Преступления Грин-де-вальда [ЗАМОРОЖЕНО]

— Феникс, я думал они только в сказках существуют, — с широкими глазами, Якоб смотрел на птицу сидящую напротив него в гнезде на ветке дерева. Птенец с интересом смотрел на стоящего, с широко распахнутыми глазами, магла.

— Нет, они существуют, и их природа весьма интересна, — послышался голос обладателя чемодана, который что-то насыпал в ведро.

— В смысле?

— Ну я уже рассказал о их «жизни после смерти». Помимо того, что они могут возрождаться, их слезы обладают исцеляющими способностями. Они могут исцелить смертельно раненного человека.

— Невероятно, — Якоб с восхищением посмотрел на собеседника, — тот эликсир…

— Да, тот эликсир, что дал мне Фламель, был настойкой из слез феникса, но увы она не настолько быстродействующий как чистая слеза.

— Значит, такую птицу весьма резонно держать при себе.

— Да, но я думаю это варварство. Чем я буду лучше за тех циркачей, если буду использовать Фоукса в корыстных целях?

— Ну да, но я не имел ввиду ничего плохого, я просто думаю, что фениксы уникальны!

— Каждое существо уникально, — об ногу магозоолога начал гладится жмырёнок, — ей, привет малыш, как дела?

— Мурр, — проурчал малыш.

— Ладно, уже скоро выходить, — сказал Ньют посмотрел на циферблат часов, и прислушавшись, как тихо они тикают.

Подписавшись на такое задание, Ньют не думал, что ему придётся посещать те места, которые он остерегался. Три вещи которые он не любил, это: посещение бессмысленных баллов, походов в цирк и ехать в гости с ночевкой к своей троюродной тетушки Мэри, с ее вечными претензиями. «Ньютон! — с криками обращалась она к племяннику, — джентльмен никогда не оперирует хорклампов!»
И вот он уже посетил бал, теперь идет в цирк, Саламандер не удивится если ему еще и к тетушке Мэри придётся приехать. Если это так, то ее порадует то, чтоб он уже не оперирует хорклампов, но если та узнает кто обитает в его чемодане… сомневаюсь что она вообще его впустит в дом.
Но к всем «радостям» жизни, рыжий вспомнил еще кое-что. Саламандер уже как два дня находится в отношениях с Тиной, и он еще ни разу не дарил ей цветы. Ужасный стыд накрыл бедолагу с головой, он даже не знает какие именно цветы ей нравятся! Подойти и спросить напрямую? Да кто так вообще делает? Спросить Куинни? Почему-то стыдно. В общем сегодня точно не его день.
С всем этим, Ньютон даже забыл смысл их похода. Но быстро вспомнил когда Голдштейн старшая начала разговаривать.

— А если Криденс и вправду выжил, если это так, то как? — оглушенный своими мыслями Ньют, не сразу понял, что вопрос адресован был ему.

— Я не знаю, — самый легкий ответ, — я не успел изучить обскуров. Мистер Грейвс… ну ты сама знаешь.

— Что они сделали?

— Когда мы спустились в чемодан, я заметил что… что обскура не было месте.

— Они уничтожили его?

— Наверное, возможно Грейвс… Гриндевальд попытался достать его из оболочки.

— Мне жаль, — шепотом сказала погрустневшая Тина.

На такой грустной ноте закончился их разговор. Тина с грустным лицом шла почти всю дорогу. Что до остальных, Тесей внимательно слушал веселые рассказы Якоба, о том как он познакомился с волшебным миром, время от времени переглядываясь с Куинни.
Вот стало видно шатер. Возле входа стоял вышибала, и худенький человек который проверял подлинность билетов. Подумать только, такое в простом цирке. Ладно не простом, а волшебном, но все же, это не военная база.
Пятерка заняла свои места в третьем ряду. По всему залу шёл гул, голоса всех перемешались, и сложно было разобрать даже голоса друг друга. Но вдруг весь зал затих, когда огни внезапно потухли. Пошла барабанная дробь, и посреди арены, из ниоткуда, появился волшебник. «Обычная трансгрессия» — пробубнил себе под нос Ньют, посмотрев на зрителей, что затаив дыхание, следили за волшебником посреди арены. Рыжеволосый конечно понимал, что половина зрителей — маглы, но остальные же волшебники! Ладно еще дети, но взрослые…
Волшебник в центре рассказывал, что всех присутствующих ждет интересное приключение в мир магии и волшебства. Попутно вызывая своего патронуса, что имел вид зайца. Весь зал ахнул, когда «заяц» попрыгал по воздуху, аж до самого потолка, и там исчез. А когда все опустили свой взгляд вниз, то заметили, что волшебника тоже нету.
Внезапно, из ниоткуда появился туман, и в зал влетело два всадника на крылатых лошадях. Всадники показывали всякие трюки, исполняя их в одной команде, и по отдельности. Лошади встали напротив друг друга, и как будто поклонились друг другу. Тут между ими встал еще один зверь. Это был гиппогриф, и присоединился к этому воздушному шоу.
Из пятерки, все с интересом смотрели за этим, все кроме вздыхающего Ньюта. Они не видели той красоты, настоящей красоты, что видел он.
Шел уже третий номер. Ничего подозрительного не наблюдалось. Все уже начали считать это пустой тратой, и так без того, ценного времени. Но тут посреди зала появилось два непонятных силуэта. К ним подошел тот волшебник, что был с самого начала выступления. Один из силуэтов в схватил палочку и оглушила ведущего. Второй темный волшебник встал посреди арены, и начал говорить:

— Не нужно волноваться! Мы не жестокие, вам ничего не угрожает, конечно если вы будете сидеть спокойно, и не мешать, — все начали тихо переговариваться между собой, и по залу прошел не громкий гул, и скрип старых сидений. Нашим героям приходилось ждать удобного момента, когда можно будет начать действовать. Почему-то в самый неподходящий момент, из чемодана, что безобидно стоял под сидением своего обладателя, начали доноситься весьма странные звуки. Еще не хватало, чтобы Нюхль устроил свой «цирк».
Каждая секунда длилась вечность. Некоторые зрители, ничего не подозревающие маглы (или не-маги), начали считать это частью выступления. Они глубоко ошибались.

— А что мы ждем? — Якоб сидел, и недоумевая посмотрел на друзей, — чем дольше мы здесь сидим, тем ближе они к своей цели.

— Я поддерживаю Якоба, мы должны уже что-то делать, — нервный Ньют привстал, но его остановил Тесей.

— Нет, это рискованно, — этими словами он пытался объясниться, и приубавить пыл младшего брата.
— Их же двое! — Ковальски удержать откровенно ничего не понимал, — а нас пятеро! Ну четыре волшебника, и я, — младший Саламандер не хотел слушать своего брата, и погрузился в свои мысли, не слушая даже Якоба.

— Вы можете замолчать? — неожиданно спросила Куинни, — я здесь вообще-то слушаю мысли этих двух, а вы начали здесь разборки! Нет, Ньют, не ромашки!
— К-Куинни т-ты м-можешь не читать мои мыс-сли? — заикаясь и краснея, Ньют, начал мечтать о том, чтобы спрятаться от вопросительных взглядов друзей, в чемодан. Даже настырный Нюхль перестал шкрябать крышку чемодана изнутри.

— Ромашки? Какие ромашки? Вы о чем? — Выражение лица Тины, сейчас было такое же как и у Якоба, оно просто выражало откровенное «Я ничего не понимаю».

— Извини, — Куинни добродушно улыбнулась магозоологу, — но ты так громко думал…

— Х-хватит, — щеки залились краской еще больше.

— Хорошее время вы выбрали для сердечных дел, — с сарказмом произнес старший Саламандер, — Куинни, продолжай слушать, — он начал говорить в привычном, для него, командном тоне, — Якоб, останешься здесь. Ньют, ты идешь со мной, ну и Тина тоже.За мной, — Тесей махнул рукой и резвым шагом пошел к лестнице.

— Ромашки? — шепотом спросила Тина, еле скрывая улыбку.

— Не спрашивай.

Шатер с животными

— Что именно мы ищем? — спросила черноволосая женщина, стоя возле своего напарника.

— Ребенка, — коротко ответил мужчина оглядываясь вокруг, — ребенок, обладающий невероятными способностями.

— Обскур? Мы случайно не ищем того мальчишку из Нью-Йорка?

— Нет.

Оба замолчали. Но тишины не настало, звери сидящие в клетках, орали без умолку, оповещать о названных гостях.
Продвигаясь все дальше и дальше, постепенно ставало тише, и в один миг все питомцы цирка замолчали, и послышались тихие всхлипы. В углу сидел ребенок, мальчик, лет пяти, с короткими каштановыми волосами, и полными слез, голубыми глазками. Гриндевальдом было четко приказано, не просто привести мальчишку, а завоевать его доверие.

— Тебя как звать, малыш? — спросила женщина-фанатик

— Уходите! — прокричал ребенок, и начал бежать в неизвестном направлении. Эти двое хотели было кинуться за ним, но быстро забыли об этой идее, так как мальчика не стало, а вместо него появился большой сгусток темной массы.

На улице

Со стороны шатра послышались крики. Трое волшебников немедленно побежали туда. И во время пробежки, они еще и успевали переговариваться.

— Видимо они нашли то, что искали! — Запыхавшись, проговорил Тесей, — И кажется они уже не рады, что нашли.

— Верно подмечено, — ответил Ньют, который бежал с самого зада, и все никак не мог нормально взять чемодан.

— Давайте быстрее! — Тина хотела подменить что у братьев такие работы, что требуют хорошей физической подготовки, но решила все же промолчать.

Троица остановилась возле входа. Без слов они переглянулись между собой, и приготовили палочки.

— Насчет три! — шепотом проговорил Тесей.

— Один, — начал считать Ньют

— Два, — уже сказала Тина, поглядывая на Ньюта, от чего тот опустил свой взгляд на пол.

— Три! — крикнул Тесей, и все втроем влетели в середину шатра. На их удивление, в середине никого не было.

— Но… — хотел был что-то сказать старший Саламандер, но его резко остановил младший, и указал пальцем на шкаф.

— За шкафом, — тихо и ответил он на не понимающий взгляд брата, и медленно пошел туда. Оставшиеся переглянулись и лишь пожали плечами.

Медленно и осторожно подходя к шкафу, Ньют увидел страшное зрелище, от которого у него пошел мороз по коже, а другой бы непременно вскрикнул от ужаса. Два бездыханных тела лежали чуть поодаль друг от друга. Кожа была вся в страшных шрамах, совершенно белая, и к всему этому, она была как будто высушенная, потрескавшаяся, и в их выражениях, застыл ужас.
Эти отметины, что очень похожи на шрамы, Ньют уже не впервые встречается с ними. От их вида, кровь стынет в жилах, а от того кто их оставляет, любой волшебник или волшебница, да даже та самая «железная» мадам Серафина Пиквери, кидается в панику. Обскур. Но если это так, то получается, что Криденс выжил? Но как? Нет-нет, героев ждал неожиданный поворот их судьбы, скажем одно, Криденс погиб и воскрешенным быть не может, а кто же это, узнаем чуток позже, сейчас же вернемся к нашим двум героям, которые остались сидеть в зале.
Якоб сейчас себя чувствовал себя беспомощным, вернее ни на что неспособным, как же сложно, когда твои друзья могут делать такое, что тебе не под силу, даже если ты будешь стараться изо всех сил. Уже минут двадцать прошло после того, как их компанию покинуло три человека, и от них не слуху не духу. Куинни все пыталась сосредоточиться с чтением мыслей, но столь большой поток громких мыслей напуганных людей, не давал этого сделать, даже плохо влиял на девушку.

— Куинни, — Якоб накрыл ее ладонь своею, — ты что-то слышишь от них?

— Нет, — горько ответила блондинка, — я не могу поймать их мысли.

— Я уверен, что с ними все в порядке, — Ковальски посмотрел в глаза Куини, в них читались страх за сестру, ее можно понять, как же ей непривычно сидеть, и слушать, мысли не сестры, да вообще их не слышать! Только Якоб сейчас мог успокоить молодую волшебницу, и вернуть ее прежнее поведение. Ее добрую, ласковую улыбку, которой она одаривала друзей, поднимая им настроение. Все что он мог сейчас сделать, это обнять, как еще лучше успокоить столь доброе и наивное существо? Ребенка в взрослом теле? И Ковальски это сделал, он обнял Куинни, и пусть так обниматься было неудобно, бок кресла давил ногу, но оно того стоило.
____________________________
Божечки, я дописала ее!
Простите меня что так долго!
Я очень надеюсь, что эта глава вам понравится.
Кстати вы уже смотрели фильм? Мне он понравился, хотя некоторые моменты просто шокировали меня.
Звездочки🌟, комменты📝, ну как всегда в общем. 😊

С наилучшими пожеланиями.
Ваша Fleeve 🙏💕