Глава 2, Эпизод 2
— Чиинана собирается захватить всю Альвою, никто не сможет ей помешать. А главное, она собирается убить тебя. Я видела сон, Дариен. Она убивала тебя, а на мне были ледяные цепи, которые смогло растопить только пламя. Я должна обратиться к драконам, найти способ призвать их, иначе мы бессильны против магии. У меня есть то, чего нет у Чиинаны. Я общаюсь с драконами, во мне есть капля их крови, и никто, кроме меня, не сможет противостоять ей.
Дариен молча слушал меня, осмысливал мои слова, возможно, обдумывал возражения, а его взгляд метался из стороны в сторону.
— С чего ты взяла всё это насчёт Чиинаны, Мира? Это всего лишь сон.
— Во-первых, ты знаешь, мои сны – не просто сны, во-вторых, она уже предприняла одну попытку, а в-третьих, об этом рассказал эльф, который сторожил меня в подземелье.
— Кстати, может, расскажешь, как тебе удалось сбежать? — спросил Дариен с искренним интересом во взгляде.
Мда, интересно, с какого момента мне стоило начать свой рассказ? С того, как я дразнила сторожа, спустив с плеча рубашку? Я усмехнулась той своей промашке.
— Сыграла на похотливости эльфов, — ответила я, пожав плечами.
— Что? — Дариен, казалось, не поверил своему острому слуху, потому что глаза его округлились, но в них заиграли весёлые лучики. — Так, ну-ка иди сюда, маленький человечек, сейчас расскажешь мне, что ты знаешь о похотливости эльфов.
Он медленно пошёл вокруг стола, не отрывая от меня хитрого взгляда, от которого у меня напряглось в животе. Я встала с лавки и двинулась вдоль неё к противоположной стороне стола.
Дариен мягко ступал, как кот перед прыжком, и пусть нас разделял стол, я боялась, что он перемахнёт через него и обрушит на меня всю свою силу и обаяние. От этой мысли у меня перехватило дух, и я остановилась, опираясь на стол.
Он тут же подскочил, встав ко мне вплотную, и я почувствовала запах его тела, чуть сладковатый с примесью аромата свежего дерева. Воспоминания о нашей единственной ночи на корабле возникли на фоне горящих глаз, совсем не таких, с какими он встретил меня с утра.
— Когда речь идёт о тебе, я — самый похотливый эльф во всей Альвое, — сказал он непривычно низким голосом, склонившись к моему уху, потом развернул меня спиной к себе, крепко обвил руками, и я поймала себя на мысли, что вот так готова была бы стоять вечно, будто новая версия памятника «Рабочий и колхозница».
Дариен убрал мои волосы, открывая шею, и поцеловал её медленно и тепло, чем вызвал в моём животе ещё один мягкий спазм и полчища мурашек по всему телу.
— Наконец-то я увижу тебя при свете, — прошептал он, и я затаила дыхание, когда его руки, ослабили шнуровку на платье, позволив ему сползать с плеч, а потом ниже и ниже, пока оно не осело у моих ног вместе с белоснежным хлопковым бельём.
Он развернул меня снова, отступил на шаг, неторопливо прошёлся взглядом по моему телу сверху вниз, глубоко вздохнул и прижался ко мне, накрывая мои губы своими мятными на вкус губами.
Вышли из комнаты мы уже только утром, когда вся она порозовела в лучах Птухайла.
Земля Предков. Замок Темноликого
Через три дня открыли Мерцающие врата в Землю Предков, и мы с Дариеном прибыли в замок моего брата.
— Папа! — воскликнула я и бросилась к нему на шею.
Я думала, он постарел, изменился как-то за время пребывания в эльфийских землях, но папа был всё тот же, каким я запомнила его, подтянутый, немного обросший, весёлый.
— Дочка, — он не хотел выпускать меня из объятий, но Аадрион топтался рядом, и, наконец, правитель Темноликий обнял меня.
— У тебя волосы стали длиннее, — сказала я брату, внимательно осматривая его.
— У тебя тоже, — ответил он, потрепав меня по макушке, и предложив пройти вперёд в сторону библиотеки, где Аадрион чувствовал себя, видимо, наиболее защищённым. Стоило нам войти, как в раскрытое окно влетел Мудрейший.
— Рад приветствовать вас, правитель, Мира.
— Здравствуй, Мудрейший, — ответила я.
Мы уселись за стол.
Я вспомнила, как вошла сюда, когда мне открыли тайну моих способностей, когда предложили связаться с драконами и попросить их о помощи. Тогда я впервые узнала о пространстве и времени, увидела, что представляет собой Альвоя, познакомилась с говорящим вороном.
С тех пор здесь ничего не изменилось. Всё так же под высокий потолок тянулись стеллажи с книгами, всё так же в окно заглядывал Птухайл, а вдалеке колыхалось изумрудное море деревьев.
— Дочка, не томи, — не выдержал папа, — как?
— Долгая история, — ответила я и пересказала кратко свой вариант, упуская некоторые лишние детали о побеге от Чиинаны, о колдуне на чёрном корабле, о драке, подробностей которой брату с отцом слышать было не обязательно, о радостной в кавычках встрече с Баарионом.
— Это лишь одна сторона монеты, — сказал и Дариен дополнил мою историю рассказом о нападении призрака в моём обличии, а потом добавил, — Считай это официальным визитом, правитель Темноликий, я ставлю тебя в известность, что фоморы добрались до наших морей и представляют угрозу землям Альвои.
— Пройдёмся, дочка, пусть мальчики обсудят политические вопросы, — сказал папа, вставая из-за стола и протягивая мне руку.
Я поднялась и вышла с ним в коридор, мы прошли вверх по лестнице и вышли на просторную веранду, ограждённую невысокими каменными перилами, выкрашенными в белый цвет. С неё открывался вид на море, спокойно-лазурное в белом свете Птухайла.
— Что думаешь обо всём этом? — папа обнял меня одной рукой, когда мы подошли к перилам, — какие у тебя планы?
Он смотрел на меня с тревогой, конечно, рассказ о похищении, подземелье и нападении на корабль обеспокоил его, хоть дочь и стояла перед ним цела и невредима. А может, его волновало, останусь ли я в Альвое или снова покину её.
— Я хочу остаться здесь с вами, — ответила я, глядя на безмятежно-обманчивую морскую гладь, — я больше не беспокоюсь за маму, она, наконец-то вышла замуж, а я предупредила её о своём возможном внезапном отъезде и к тому же оставила письмо, которое она наверняка найдёт. Сейчас она счастлива, а я благодарна Чиинане, что доставила меня в Альвою, ведь я не переставала надеяться и готовилась к этому, как могла, вот только, — я перевела взгляд на папу, он слушал внимательно, всматриваясь в моё лицо, — очень боюсь за Дариена. Колдунья наверняка ещё раз попытается его убить, а я бессильна против магии, папа, я не смогу защитить его.
— Так научись ей, — сказал отец на полном серьёзе, и у меня перехватило дух от волнения. Он думает, что я способна обучиться настоящей магии?
— Что ты имеешь в виду? Научиться магии? Думаешь, я способна?
— Конечно, — папа взял меня за руки, развернув к себе лицом — я уверен, что у тебя есть способности к магии, Мира, посуди сама, ты видела вещие сны, говорила с драконами, в тебе есть частица их крови, их души, даже большая частица, чем во мне.
— Если честно, я сомневаюсь, но, возможно, я могла бы вызвать драконов?
— Мира, послушай, тебе нужно отыскать дракона в себе, а не вызывать его. Если сомневаешься, давай обратимся к магу, он проверит твои способности и подготовит к цитадели.
— Цитадель? – я даже не заметила, как произнесла это вслух. Папины слова встревожили меня, — та, что в Городе Мастеров? Это значит, я должна буду оставить Дариена. Как я смогу защитить его, папа?
Папа засмеялся, крутя головой. От его глаз разбежались лучиками мелкие морщинки и спрятались в чуть поседевших тёмно-русых волосах на висках.
— Дариен не ребёнок, милая. Он правитель эльфийских земель и в состоянии сам за себя постоять. Тем более, ты сама говоришь, что бессильна против магии. Этому надо учиться. Вот тогда ты сможешь противостоять колдунье и защитить Дариена.
Может, папа и был прав, но в таком случае мне придётся расстаться с Дариеном, а я так рвалась к нему и мечтала, что мы будем вместе. Эти мысли холодили всё внутри, и мне захотелось вернуться в библиотеку.