часть 38
Арсений всё ещё сидел с Пашей. Тот говорил спокойно, уверенно, будто раскладывал всё по полочкам — что делать, как быть с Антоном, как не наломать дров. Он давал советы, простые и вроде бы правильные, но страх никуда не уходил. Арсений кивал, соглашался, но внутри всё равно было неспокойно.
Когда Паша ушёл, на часах была уже глубокая ночь. Они засиделись слишком долго, за разговорами, за тишиной между словами, за мыслями, которые не хотелось произносить вслух.
Арсений поднялся, чувствуя усталость. Хотел просто смыть с себя этот день. Он зашёл в ванную и попытался включить воду — безрезультатно.
— Отлично... — тихо пробормотал он.
Ложиться так он не мог, внутри было слишком много напряжения. В доме был ещё один душ,но он был Антона.
Арсений замер на секунду, раздумывая. Скорее всего, Антон уже спит. Он не будет против,это всего лишь душ. Ничего больше.
Он тихо прошёл по коридору, стараясь не шуметь, и зашёл в ванную Антона. Там пахло чем-то тёплым и сладким,кажется ванилью. Значит, Антон был тут недавно.
Арсений быстро оставил вещи, включил воду и встал под тёплый поток. Он закрыл глаза.
Вода стекала, забирая с собой усталость, тревогу, чужие слова. На несколько минут в голове стало пусто. Было тихо и спокойно.
Он позволил себе просто стоять, не думая ни о чём.
***
Антон проснулся посреди ночи. Ему приснился кошмар. Он резко сел на кровати, жадно хватая ртом воздух и машинально протягивая руку в сторону, будто ища кого-то рядом. Но пальцы нащупали лишь пустоту, и в этот момент он вспомнил — рядом никого нет.
Он тяжело выдохнул, опуская руку. В последнее время он привык, что в такие моменты рядом оказывался Арсений. Просто был. Иногда молчал, иногда говорил что-то тихо и спокойно. Этого хватало.
Антон провёл рукой по лицу. Лоб был влажным, дыхание всё ещё сбивалось. На фоне всего стресса, что навалился на него в последнее время, кошмары стали появляться всё чаще. И сейчас рядом не было человека, который обещал быть рядом. Да и Антон не хотел ничего рассказывать Арсению,они почти не общались. Приходить со своими проблемами казалось неправильным и лишним.
Он немного посидел так, собираясь с мыслями, а потом решил пойти в ванную,умыть лицо, чтобы стало хоть немного легче. Антон поднялся с кровати и вышел в коридор. В доме было тихо, значит гость уже ушёл.
Тот мужчина, что приходил вечером, показался ему обычным. Ничего особенного. Не таким, как Александр. Антон не видел, что было дальше, да и, по правде, уже смирился с тем, что Арсений водит сюда друзей. Это его дом. И он имеет на это право. Даже если они будут что-то делать.Антона это касаться не должно.
Арсений всего лишь его опекун.
Именно это Антон повторял себе последние пару дней, снова и снова, после отказа Арсения. Он пытался загнать свои чувства куда-то глубоко, сделать вид, что их не существует. Но получалось плохо. Он всё ещё задерживал взгляд на Арсении дольше, чем следовало. Сердце всё ещё начинало биться быстрее, стоило тому появиться рядом. Антон делал вид, что не замечает этого, пряча всё внутри и стараясь не думать.
Дойдя до ванной, он открыл дверь.И в ту же секунду будто перестал дышать.
В его душе стоял Арсений.
Антон даже не успел ничего осознать. Рефлекс сработал быстрее мыслей,он резко захлопнул дверь, прижавшись к ней спиной. Сердце ударило так сильно, что на мгновение потемнело в глазах.
Он стоял, не двигаясь, прислушиваясь к шуму воды по ту сторону двери, пытаясь убедить себя, что ему это просто показалось. Щёки горели, дыхание сбилось, ладони дрожали.
И только спустя несколько секунд он услышал, как вода выключилась.
Осознание накрыло сразу,было неловко.Стало стыдно. Слишком. Антон резко оттолкнулся от двери и рванул обратно в свою комнату.
Он захлопнул дверь, прыгнул на кровать и зарылся с головой в одеяло, будто пытаясь спрятаться от собственных мыслей. Сердце колотилось ещё сильнее, дыхание было тяжёлым и сбивчивым.
Перед глазами снова и снова всплывал тот самый образ, от которого он так отчаянно пытался избавиться.
Антон зажмурилс, сжимая одеяло пальцами, и остался лежать так, не шевелясь, надеясь, что со временем станет хоть немного легче.
Он так и лежал,не двигаясь. Одеяло было натянуто почти до самых глаз, будто могло защитить его от мыслей, которые лезли в голову против воли. Сердце всё ещё билось слишком быстро, отдаваясь где-то в висках, и сколько бы он ни пытался выровнять дыхание получалось плохо.
Ему было стыдно. Глупо, необъяснимо, но очень остро. Стыдно за то, что увидел. За то, что вообще пошёл туда. За то, как сильно его зацепил этот короткий, почти мгновенный взгляд.
Антон сжал пальцы, вцепившись в ткань одеяла, будто пытаясь удержать себя здесь и сейчас.
Мысли путались. Он злился на себя,за слабость, за чувства, которые никак не хотели исчезать, сколько бы он ни повторял, что не имеет на них права. Арсений — его опекун. Просто взрослый. Просто человек, с которым нельзя переходить границы. Антон знал это слишком хорошо.
Но знание не делало легче.
Он перевернулся на бок, уткнувшись лицом в подушку. Перед глазами снова всплывал тот самый момент, и от этого внутри всё сжималось. Хотелось стереть его из памяти, будто ничего не было. Будто он не открывал ту дверь. Будто не чувствовал, как внутри что-то болезненно дрогнуло.
Со временем дыхание стало тише. Сердце замедлилось, но напряжение никуда не ушло — оно просто осело где-то глубоко внутри, тяжёлым комом.
Антон лежал в темноте, прислушиваясь к дому, к тишине за стенами, боясь услышать шаги и одновременно ожидая их.