часть 17
Антон стоял с Эдом возле школы. Серое небо нависало над ними, асфальт был мокрым после дождя. Эд смотрел на Антона умоляющим взглядом, говорил что-то, просил прощения. Сердце Антона разрывалось — как бы он ни старался злиться, он всё ещё любил этого парня. Может, и правда... Егор был первым?
Когда Антон всё-таки решился, сделал шаг навстречу и коснулся губ Эда — его резко оторвали. Сильная рука вцепилась в плечо.
Перед ними стоял Арсений. Лицо мужчины было перекошено от ярости. Ни слова — только удар. Кулак с глухим звуком врезался в лицо Эда, и тот упал на холодную, грязную землю, смотря на Антона испуганными, стеклянными глазами.
Антон хотел закричать, рвануться вперёд, но тело словно отказалось слушаться. Он не мог пошевелиться — только стоял и тяжело дышал, ощущая, как страх сковывает грудь.
Арсений продолжал — безжалостно, методично. Удары ногами, снова и снова. Кровь растекалась по мокрой земле, смешиваясь с дождевой водой. Антон захлёбывался от ужаса, слёзы текли сами собой.
Когда Эд перестал двигаться, Арсений резко дёрнул Антона за руку и потащил к машине.
Антон плакал, умолял остановиться, помочь, вызвать скорую — но мужчина его не слышал. Или не хотел слышать.
Антон резко вдохнул и открыл глаза.
Он сидел на кровати, дрожа всем телом, судорожно хватая ртом воздух. Глаза были на мокром месте, а сердце всё ещё билось так, будто кошмар не закончился.
— И приснится же такое... Арсений же не в курсе.
Про себя подумал парень, наконец немного успокоившись. Он медленно лёг обратно, уткнувшись в мягкую подушку, но сон больше не пришёл.
Мысли метались одна за другой, как хомяк в колесе. Боль не отпускала. Образ Эда, поцелуи, измена — всё крутилось в голове, не давая покоя.
К утру Антон так и не сомкнул глаз. Спать хотелось до ломоты в висках, но он больше не мог. Он просто лежал, глядя в потолок, пустым взглядом, погружённый в свои мысли.
Мысли об измене любимого человека не покидали его ни на минуту.
Внезапный стук в дверь заставил его вздрогнуть. Утром к нему никогда никто не заходил. Даже Сергей.
— Войдите.
Хрипло проговорил парень, не отрывая взгляда от двери.
Она открылась, и на пороге появился Арсений.
Антон удивился. Мужчина редко заходил к нему в комнату. Обычно они перекидывались парой фраз за завтраком или в гостиной. Если разговор был серьёзным — он происходил в кабинете. Но не здесь.
— Доброе утро.
— Доброе.
Антон чувствовал, как внутри поднимается тревога. Сердце начало ускоряться — вдруг что-то случилось?
— А ты...
Слова давались тяжело. После бессонной ночи он чувствовал себя выжатым, словно овощ. Голова раскалывалась, под глазами темнели синяки.
— А ты... чего тут?
Он внимательно следил за реакцией мужчины, боясь, что тот разозлится. В голове тут же всплыли старые мысли — это ведь не его дом. Даже эта комната формально принадлежит Арсению.
Арсений немного постоял в дверях, внимательно рассматривая парня, а затем подошёл ближе.
— Пришел спросить как ты себя чувствуешь. Вчера ты не пришел на ужин, Сергей мне сказал что тебе нехорошо.
Он подошёл к кровати и наклонился к лицу Антона.
Сердце парня бешено застучало, словно пропуская удары между рёбер. Ему стало тесно, трудно дышать.
Арсений внимательно посмотрел на его лицо, затем положил ладонь на лоб, проверяя температуру.
— Да я уже себя лучше чувствую.
Антон выпалил это слишком быстро — лишь бы мужчина отошёл. Или хотя бы был не так близко. Он не привык к такому Арсению. Тот не был жестоким, но и заботливым — тоже нет. Скорее холодно-нейтральным. И эта неожиданная внимательность выбивала из колеи.
Арсений, будто почувствовав напряжение, выпрямился и сделал шаг назад.
— Ну раз лучше, тогда спускайся на завтрак.
Сказал он и вышел, оставив Антона одного — с кучей вопросов и странным ощущением внутри.
Сил не было, но выбора тоже. Пришлось подняться и пойти в ванную.
В школу идти не хотелось совсем. Он не хотел видеть Эда с Егором, которые наверняка будут мелькать перед глазами, будто нарочно. Вчерашнего дня хватило с головой. И, кажется, надолго.
После того как он умылся, Антон спустился на кухню. За столом уже сидел Арсений с планшетом в руках — всё было как обычно. Будто утром он и не заходил в его комнату.
Антон сел напротив. Они завтракали в тишине. Арсений что-то печатал, полностью погружённый в дела, а Антон снова утонул в своих мыслях.
Но тишину всё же нарушил он сам.
— Арсений...
Мужчина поднял взгляд, вопросительно посмотрев на него.
Антон замолчал. Он уже пожалел, что начал. Страх сдавил грудь.
— Что, Антон? Ты что то хотел спросить?
— Да я...
Он уставился в тарелку, лишь бы не встречаться взглядом с этими холодными, слишком внимательными голубыми океанами.
— Антон.
Голос стал серьёзнее. Парень вздрогнул — он помнил, что во время разговора нужно смотреть на мужчину.
— Раз ты уже начал, продолжай.
Антон судорожно думал. Вопрос казался ему глупым, почти жалким.
— Да я, уже не хочу.
Он поднял испуганный взгляд.
— Антон. Я жду.
Голос стал твёрже, давящий.
— Можно я не пойду сегодня в школу?
Почти проскулил он, снова опуская глаза и водя вилкой по тарелке.
— Что? Ты себя плохо чувствуешь? Может тебе врача вызвать?
Антон знал,что мужчина догадывается,что он не болеет.Но всё равно не мог сказать правду.
— Нет..
— А что тогда?
Арсений отложил планшет, полностью сосредоточившись на нём.
— Да просто.. контрольная сложная.. должна быть.
Слова выходили с трудом, будто застревали в горле.
— Ну раз контрольная, тогда точно нужно идти. Тебе нужно подтягивать учебу если ты не забыл.
— Нет, не забыл.
— Я пойду, чтобы не опоздать.
— Да, иди.
Антон резко встал из-за стола. Разговор оставил неприятный осадок. Он злился на себя — зачем вообще задал этот дурацкий вопрос? На что он надеялся?
Он быстро вышел из кухни.
Когда дверь за ним закрылась, Арсений тяжело выдохнул и потер пальцами виски.
Он слишком хорошо понимал, что дело вовсе не в контрольной.
А Антон, уже поднимаясь по лестнице, чувствовал, как внутри снова поднимается ком в горле.
Сегодня ему предстояло пережить ещё один день.
И он не был уверен, что справится.