Глава 18. Занавес поднимается
-Девочки, приготовьтесь! Завтра отчетный концерт, на котором будет генеральный директор клубов, а также заслуженный постановщик страны! Мы должны показать все, на что способны! – раздался громогласный голос наставницы.
-Мне уже не терпится, - прошептала я Даше.
-Мне тоже, - как-то вяло протянула она.
-Эй, ты в порядке? На тебе лица нет.
-Да-да, все хорошо, - подруга избегала контакта взглядами впервые, я решила ее не трогать.
Репетиция прошла хорошо, мы были готовы к завтрашнему концерту физически, а вот морально не очень, мне было не по себе видеть Михаила на нем спустя столько времени.
Даша по-прежнему отказывалась отвечать на вопрос, что произошло, лишь кидала фальшивые отговорки, мол, чувствую себя нехорошо, волнуюсь перед концертом. Пришлось оставить ее наедине со своими мыслями.
Этот вопрос меня мучил до самого приезда в особняк, где меня вырвал из мыслей Виктор.
-Как прошла репетиция?
-А? Все хорошо.
-Прости, что прервал поток твоих мыслей. Что-то случилось?
-Да Дашка сама не своя, ничего мне не рассказывает, переживаю за нее.
-Все наладится, - он произнес это как-то безучастно, хотя, может, мне так показалось.
-Я так и не спросила, вы помирились с отцом?
-Да, только…
-Расстроен, что он не рассказал раньше?
-Именно, я бы мог притвориться, что не знаю эту историю на худой конец.
-Это сработало бы, если бы я не знала тебя так хорошо, - ухмыльнулась я.
-Это да, - улыбнулся Виктор, - Ветта, - он резко остановился и серьезно посмотрел мне в глаза.
-Да? – я насторожилась.
-Если бы мне пришлось, вдруг, сделать что-то, что тебе не понравится, но ради вас всех, ты смогла бы меня простить?
-Смотря, о чем речь, но, если это ради нас, и ты бы мне это объяснил, то, думаю, простила бы, - он улыбнулся и крепко взял меня за руку, - к чему вдруг такой вопрос?
-Мало ли, что случится в этой опасной жизни, я не хочу тебя потерять, что бы ни случилось.
-Я тоже, - приподнявшись на носочки, я чмокнула его в щеку.
«Неспроста он задал этот вопрос, он что-то задумал, меня не проведешь, он предупреждает? Или не может меня посвятить, поскольку хочет защитить?» - все мелькали у меня в голове эти мысли, не дающие мне уснуть.
Но вскоре и они меня покинули, и я провалилась в сон.
***
Мы все стояли с одногруппницами и пытались рассмотреть приходящих в зал людей. Их было море. Среди них я уже приметила всю семью Королевых, кроме отца, а также Петю. Волнение мешало сосредоточиться на мелочах, а терять бдительность в такое время было нельзя. Уже и директор, и постановщик были на месте, а Михаила все не было.
«Что же ты задумал?» - мучил меня этот вопрос, - «Как бы не устроил ничего, пока мы отсутствуем, хотя вряд ли, система безопасности оповестит» - только этим я себя и успокаивала.
Вот на сцену выходит наша наставница, вся при параде: в элегантном бархатном платье с розами, волосы аккуратно убраны в причудливую прическу, как в 19-ом веке, яркая помада цвета фуксии, что выделяла ее губы больше чем глаза с нежными сиреневыми тенями. Как мы не уговаривали ее доверить нам макияж, она не согласилась, все делает по-своему, великолепная женщина, именно этим ее постановки неотразимы. И именно из-за этого я стала одной из ее любимых учениц, все делаю по-своему и всегда подстраиваю постановку под себя. Как она любит говорить: «У каждого должна быть индивидуальность! А не жалкая пародия на искусство, я вам не кукловод, чтобы делать все самой, я свое уже оттанцевала».
-Дорогие дамы и господа, я рада вас приветствовать на отчетном концерте нашего клуба! Этот год выдался тяжелым, но все девочки очень старались, так что я уверена, что наш концерт принесет вам огромное удовольствие, - все зааплодировали, - и так, откроет наш концерт Дарья Кузнецова сольным номером, - зал вновь одарил всех нас аплодисментами.
Я знала, что Марья Николаевна поставит меня последней, а Дашу первой. Но она была какая-то потерянная. На мои пожелания удачи она слабо улыбнулась и вышла на сцену. Если бы не ее белый грим, что делал из нее аристократку для номера, я бы готова была держать пари, что она даже белее чем краски, нанесенные на нее сейчас. Как будто для нее они были нужны, чтобы наоборот скрыть ее бледность.
Несмотря на это танцевала она прекрасно, как и всегда. После номера она быстро вернулась, чтобы переодеться для нашего совместного с ней номера. Я хотела ее разговорить во время его исполнения, но все мои попытки закончились провалом, а также замечаниями от Марьи Николаевны.
Следующим был общий со всеми девочками номер, в котором я была центральной, конечно. Не то чтобы я хвасталась, я просто рада, что не подвожу свою наставницу, и она мне доверила такую ответственность.
Получив очередную порцию аплодисментов, я ринулась переодеваться для своего номера. Распущенные волосы, рваное платье, как лепестки розы, а под ним белый купальник, как у балерин. Небрежный образ придавал шарму моему номеру.
Вот я уже стою за ширмой и жду… Вот занавес поднимается и на сцену выходит моя наставница и представляет меня.
Только выйдя на сцену, я, как и всегда, сначала осматривала публику, а позже вставала в начальную позу. Этот раз был не исключением. Я пересеклась глазами с Петей, что молча кивнул мне и улыбнулся, с Виктором, который смотрел на меня сосредоточенно и с гордостью, мне было безумно приятно от его взгляда. Я оглядела директора и нахваленного нашей наставницей постановщика, она говорила, что, в случае если ему кто-то понравится, то он заберет его к себе в группу, а это большая честь, поэтому было важно выступить хорошо.
Они как-то скептически смотрели на меня, мол, посмотрим, что ты из себя представляешь, это придало мне азарту. А последнее, что я увидела, была черная маска в последнем ряду. Она заставила меня всю похолодеть, но музыка не заставляла себя ждать, поэтому тихий, но требовательный шепот Марьи Николаевны заставил меня прийти в себя.
Я безумно люблю чувственную и сильную музыку, особенно танцевать под нее, поэтому Марья Николаевна сделала мне постановку под песню про любовь, точнее не совсем взаимную любовь, что пробирает до дрожи, как она сказала мне: «Посмотрим, что из этого выйдет». В переводе с ее строгости, это означает, что не каждый сможет под нее станцевать. Еже ли она не бросила эту затею, значит, выходит неплохо.
Как и всегда я нервничала и делала неуверенно с начала, но потом… Мелодия подхватывала меня и уносила неведомо куда, только она знала куда. Мои движения были, как ключ к этому миру, как тропа. Я вновь не видела никого вокруг, лишь слушала эту музыку, я становилась ее частью. Хоть я и знала, что нельзя петь вовремя исполнения из моих уст вырвались слова:
- In the end it is him and i…
И снова вихрь, возвращающий меня обратно на сцену. Музыка заканчивается, и я тоже останавливаюсь на последней позе. Вот я опять стою на сцене перед кучей людей, ловлю на себе их взгляды. Секунды, переросшие в минуты для моего сознания, оно заморозило время, чтобы продлить мои мучения в ожидании одобрения или провальных посвистываний. Отойдя от этого состояния, я, наконец, услышала долгожданные аплодисменты. Вновь я оглядываю зал: все Королевы и Петя стоя аплодируют, Виктор, наконец, улыбается, склонив голову набок, он так делает, когда доволен. Очень важные люди для Марьи Николаевны тоже стоя хлопали мне, периодически одобрительно переглядываясь друг с другом.
«Это успех» - подумала я.
Однако на прежнем месте Михаила я не увидела, это меня насторожило.
После поклонов и всех благодарностей, а также цветов от Виктора, все девочки подбежали к своим родным, я же сначала к Марье Николаевне. Я всегда сначала к ней подходила, поскольку кроме Пети у меня родни не было, сначала няня, а потом и брат, редко приходили на концерты, поэтому я всегда сразу же подходила к наставнице. Это стало своего рода традицией.
-Кульневская, сколько раз тебе говорить не петь во время исполнения? – первым делом проворчала она.
-Одного раза достаточно, но никак не получается усвоить, - виновато улыбнулась я.
Тут она заключила меня в объятия, что меня немного озадачило, такой ее редко увидишь.
-Такая, как я, - смеясь, проговорила Марья Николаевна, хотя я поняла, что это не смех, а слезы, - что я буду делать, если тебя заберут от меня? – этот вопрос меня еще больше удивил.
-Будете гордиться, - послышался голос за спиной.
-Иван Васильевич, - раздался вновь твердый голос наставницы.
-Виолетта, я правильно понимаю? - спросил директор.
-Да, - уверенно ответила я.
-Спасибо большое за этот концерт, очень приятно видеть такой профессионализм во владении собой и полным погружением в музыку, - похвалил меня постановщик, - Алексей Анатольевич, приятно познакомиться, - он пожал мою руку, - как вы относитесь к джазовой музыке, - хитро спросил он.
-То есть, это значит, - меня переполнила радость.
-Да, - опередил меня Алексей Анатольевич, - ты переходишь под мой контроль, будет жаль не заиметь в коллекцию такую звездочку. Однако это огромный труд, будешь ли ты готова, иногда целыми днями пропадать на репетициях?
«Вот и цена», - моя радость в один миг улетучилась, ведь я не смогу совмещать это с работой, а объяснить всю ситуацию я не смогу.
-Спасибо за честь, но боюсь, что я не смогу, - меня одарили недоумением все трое.
-То есть ты отказываешься от такой возможности? Этот шанс выпадает очень редко, - настаивал генеральный директор.
-Да, я прекрасно понимаю, поэтому прошу меня простить, - я с сожалением поглядела на наставницу, та была недовольна, однако в ее глазах я увидела поддержку, будто она прекрасно понимала мое положение.
-В таком случае вот, - Алексей Анатольевич отдал мне карточку с его личным номером, - если одумаешься, то позвони, но не затягивай, второго такого шанса не будет.
-Да я понимаю, - приняв его карточку, промолвила я.
-А также я бы хотел видеть еще одну вашу ученицу, - обратился к Марье Николаевне Алексей Анатольевич, - Дарью, кажется.
-Кузнецову? – воодушевленно спросила я.
-Да, Кузнецову, - подтвердил постановщик.
Я начала оглядываться по сторонам, чтобы найти подругу, однако ее нигде не было. Она никогда не уходила рано с подобных концертов. Я начала обыскивать гримерку, в которой уже никого не было. Обыскав ее полностью, я наткнулась на ее сумочку под столом. В ней находилась ее любимая помада, а также записка.
«Если вздумаешь рассказать своей подруге, то обещаю, помимо задуманных мною планов, ты лишишься своей жизни, думаю, Виолетта будет очень рада подобной новости, верно? Жду после концерта, и не вздумай медлить».
«Так вот почему она молчала!» - но радость от этой догадки сменилась на страх, - «Ее похитил Михаил, чтобы сделать из нее наживку! Но когда он успел? А самое главное от кого узнал про нее? Пора действовать!»