Глава 3, Часть 4
Оставшийся настороже Лесли всеми способами развлекал себя.
Считал пролетающих мимо птиц. Играл с длинной волосатой гусеницей, которая аппетитно хрустела изумрудными листьями смородины. Успел поймать кузнечика и скормить ему самую сочную травинку.
Поблизости никто не появлялся.
Кенрик и Фавст тщательно осмотрели пещеру, изучили каждую записку и рисунок, какие только находились в помещении. В дополнение Кенрик провел проверку пространства на наличие возможных заклинаний Маверика, но ничего не нашел. Пещера абсолютно чиста от магии.
Зато оставалась доверху запятнана темными помыслами.
Хозяин логова планировал что-то ужасное.
Мальчишки поняли это сразу, как только узнали в одном из рисунков подробный план замка с пометками о количестве стражников на этажах и местах их дежурств. А также нашли список имен, должностей и семей всех членов золотой армии, коих насчитывалось свыше тысячи.
Такая информация была доступна всего нескольким личностям: королю, Рхетту и главнокомандующему. Другие попросту не имели к ней доступа.
Кто же тогда хозяин логова? Едва ли кто-то из вышеперечисленных.
Следующая находка еще больше поразила мальчишек.
– Это... отчет исследователей, – удивленно прошептал Фавст.
В его руках находилась небольшая широкая книга с потемневшими от времени листами, скрепленными крестообразным методом плетения страниц. На обложке, где обычно указывались имена авторов и название произведения, оставалась пустота.
– Что? – переспросил Кенрик и, подойдя к другу, перехватил книгу. – Какого...
Внимательно всматриваясь в текст отчета, парень замер в удивлении.
Этот почерк он мог узнать из тысячи похожих почерков. Такие мелкие буквы с волнистыми завитками писал лишь один голмен. Мадс. Отец Кенрика.
– Это почерк папы, – пораженно прошептал парень.
– Чего... – неверяще протянул Фавст и вновь взглянул на текст. – Реально. Один в один с твоими отчетами. Но откуда он здесь? Ты ведь сказал, что отчеты спрятаны в тайной библиотеке. Его кто-то выкрал?
– Попасть в библиотеку могу только я. Этот отчет точно не оттуда, – нахмурился Кенрик и внимательно осмотрел книгу. – Я не чувствую на нем следов семейного охранного заклинания. А оно должны остаться, если книга лежала в доме.
– Так она могла тут прокуковать несколько лет, – предположил Фавст. – За это время все следы исчезнут триста раз.
– Ну, такое может быть, – согласился Кенрик, всматриваясь в пустую обложку отчета. – Но тут есть странность. Исследователи на обложках пишут порядковый номер, наименование исследования, имена авторов и подпись на форзаце. Тут же пусто.
Для наглядности парень указал на недостающие детали и открыл отчет примерно на середине, где появилось еще больше странностей.
Текст был другим.
Если в начале книги в тексте последовательно излагались мысли и изученные данные, то на середине львиная доля слов была пропущена. На их местах находились пропуски разных размеров: где-то недоставало одного короткого слова, а где-то целого предложения или вовсе абзаца.
Взглянув на портрет отца, Фавст не заметил странный текст манускрипта и задал логичный вопрос:
– И что тогда означает эта обложка?
– Что отчет писали для себя. Не для царя, – взволнованно пояснил Кенрик. – И отец точно пытался что-то скрыть.
– О чем ты? – непонимающе нахмурился Фавст и посмотрел на книгу. – Подожди... это че такое?
– Пропуски, – тихо ответил Кенрик, листая манускрипт. – Их сделали специально. Без магии, специальных чернил или еще чего-то.
– С чего ты взял, что тут нет чернил? Вдруг тут крахмал?
– На пропусках нет нажима ручки, а самодельные чернила неудобны. С ними нужно писать либо кистью, либо пером. А кисть и перо никогда не позволят тебе написать слово в таких мелких промежутках.
Кенрик постучал пальцем по пропуску размером в полсантиметра.
– Предлог сюда не подойдет по смыслу, – серьезно дополнил он. – Тут слово. Скорей всего, «лес». «Лес – это место нестабильной магической активности».
В пещере повисла тишина.
Кенрик и Фавст пораженно смотрели на зашифрованный текст, выуживая из него важные фразы или отдельные слова, и с каждым предложением все больше бледнели от ужаса.
«Порталы», «другая реальность», «существует заклинание», «перемещение», «я нашел способ», «король не должен узнать», «мы должны распространить пророчество», «я увидел будущее», «или Голдом падет».
– Пророчество? – пораженно уточнил Фавст и взглянул на стену, где висела небольшая записка. – Не это?
«Блеск черно-белых доспехов принесет Голдому то, что он потерял десятилетия назад. Вопрос лишь в том, нужна ли голменам эта пропажа? От них зависит весь исход».
Кенрик прищурился, внимательно вчитываясь в текст и характер письма.
Почерк разительно отличался от почерка Мадса и Минны – он крупный, топорный и строгий. Каждая буква написана с сильным нажимом, будто кто-то выцарапывал их, а не выводил ручкой. И в таком стиле написана каждая записка на стене и многих тетрадях на полу.
– Ничего не понимаю, – обреченно признался Кенрик.
– Такая же ерунда, – кивнул Фавст и оглянул друга. – Тут ведь не твой пропавший отец прячется?
Недоуменный взгляд Кенрика был выразительней любых слов.
– Ты сейчас серьезно? Это кто-то другой, – твердо проговорил он, кивнув на записки. – Почерк на пометках и отчете разный.
Фавст удивленно вскинул брови и вновь посмотрел на пророчество. Действительно, почерк незнакомый и зловещий.
– Тогда... если мы не знаем этого голмена и в ус не дуем, что он тут планирует, предлагаю быстренько обчистить все его логово, – неожиданно предложил мальчишка. – Без своих карт и записюлек он ничего не сможет. Ему придется снова собирать свой набор заговорщика. А за это время мы уже триста раз успеем разобраться в его каракулях и решить, что делать дальше.
– Ты с ума сошел? – пораженно прошептал Кенрик. – Так мы можем навлечь беду.
– Ты видел портрет моего отца на стене? – вмиг посерьезнел Фавст. – А других? Я знать не знаю, для чего они нужны этому голмену. Но мне не хочется сидеть в сторонке и ждать, когда кто-то убьет папу. Или что он там хочет сделать? Вообще... плевать, что у него там в планах! Ради отца я должен обрубить все это на корню.
Как никто другой Кенрик знал о тяжести утраты близкого голмена. Он знал, насколько это невыносимо больно. И ему не хотелось, чтобы Фавст пережил что-то подобное.
Бегло осмотрев пещеру, Кенрик громко захлопнул отчет и начал собирать в стопки тетради и записки.
– Чего встал? – деланно недовольно пробурчал он. – Собирай. Время идет. Сам сказал, что хозяин может прийти в любой момент.
Фавст растерянно замер на месте, пораженно наблюдая за другом, но спустя мгновение широко улыбнулся и шуточно отдал честь:
– Так точно, капитан.