжала идти вперёд. Было так стыдно.
Я была не в силах остановиться.
Если бы в тот день Ёдонн не оказался в том парке по чистой случайности, не знаю как далеко бы я ушла.
- Евгеша, зайчик!?Ты что, плачешь?
- Марк... - было очень тяжело говорить: ком в горле и отсутствие каких-либо сил.
- Что случилось?
- Я видела его...он в инвалидной коляске, а я ушла.
- Не понимаю, какая разница? Причём тут инвалидная коляска? Ты можешь дышать ровно и спокойно всё объяснить ?
- Я была в шоке, испугалась и обиделась. Мне было так неудобно - я не знала, как себя вести. Было так жалко его, я не могла поверить в это. Хотелось обнять его и не отпускать. Такое со мной впервые. А потом стало так обидно, что он так скрывал это и не мог открыться мне, довериться. Мы столько общаемся, неужели он думал, что я не приму его?
- Ты не приняла его. Ты сделала то, чего он боялся.