Глава 6: Осколки Зеркала
Бар «Вуаль» больше не был баром. Стены, проросшие кристаллами из смеси света и тьмы, пульсировали, как живой организм. В центре зала висело зеркало — подарок Ариэля, единственное, что отражало их истинную форму: двойное существо с четырьмя крыльями, глазами разного цвета и голосом, звучащим в два тембра.
— Мы похожи на ошибку мироздания, — Лилит (или это был Габриэль?) коснулась стекла, оставляя трещину.
Они пришли сюда, потому что Вельзевул прислал записку: «Хотите разделиться? Найдите того, кто вас не видел едиными». Последние слова были зачеркнуты и дописаны: «Или приготовьтесь быть вечным уродцем».
Ариэль, встретивший их на пороге клиники с паяльником в зубах, вынес вердикт:
— Ваши души сплетены как цепи. Разорвать можно, но звенья останутся в каждой из вас.
— То есть... — Габриэль попытался отделить свой голос от её.
— То есть вы станете собой, но с дырками. Как сыр. Или как я. — Ариэль указал на свой механический глаз.
Часть первая: Потеря памяти
Клиника Ариэля висела над пропастью, скрипя цепями, словно старый маяк в шторм. Внутри пахло жжёной плотью и маслом — аромат отчаяния. Лилит стояла перед зеркалом, в котором их двойное отражение казалось чудовищным и прекрасным одновременно: четыре крыла, сплетенные в кокон, глаза, мерцающие то золотом, то кровавым алым.
— Ритуал требует жертвы, — Ариэль щелкнул переключателем, и механизмы на стенах ожили, завывая. — Ваша память о моменте слияния. Без неё свиток не отпустит ваши души.
— Наш первый поцелуй... — прошептала Лилит, касаясь губ, которые теперь принадлежали им обоим. — Если мы забудем, как мы стали этим, то что останется?
Габриэль взял её руку — свою руку? — и почувствовал, как их общее сердце бьется в такт тиканью часов Ариэля.
— Мы останемся собой. Или... тем, что от нас останется.
Ариэль протянул нож с лезвием из закалённой пустоты:
— Режьте по шву. Только не плачьте — слёзы заржавят механизм.
Лилит вонзила лезвие в зеркало. Стекло треснуло, и вместе с осколками исчезли воспоминания: их объятия у водопада, смех в «Вуали», шепот «Дыши со мной». Когда она обернулась, Габриэль смотрел на неё, как на незнакомку.
Часть вторая: Предательство Вельзевула
Вельзевул явился в разгар ритуала, запах серы вытеснил запах горящего металла. Его мотоцикл-скелет врезался в стену, осыпая клинику искрами.
— Скучаю по вашим глупым рожицам! — демон швырнул к ногам Лилит контракт с печатью Люцифера. — Ад предлагает сделку. Вернись — и мы вырежем из тебя ангельский мусор. Ты снова будешь "целой".
— Целой? — Лилит засмеялась, но смех звучал чужим. Её крылья, наполовину чёрные, дрожали. — А что он? — Она кивнула на Габриэля, которого механизмы Ариэля уже начали вытягивать из их общего тела.
— Он станет тем, чем должен был быть — пылью. — Вельзевул ухмыльнулся, показывая клыки. — Или... можешь оставить его себе как домашнего питомца.
Габриэль, наполовину освобожденный, рванулся к ней, но его ноги всё ещё были спаяны с её тенью.
— Лилит, не слушай его! Мы... — Он замолчал, поняв, что забыл, что хотел сказать.
Лилит взяла контракт. Бумага обожгла пальцы, оставив следы в форме цепей.
— Я... не помню, почему мы вместе, — солгала она, глядя в его глаза, которые теперь были чужими.
Но Вельзевул знал правду. Он видел, как её коготь дрогнул, подписывая договор.
Часть третья: Разрыв
Когда лезвия механизмов Ариэля разрезали последнюю нить, связывающую их, воздух взорвался грохотом. Габриэль рухнул на пол, его крылья — когда-то сияющие — теперь были иссечены чёрными шрамами. Лилит стояла, сжимая в руке клубок теней, вырванных из его души.
— Мы... кто мы теперь? — Габриэль попытался встать, но его ноги подкосились. В голове звенела пустота: он не мог вспомнить мелодию, которую играл ей в баре.
Лилит посмотрела на него, и в её глазах не осталось ни дерзости, ни остроумия — только пепел.
— Чужие.
Она шагнула в портал, не оглядываясь. Габриэль пополз к выходу, волоча за собой полумеханическое крыло. Ариэль собрал осколки зеркала в ладони:
— Глупцы. Теперь вы носите друг друга в ранах.
Эпилог
В «Вуали»:
Вельзевул разливал по стаканам напиток цвета ржавчины — смесь их крови, собранной с пола клиники.
— «Разбитое сердце третьего сорта»! Пейте, пока вас не запретили! — Он хрипло рассмеялся, но смех оборвался, когда увидел, как стены бара начали медленно зарастать кристаллами — теми же, что покрывали Габриэля и Лилит.
На Небесных окраинах:
Габриэль летел сквозь туман, но каждое взмахи крыльев отдавалось болью в груди — там, где раньше билось её сердце. Ветер принёс обрывок мелодии — ту самую, что он играл на гитаре. Он закрыл глаза, и на миг ему показалось, что её смех звенит где-то рядом.
В адских безднах:
Лилит разрывала демона-предателя, но её когти замерли в воздухе, когда жертва взмолилась. В его глазах она увидела отражение — не себя, а "их", сплетённых воедино. Она отпустила демона, сжав виски:
— Заткнись... заткнись... заткнись...
В Пустоте:
То, что они породили в единстве, пробудилось. Существо с крыльями из осколков зеркал и голосом, звучащим как их смех, потянулось к границам миров. Оно было голодным. Оно хотело "целого".
Ариэль, паяя новый механизм, усмехнулся:
— Скоро вернутся. И заплатят вдвойне.
Игра продолжалась.