Гонка за чувствами

Солнечные лучи пробивались сквозь плотные шторы, рисуя на полу геометрические узоры.В спальне было тихо — только мерное дыхание спящих и едва уловимый шум города за окном.Эвелина спала на боку, укрытая лёгким одеялом, её волосы разметались по подушке.Оскар приоткрыл глаза, замер на мгновение, наблюдая за ней, затем осторожно провёл рукой по её волосам — едва касаясь, будто боясь разбудить.Он тихо поднялся, накинул халат и вышел на кухню.

Включив кофемашину, он стал готовить два капучино — свой без сахара, её — с порцией корицы.Пока аппарат шумел и выпускал пар, Оскар достал чашки, аккуратно расставил их на подносе.В этот момент раздался звонок.На экране — Ландыш.Оскар ответил, слегка понизив голос
— Да?
Л: — Какого чёрта она будет Пиастри?! – без предисловий начал Ландо. – Ты ей предложение сделал, что ли?
Оскар усмехнулся, поставил чашки на стол, подошёл к окну
— Ландо, не волнуйся.Пока она только моя девушка.А в будущем — жена.А у тебя Катя есть, которой ты можешь дать свою фамилию, – добавил он с лёгкой насмешкой.
Ландо на секунду замолчал, затем пробурчал
Л: — Ну ты у меня сестру воруешь.
Оскар сделал глоток кофе, ощущая, как тепло разливается по телу
— Пока не ворую.Просто...бережно храню.
Ландо фыркнул
Л: — Смотри мне.Если обидишь — сам знаешь, что будет.
— Знаю, – Оскар улыбнулся. – Но не планирую.
Л: — Ладно, – голос Ландо смягчился. – Только чтобы всё по‑честному.И чтобы она улыбалась.
— Обещаю.

Оскар закончил разговор, поставил чашку на стол и тихо вернулся в спальню.Эвелина уже проснулась — лежала на спине, щурясь от солнца, пробивающегося сквозь шторы.
— Доброе утро, – прошептал он, наклоняясь к ней.
Она улыбнулась, потянулась к нему
— Ты уже кофе сделал?
О: — Конечно.Иду приносить.

Он вернулся с подносом — две чашки, круассаны, маленькая ваза с ягодами.Поставил всё на тумбочку, затем приподнял подушки, чтобы ей было удобнее сидеть.
— Ты балуешь меня, – она взяла чашку, вдохнула аромат.
О: — Имею право.Теперь ты — моя девушка.Официально.
Она рассмеялась
— Уже успела привыкнуть к этому статусу.
Они пили кофе, делились планами на день.За окном Монако просыпался — где‑то звенели велосипедные звонки, доносились голоса прохожих, шумел прибой.Тео, почувствовав, что хозяева не спят, запрыгнул на кровать, устроился между ними, явно требуя внимания.
— Вижу, он тоже одобряет наш союз, – заметила Эвелина, поглаживая щенка.
О: — Ещё бы, – Оскар обнял её за плечи. –  Теперь у нас есть всё: кофе, солнце, море и...он.
Она прижалась к нему, закрыла глаза на секунду
— И это идеально.
И в этот момент, с чашкой кофе в руке, с теплом его тела рядом, она действительно чувствовала: всё на своих местах.

Ближе к обеду солнце уже вовсю заливало гостиную Оскара тёплым светом.Эвелина, завершив утренний ритуал с кофе, решила получше изучить пространство, в котором теперь — пусть пока и ненадолго — будет проводить время.Оскар, сославшись на срочные гоночные дела, удалился в кабинет к симулятору.А она осталась — с любопытством оглядывая полки, столики и стены, хранящие историю его жизни.На одной из консолей — ряд фото в простых деревянных рамках.Эвелина осторожно взяла первую
Маленький Оскар в шлеме, лет пяти, сидит на миниатюрном квадроцикле.Глаза горят, кулаки сжаты — уже тогда в нём читалась та самая упрямая решимость.Он же, лет десяти, с кубком в руках, на пьедестале.Рядом — родители, улыбающиеся, гордые.Школьный снимок: Оскар в форме, с друзьями, все смеются, кто‑то показывает язык в камеру.Она переходила от фото к фото, замечая, как меняется его взгляд — от мальчишеского озорства к сосредоточенности гонщика.
— Ты всегда был таким серьёзным видимо –
невольно пробормотала она.

Рядом, на стеллаже, — коллекция трофеев.От крошечных детских кубков до внушительных наград Формулы‑1.Каждый с гравировкой, датой, именем трассы.Эвелина провела пальцем по холодному металлу одного из них
— Сильверстоун‑2023.Первое место.
Тогда она ещё не знала Оскара лично, но следила за гонкой брата,восхищаясь его манёврами.Теперь же этот кубок стоял у неё на расстоянии вытянутой руки — как молчаливый свидетель его пути.

В глубине полки, почти скрытая за более крупными наградами, стояла маленькая фотография в простой металлической рамке.На ней — Оскар, лет семнадцати, рядом с пожилым мужчиной.Оба в гоночных костюмах, оба улыбаются, но в глазах Оскара — что‑то новое: благодарность, уважение.Она пригляделась: мужчина держал в руках старый шлем, на котором виднелась потёртость — след аварии.
О: — Это мой первый наставник, – раздался голос за спиной.
Эвелина обернулась.Оскар стоял в дверях, наблюдая за ней.
О: — Он научил меня не бояться ошибок.Сказал, что каждый скол на шлеме — это урок, а не поражение.
Она осторожно поставила фото на место
— Красиво.
Он подошёл ближе, взял её за руку
О: — Ты изучаешь меня?
— Просто пытаюсь понять, – она улыбнулась. – Как из этого мальчика получился ты.
Он обнял её, прижал к себе
О: — А ты из этого не собираешься сбежать? – кивнул на кубки. – Теперь тебе придётся жить с человеком, у которого половина квартиры — музей его достижений.
— Не сбегу, – она уткнулась носом в его плечо. – Потому что теперь это и мой музей.
Где‑то в глубине квартиры Тео залаял, будто подтверждая её слова.А они стояли, обнявшись, среди воспоминаний Оскара — и уже начинали создавать свои.

Солнце уже скрылось за горизонтом, и в квартире Оскара зажглись тёплые лампы.В гостиной царила атмосфера безмятежного вечера: мягкий свет, аромат свежей пиццы и тихое урчание Тео, устроившегося между Эвелиной и Оскаром на диване.Они поужинали, разделив большую пиццу с пепперони и грибами — Оскар выбрал остро‑пряную, Эвелина — с двойным сыром.Тео, сидящий рядом, время от времени получал маленькие кусочки без специй и с восторгом их уминал.Эвелина откусила кусочек, затем потянулась за салфеткой.В этот момент Тео, заметив, что кусок пиццы остался без присмотра, резко подскочил и попытался схватить его прямо с тарелки.
— Эй, это моё! – рассмеялась Эвелина, пытаясь удержать пиццу.

Тео не сдавался — он встал на задние лапы, передние положил на колени Оскара, тянулся к кусочку, смешно вытягивая шею.Оскар, наблюдая за этой борьбой, не выдержал и расхохотался
О: — Он явно считает, что пицца вкуснее, когда её отбирают.
Эвелина, всё ещё смеясь, схватила телефон
— Подожди, я должна это запечатлеть!

Она быстро сделала снимок: Тео на коленях у Оскара, с вытянутой мордой, в отчаянной попытке схватить пиццу.Оскар притворно хмурился, но в глазах — чистое веселье.
— Идеально! – Эвелина показала ему экран. – Смотри, какой он решительный.
Оскар потрепал щенка за ухом
О: — Ну ладно, тебе кусочек.Но только потому, что ты очаровательный.
Он отломил маленький кусочек без перца, протянул Тео.Щенок схватил его, тут же убежал в угол, чтобы насладиться добычей.Эвелина положила телефон, потянулась за новым кусочком
— Знаешь, я никогда не думала, что буду делить ужин с гонщиком и маленьким разбойником.
О: — А я не думал, что буду делиться пиццей с девушкой, которая смеётся над моими попытками сохранить достоинство, – он подмигнул.
Она рассмеялась, слегка толкнув его плечом
— Ты всегда сохраняешь достоинство.Даже когда щенок пытается отобрать у тебя еду.
О: — Только если ты рядом.

Они доели пиццу, убрали тарелки и устроились удобнее.Тео, насытившись, свернулся клубочком у их ног, тихо посапывая.Эвелина прижалась к Оскару, положила голову ему на плечо
— Это был хороший день.
О: — Один из многих, – он обнял её, поцеловал в макушку. – И впереди их ещё много.
За окном мерцали огни города, где‑то вдали слышался приглушённый гул машин.А здесь, в этой комнате, было тихо — только их дыхание, тепло тел и ощущение, что всё действительно на своих местах.И что даже маленькие битвы за пиццу могут стать самыми тёплыми воспоминаниями.

Когда последняя крошка пиццы была убрана, а Тео мирно дремал в углу, в воздухе повисла особая тишина — тёплая, тягучая, наполненная невысказанными чувствами.Оскар медленно положил руки на талию Эвелины.Лёгкое прикосновение — и он мягко пересадил её к себе на колени.Её волосы коснулись его щеки, аромат её кожи смешался с остаточным запахом пиццы и домашнего уюта.Он наклонился, поцеловал её в губы — сначала нежно, почти невесомо, затем чуть настойчивее.Когда отстранился, в его глазах плясали отблески лампы и что‑то ещё — глубокое, искреннее.
О: — Ты красивая, – прошептал он. – Но главное — моя.
Эвелина рассмеялась — тихо, с лёгким смущением, провела пальцами по его шее.Оскар невольно выдохнул, чуть запрокинув голову
О: — Ммм...
Она наклонилась к его шее, коснулась губами тёплой кожи.Лёгкий поцелуй, затем ещё один — чуть ниже, там, где бился пульс.Пальцы Оскара сжались на её талии, одна рука медленно скользнула ниже, легла на изгиб её спины, затем — на бедро.Он втянул воздух сквозь зубы
О: — Эвелина...
Она отстранилась, посмотрела ему в глаза — в них плясали искры, смешиваясь с нежностью.Затем снова поцеловала его, на этот раз глубже, позволяя губам задержаться, почувствовать вкус друг друга.Оскар поднялся вместе с ней, не разрывая поцелуя.Его руки уверенно держали её, будто он боялся отпустить даже на секунду.Они медленно двинулись в сторону спальни — шаги сбивчивые, прикосновения жадные, но бережные.
Дверь за ними закрылась, отрезая мир за пределами этой комнаты.

Он опустил её на кровать, на мгновение отстранился, чтобы взглянуть — её волосы разметались по подушке, глаза потемнели от желания, губы слегка припухли от поцелуев.
О: — Ты уверена? – спросил он, голос чуть дрогнул.
Она потянулась к нему, провела ладонью по его щеке
— Да.
Это было всё, что ему нужно.Он наклонился, снова целуя её — теперь без спешки, но с нарастающей страстью.Его пальцы скользили по её коже, запоминая каждую линию, каждый вздох.Она отвечала — руками, губами, всем телом, прижимаясь ближе, будто пытаясь слиться с ним.

Время потеряло смысл.Остались только ощущения: его ладони на её спине, её пальцы в его волосах, дыхание, сливающееся в одно и сердца, бьющиеся в унисон.Они двигались медленно, будто изучая друг друга заново — не глазами, а кожей, не словами, а прикосновениями.Каждый поцелуй, каждое касание было как признание, как обещание.

Когда всё закончилось, они лежали, переплетясь руками и ногами, в полумраке спальни.Тео, проснувшийся от шума, тихо тявкнул из гостиной, но быстро успокоился.Оскар притянул её ближе, уткнулся носом в её волосы
О: — Это было...
— Идеально, – закончила она за него, улыбаясь.
Он поцеловал её в макушку, провёл рукой по плечу
О: — Я люблю тебя.
Она повернулась к нему, положила ладонь на его грудь, чувствуя, как бьётся его сердце
— И я тебя.
За окном — ночь, город, огни.А здесь, в этой комнате, — только они.Только тепло.Только правда.

Первые лучи солнца пробивались сквозь щель в шторах, рисуя на полу светлую полосу.В спальне царила та особая тишина, которая бывает только ранним утром — ни шума города, ни посторонних звуков, только ровное дыхание двоих и...настойчивое тявканье за дверью.Тео, видимо, решил, что пора будить хозяев.Оскар приоткрыл глаза, сначала не понимая, где он, но через секунду ощутил тепло Эвелины рядом, её руку на своей груди.Он улыбнулся, наклонился и нежно поцеловал её в губы.Через пару секунд отстранился
О: — Доброе утро.
Эвелина медленно разомкнула ресницы, в её глазах ещё таилась дремота, но улыбка уже расцвела — мягкая, тёплая.
— Доброе, – прошептала она, потянувшись к нему.

Она прижалась ближе, уткнулась носом в его плечо.Оскар обнял её, провёл рукой по волосам, вдыхая их аромат — смесь цветочного шампуня и их общего, теперь уже привычного, запаха.
О: — Кажется, нас требуют на выход, –
засмеялся он, услышав очередной настойчивый лай Тео.
— Он явно не понимает, что мы можем ещё полежать, – Эвелина зевнула, но не отстранилась
О. — Зато я понимаю, – он снова поцеловал её, на этот раз дольше, не спеша. – Но, наверное, придётся встать.А то он разнесёт дверь.
Она рассмеялась, наконец отрываясь от него
— Ладно, сдаюсь.Покормим нашего бдительного стража.

Когда они вышли, Тео тут же бросился к ним — крутился у ног, тявкал, будто упрекал за долгое отсутствие.
О: — Ну всё, всё, – Оскар наклонился, потрепал его за ушами. – Сейчас будет завтрак.И тебе, и нам.
Эвелина наблюдала за ними, скрестив руки на груди, с нежной улыбкой
— Вы такие милые вместе.
О: — Мы просто команда, – он подмигнул. –. Кстати, кофе?
— Обязательно.И, может, тосты?
О: — Всё, что пожелаешь.

Пока Оскар возился с кофемашиной,Эвелина открыла окно — в комнату ворвался свежий морской воздух, смешанный с ароматом цветущих кустов под окнами.Она подошла к нему сзади, обняла за торс, прижалась
— Знаешь, мне нравится это ощущение...как будто так было всегда.
Он повернулся, взял её за руки
О: — Потому что так и должно быть.
Поставил две чашки на стол, притянул её к себе, поцеловал в макушку
— Это только начало.
За окном просыпался город, где‑то вдали слышались голоса прохожих, шум волн.А здесь, в этой квартире, было тихо — только их дыхание, запах кофе и ощущение, что утро действительно доброе.

После завтрака Эвелина взглянула на часы и слегка вздохнула
— Мне на тренировку.
Оскар, допивавший кофе, поднял глаза
О: — Уже?
— К сожалению. – Она подошла, поцеловала его в висок. – Но вечером увидимся.Обещаю.
О: — Ладно.Только не перенапрягайся.

Она улыбнулась, собрала вещи, бросила последний взгляд на Тео, свернувшегося у дивана, и вышла.Квартира на мгновение опустела — лишь запах кофе и её духов ещё держался в воздухе.

Оскар решил не сидеть в четырёх стенах.Он надел кроссовки, взял поводок, и вскоре они с Тео уже шагали к набережной.У причала его ждал Ландо — прислонился к перилам, наблюдая за яхтами.
— Привет, – кивнул Оскар, подходя ближе. – Тео соскучился по тебе.
Ландо усмехнулся, наклонился, потрепал щенка за ушами
Л: — А я по нему.И по тебе, конечно.А хотя нет нафиг ты мне нужен.
Они рассмеялись и двинулись вдоль воды, вдыхая солёный воздух.

Л: — Как трасса в Бельгии? – спросил Ландо, глядя вперёд. – Мы же там в этом сезоне выступаем.
— Жёсткая, но красивая.Много слепых поворотов.Надо чувствовать машину на уровне инстинкта.
Л: — Это как с девушками, да? – Ландо подмигнул.
Оскар фыркнул
— Ты о Кате?
Л: — О ней. – Ландо улыбнулся, но в глазах мелькнуло что‑то серьёзное. – Она... другая.Не как все.
— Понимаю, – Оскар кивнул. – Эвелина тоже.

О: — Она вчера на симуляторе третье место взяла, – сказал Оскар, не скрывая гордости. – Даже не тренировалась.
Л: — Ну да, она сестра Норриса, – Ландо рассмеялся. – Но ты смотри, не зазнавайся.Она всё‑таки моя сестра.
— Я помню.Но она теперь ещё и моя девушка.
Л: — Официально?
— Да.
Ландо на секунду замер, затем хлопнул его по плечу
Л: — Поздравляю.Но если обидишь — сам знаешь, что будет.
— Знаю.И не планирую.

Тео, чувствуя, что разговор не о нём, начал тянуть поводок к воде.Оскар отпустил его, и щенок тут же принялся гоняться за чайками, смешно подпрыгивая.
Л: — Он растёт, – заметил Ландо.
— Быстро.Как и всё в последнее время.
Л: — Жизнь не стоит на месте, – согласился Ландо. – Но это хорошо.
Они помолчали, наблюдая за Тео.Солнце уже поднималось выше, блики играли на воде.
Л: — Знаешь, – продолжил Ландо, – я рад, что ты рядом с ней.Она заслужила кого‑то, кто её ценит.
— Я ценю, – просто сказал Оскар. – Больше, чем ты думаешь.

Когда они повернули обратно, Ландо взглянул на часы
Л: — Катя ждёт на обед.Пойду.
— Удачи.
Л: — И тебе.Не опаздывай на свидание с Эвелиной.
Оскар улыбнулся
— Не опоздаю.

Они разошлись — Ландо к машине, Оскар с Тео к дому.Щенок, уставший от игры, прижался к его ноге, будто чувствуя, что хозяин думает о чём‑то важном.А Оскар шёл и понимал: день только начался, но уже принёс ему то, что он так долго искал — ощущение, что всё на своих местах.

Около восьми вечера в просторном, залитом мягким светом зале Dior Эвелина и Катя неспешно перемещались между стеллажами с изысканным бельём.Атмосфера была уютной: приглушённая музыка, ненавязчивый аромат парфюма в воздухе и тёплое освещение, подчёркивающее текстуру тканей.Эвелина взяла в руки шёлковую ночнушку цвета слоновой кости — лёгкая, почти невесомая, с кружевной отделкой.
— Как думаешь, подойдёт? – она повернула её, наблюдая, как ткань переливается в свете.Катя придирчиво осмотрела
К: — Идеально.Оскар оценит.Особенно если ты наденешь её с этим твоим кулоном.
Эвелина рассмеялась
— Ты прямо эксперт по мужским реакциям.
К: — Опыт, – Катя подмигнула, доставая из корзины комплект чёрного белья с золотой вышивкой. – Вот это — для особых случаев.

Пока они перебирали вещи, разговор естественным образом свернул к Ландо и Оскару.
— Знаешь, – задумчиво сказала Эвелина, держа в руках кружевной комплект в нежно‑розовых тонах, – с Оскаром всё как‑то...легко.Даже когда он молчит, я чувствую, что мы на одной волне.
Катя улыбнулась, откладывая свой выбор
К: — С Ландо так же.Иногда мне кажется, что он читает мои мысли.А ещё... – она понизила голос, – он такой заботливый.Вчера принёс мне кофе в постель, хотя я даже не просила.
— Оскар тоже, – Эвелина кивнула. – Утром приготовил завтрак, пока я спала.И Тео не давал мне встать, лежал у ног, будто охранял.
Обе рассмеялись.Катя взяла в руки атласную сорочку с глубоким вырезом
К: — Вот это точно для романтического вечера.
— Слишком смело, – Эвелина покачала головой.
К: — Не скромничай.Ты теперь девушка гонщика — должна соответствовать.
— Я не ради имиджа, – она слегка покраснела. – Просто...хочется, чтобы ему нравилось.
К: — Так и будет, – Катя ободряюще сжала её руку. – Главное — не перестараться.Мужчины любят, когда мы остаёмся собой.

В примерочной они оценили свои находки.Эвелина в ночнушке цвета слоновой кости выглядела нежно и в то же время соблазнительно.Катя в чёрном комплекте с золотой вышивкой — уверенно и роскошно.
К: — Ну что, берём? – спросила Катя, крутясь перед зеркалом.
— Определённо, – Эвелина улыбнулась. – Только давай без фанатизма.Оскар и так уже смотрит на меня, как на чудо света.
К: — А Ландо на меня — как на сокровище, – добавила Катя. – И знаешь, мне это нравится.

У кассы они сложили покупки в элегантные пакеты Dior.
К: — Завтра вечером Ландо зовёт на ужин, – сказала Катя, поправляя волосы. – Надеюсь, всё пройдёт идеально.
— Уверенна, так и будет, – Эвелина обняла её. – А я сегодня расскажу Оскару о нашей вылазке.Думаю, он оценит.
К: — Только не говори, что именно ты купила, – засмеялась Катя. – Пусть будет сюрприз.

Они вышли на улицу, где уже зажглись огни города.Вечер был тёплым, а в руках — приятные покупки и ощущение, что впереди их ждёт много счастливых моментов.И пусть это был всего лишь шопинг, но для обеих он стал маленьким ритуалом — напоминанием, что любовь делает даже простые вещи особенными.

Ближе к десяти вечера Эвелина вернулась домой.В гостиной приглушённо горел свет, а из тренажёрной зоны доносился ритмичный звук — Оскар работал на тренажёре.Она замерла в дверях, любуясь его силуэтом: мышцы перекатывались под кожей, капли пота блестели на плечах.В этот момент он был воплощением силы и сосредоточенности.Эвелина тихо подошла, встала за спиной, коснулась губами его щеки.Оскар замер, затем медленно обернулся.Улыбка тронула его губы.
О: — Вернулась? – он отложил гантели, поднялся.
Не говоря ни слова, он подхватил её на руки.Её ноги невольно обвились вокруг его талии, а руки — вокруг шеи.
— Замри, – шепнула она, доставая телефон.
В зеркале напротив отразилась их поза — страстная, полная невысказанного желания.Она быстро сделала снимок.

Оскар опустил её на пол, но не отстранился.Его ладони скользнули по её спине, притянули ближе.Губы коснулись её губ — сначала нежно, затем настойчивее.Когда он отстранился, в глазах читался немой вопрос
О: — Что купила?
Эвелина улыбнулась, провела пальцем по его груди
— Бельё.Ночнушки.Чёрные кружевные комплекты нижнего белья.
Он прикусил губу, взгляд потемнел
О: — Покажешь?
— Подумаю, – она снова поцеловала его, на этот раз глубже.
Его пальцы слегка сжали её бёдра
О: — Ну пожалуйста, принцесса.
Она рассмеялась, поцеловала его в щёку и соскользнула с колен.Взяла один из пакетов и направилась в ванную.

В ванной Эвелина открыла Instagram, создала коллаж из фотографий

Подпись: Любимый день 💞 Кто же на фото держит меня на руках? 😉

Отложила телефон, медленно надела чёрное кружевное бельё, накинула халат.Вышла в гостиную.Оскар сидел на диване, наблюдая за ней с лёгким прищуром.
О: — А под халатом ничего? – спросил он, поднимаясь.
Эвелина улыбнулась, потянула завязки.Халат скользнул по плечам, упал на пол.Он замер на секунду, затем шагнул ближе, провёл ладонью по её бедру, вверх — к талии, к груди.
О: — Ты... – голос чуть дрогнул. – Ты невероятная.
Она прижалась к нему, чувствуя, как его дыхание становится чаще.Он поднял её на руки, не разрывая поцелуя.Шаги — сбивчивые, торопливые.Дверь спальни закрылась за ними, отрезая мир.Он опустил её на кровать, на мгновение отстранился, чтобы взглянуть — её кожа мерцала в свете ночника, кружево подчёркивало изгибы, глаза горели ожиданием.
О: — Ты уверена? – прошептал он.
— Да, – выдохнула она. – Только ты.Только сейчас.
Это было всё, что ему нужно.Его губы коснулись её шеи, ключиц, груди.Пальцы скользили по кружеву, запоминая каждый сантиметр.Она отвечала — руками, губами, всем телом, прижимаясь ближе, будто пытаясь слиться с ним.Каждый поцелуй, каждое прикосновение — как признание, как обещание.Время потеряло смысл.Остались только ощущения: его ладони на её спине, её пальцы в его волосах, дыхание, сливающееся в одно и сердца, бьющиеся в унисон.Они двигались медленно, будто изучая друг друга заново — не глазами, а кожей, не словами, а прикосновениями.

Когда всё закончилось, они лежали, переплетясь руками и ногами, в полумраке спальни.Оскар притянул её ближе, уткнулся носом в её волосы
О: — Это было...
— Невероятно, – закончила она за него, улыбаясь
Он поцеловал её в макушку, провёл рукой по плечу
О: — Я люблю тебя.
Она повернулась к нему, положила ладонь на его грудь, чувствуя, как бьётся его сердце
— И я тебя.
За окном — ночь, город, огни.А здесь, в этой комнате, — только они.Только тепло.Только ритм.И больше ничего не нужно.