Вера в лучшее

На часах было 10:00 когда мне удалось уснуть. Мне надо было позвонить отцу и рассказать, что произошло, что я не смогу приехать, но сил не было. Проснулась я от небольшого шума на кухне, когда несколько лет живешь один в двухэтажном доме не сложно испугаться звуков из другой комнаты.
Я откинула одеяло и стала прислушиваться, на кухне разговаривали мама и какой-то мужской голос. Тело сразу подскочило и стало переодеваться в какую-то приличную одежду.
Вниз по лестнице я спускалась осторожно и максимально тихо. Голоса становились все громче.
- Рейн, думаешь я поверю, что это произошло само собой? - спросила мама.
Рейн - было очень знакомое имя и как только я его услышала тут же остановилась по середине лестницы.
- Я тоже не верю, Мег. - сказал бархатный голос с ужасным Американским акцентом.
Рейн Рейн Рейн... Где я могла слышать это имя?
- Мне это не нравится. Кто мог за несколько часов отмазать мою дочь от огромного следствия, так что её даже не упоминают в протоколе?
Что? Меня «отмазали»?... Кто?
- А главное почему. - утвердительно сказал мужчина.
- Генри разберется с этим или это придется сделать мне? - от упоминания отца меня передернуло. Впервые мама не выплюнула это имя, вернее впервые за столько лет она вообще упоминала имя «Генри», а не «твой папаша».
- Мы разберемся, не переживай. - мужчина тут же перевел тему. - Тебе налить ещё кофе?
Их разговор перешел в бытовые темы, а я все так же стояла на лестнице и пыталась вспомнить этого мужчину. Ответ крутился на кончике языка, но в голову ничего не приходило. Глубоко вздохнув я все таки спустилась на кухню.
Я увидела маму сидящую за столешницей и спину мужчины одетого в черный, наверняка очень дрогой, костюм. Он повернулся и я вспомнила. Мистер Шнейдерман, точно! Тот самый друг папы.
Увидев меня, он широко улыбнулся, его и так красивое мужественное лицо стало ещё красивее.
- Guten Morgen, Адель.
- Guten Tag, Мистер Шнейдерман. - тут же исправила его я, он по доброму усмехнулся.
- Вижу ты тренировалась к нашей сегодняшней поездке. - я легко постаралась улыбнуться.
- К нашей поездке? Я думала... - я не успела продолжить.
- Ты передумала? Мне позвонить... - на этот раз я его перебила, понимая что он говорит об отмене поездки.
- Нет!
Мужчина улыбнулся и прошелся взглядом по моему телу.
- Ты так повзрослела! Сколько тебе было при нашей последней встречи? Одиннадцать? - я кивнула. - Ростом ты явно в маму, ну не всё же от отца брать, верно? - я закатила глаза, а мужчина рассмеялся. - А глаза закатываешь все так же.
- Мне пора. - сказала мама, которая всё это время наблюдала за нами. Она встала и пошла к выходу.
- Кто бы сомневался. - ответила я себе под нос, но мама услышала и застыла.
Она все так же стояла на пути к нам спиной, но что-то в её голове делало какой-то сложный выбор.
- Мег. - тихо сказал Мистер Шнейдерман и мама тут же вышла из кухни, а затем раздался звук закрывающейся входной двери.
Наверное мне должно было быть стыдно, но, как только она ушла я почувствовала облегчение.
Тишину прервал бархатный голос.
- Ну что, Адель, готова к поездке? - еле выговорил мужчина.
- Мистер Шнейдерман, мы можем говорить на немецком если вам будет так удобнее.
- Не стоит, мне как раз надо попрактиковаться над Американским Английским. Ведь твой отец строит отель здесь, значит в Америку я стану чаще приезжать. - он поставил кружку в раковину. - И прошу... обращайся ко мне по имени, я всё таки не чужой тебе дядька.
- Простите, просто папа просил вас называть так.
Мистер Шнейдерман то есть Рейн, был близким другом моего отца. Сначала они были простыми коллегами, а потом стали лучшими друзьями. Правда жили они в разных странах, папа в Америке, а Рейн в Германии. Но виделись они достаточно часто из-за папиных командировок в Берлин. Когда мне было пять меня по крестили и моим крестным отцом стал Рейн Шнейдерман, на столько сильно ему доверяет мой отец. Вот только Рейн никогда не был для меня близким родственником, да я вижу его в живую только третий раз. Когда я приехала к папе, из его дома я почти не выходила. В одиннадцать лет я была намного общительней чем сейчас и моим единственным другом в Германии стал мой крестный брат, сын Рейна, Винфрид. У нас с ним год разница в возрасте, но мы хорошо поладили, правда как только я вернулась в Америку наше общение закончилось. И я даже не уверена, что он меня помнит.
- Так что ты готова к поездке? - вывел меня из воспоминаний брюнет с черными глазами.
- Да.
Ещё немного поговорив, я пошла наверх, приводить себя в порядок. Наш рейс перенесли на вечер и у меня было время, чтобы заняться своими делами. Но на самом деле дело было одно.
Я помылась, переоделась в чистую одежду, заплела пучок и спустилась вниз.