Мафиози под Прикрытием

Вечернее время за окном кабинета босса выглядела как россыпь драгоценных камней, но для Чуи этот вид давно стал привычным и холодным. Он стоял перед массивным столом Мори , стараясь дышать ровно. В кабинете пахло дорогим деревом, антисептиком и чем-то неуловимо опасным. Огай не спешил начинать разговор. Он сидел, переплетя пальцы перед лицом, и свет лампы отражался в его скальпеле, которым он вертел между пальцами другой руки. Элис, сидя за столом, необычно тихо рисовала что-то, и её мелки скрежетали по листу, нагнетая тишину.

– Знаешь, Накахара-кун. – Голос Мори был тихим, но в нём вибрировало опасное раздражение. – Терпение – добродетель, но даже у него есть пределы. Твоя миссия в школе затянулась.

Чуя не шелохнулся, хотя мышцы под кожей напряглись.

– Есть сложности, босс. Она... Расчётлива. Ей нужно время, чтобы полностью довериться.

– Время? – Брюнет резко вскинул взгляд. – У нас нет времени на романтические прогулки и школьные праздники. Мне нужен результат. Эта девочка обладает потенциалом, который мы не можем оставить без присмотра. Она должна быть в мафии.

Босс неспеша повернулся к окну, глядя на город, который он считал своей шахматной доской.

– Послушай меня внимательно, Чуя. План «А» – добровольное вступление через твое влияние. Но если в ближайшие дни она не присягнет организации, я задействую план «Б». Мы заберем её силой. Сломаем её, заставим служить, используя её страхи и одиночество как рычаги. Она станет идеальным оружием, лишённым воли.

Накахара сжал челюсти так, что зубы скрипнули. Картина того, как Амайю, его спокойную и серьёзную Амайю, превращают в сломленную куклу, обожгла его изнутри.

– А если она окажется слишком строптивой. – Мори обернулся, и его глаза сузились. – Остается план «В» – смерть. Мы не можем позволить эсперу такого уровня гулять на свободе или, что ещё хуже, попасть в руки Детективного Агентства. Либо она наша, либо её не существует. Ты меня понял?

Накахара опустил голову, чтобы шляпа скрыла его взгляд. Внутри него бушевал шторм, посильнее любой гравитационной воронки.

– Да, босс. Я всё понял.

– Свободен. Жду отчёта о её согласии до конца недели.

Мафиози вышел из кабинета, и как только тяжёлые двери захлопнулись, он едва не ударил по стене. Коридоры штаба казались ему душными.

– «Чёрт бы побрал эту миссию...» – Думал он, быстрым шагом направляясь к лифту.

Он злился на Мори, на мафию, но больше всего на самого себя. Какой же он идиот! Исполнительный комитет, правая рука босса, сильнейший боец... И так глупо попался. Он ведь знал, что сближаться с целью – это табу. Он должен был быть холодным кукловодом, а в итоге сам запутался в ниточках собственных чувств. Каждое её слово, каждый редкий момент, когда она искренне улыбалась ему, теперь казались предательством с его стороны. Он влюбил её в себя, зная, что в конце этой дороги либо подчинение мафии, либо смерть.

– «Я не могу оставить её в этом кошмаре». – Пульсировало у него в голове. – «Но и предать организацию я не могу».

Он вышел на крышу штаба, подставив лицо холодному ветру. Рыжий понимал: время игр закончилось. Теперь он должен был либо стать тем, кто окончательно разрушит жизнь Амайи, либо найти способ обмануть саму смерть.

—————

Суббота была пропитана тем особым ощущением свободы, которое бывает только в восемнадцать. В кинотеатре было прохладно, пахло карамелью и старыми креслами. Они выбрали какой-то детектив – Танака весь фильм тихо ворчала на нелогичность действий полиции, а Чуя, вместо того чтобы следить за сюжетом, краем глаза наблюдал за ней. В полумраке её профиль казался высеченным из мрамора, и только алые кончики волос ярко вспыхивали, когда на экране что-то взрывалось. В какой-то момент их руки столкнулись на подлокотнике. Исполнитель не отстранился, а девушка, вопреки своей обычной сдержанности, мягко переплела свои пальцы с его. В этот миг для Накахары перестал существовать и экран, и приказ Мори, и всё остальное. Была только эта маленькая тёплая ладонь его любимой в руке.

Когда они вышли из кино, Йокогама уже погрузилась в синие сумерки. Город дышал портовым шумом.

– Знаешь... Иногда полезно выключать мозг и смотреть такую чепуху. Особенно с тобой.

– Ого, Танака Амайя признала, что ей было весело? Запишите это в историю! – Подмигнул Чуя, и они оба рассмеялись.

Они дошли до набережной. У самой воды было пустынно. Красноглазая, охваченная редким порывом лёгкости, вскочила на край бетонного ограждения. Она шла по узкой кромке, раскинув руки, словно пытаясь поймать ветер. Рыжий шёл в шаге от неё, готовый подстраховать.

– Чуя, посмотри, луна сегодня такая же бледная, как лицо нашего учителя математики... – Она обернулась к нему с улыбкой, но её нога попала на скользкий участок, поросший тиной. Равновесие исчезло мгновенно. Время словно замедлилось.

– Чуя! – Вскрикнула она, её глаза расширились от внезапного осознания беспомощности.

– Амайя! – Его голос сорвался на крик, он рванулся вперёд, его пальцы едва коснулись ткани её кофты, но она уже сорвалась вниз.

Глухой всплеск ледяной воды порта разрезал тишину. Парень не раздумывая прыгнул следом. Под водой всё было серым и пугающим. Девушка чувствовала, как одежда тянет её на дно. Холод сковал лёгкие, а паника, которую она всегда презирала, захлестнула её разум. Она не умела плавать. Тьма порта давила, и в какой-то момент инстинкт самосохранения вытеснил всё остальное.

– «Нет... не сейчас...» – Внутри неё что-то с детонировало.

Из области сердца разлилось голубоватое сияние. Вода вокруг неё внезапно отступила, сформировав идеальную сферу. Но Амайя не успела активировать защиту вовремя, внутри купола осталась вода, заполнив его почти наполовину. Красноглазая оказалась заперта в пузыре, где воздуха оставалось на считанные секунды. Она прижала ладони к невидимой преграде, её взгляд метался в поисках спасения.

Сквозь муть воды она увидела его. Чуя плыл к ней, его шляпа давно улетела, рыжие волосы ореолом расплывались в воде. Он замер на секунду, увидев светящийся купол, но в его глазах не было отчуждения – только яростное желание спасти. Он подплыл вплотную, прижавшись лицом к прозрачной стенке её дара. Амайя видела его губы, беззвучно произносящие её имя. Она поняла: он не боится её силы. Сжав остатки воли в кулак, Амайя деактивировала способность. Купол лопнул, и толща воды снова ударила её, но Чуя уже был там. Он обхватил её, прижимая к себе с такой силой, будто хотел срастись с ней телами. Мощным рывком (Амайя была слишком слаба, чтобы заметить странную лёгкость их подъёма) он вытолкнул их на поверхность.

Они выбрались на бетонные ступени. Танака судорожно вдыхала воздух, содрогаясь от холода и пережитого ужаса. Её трясло так сильно, что зубы стучали. Накахара, сам промокший до нитки, тут же укутал её в свою куртку, обнимая за плечи.

– Тише, Амайя... Я здесь. Дыши. Просто дыши. – Он прижимал её голову к своей груди, и она слышала, как бешено колотится его сердце.

Амайя подняла голову. Капли воды стекали с её ресниц, смешиваясь с горькими слезами.

– Ты видел... – Прошептала она, её голос дрожал. – Я не хотела... Я скрывала это от всех... Чуя, я монстр...

– Замолчи. – Прервал он её, и его голос был полон такой нежности, что она задохнулась. – Ты не монстр. Ты самое удивительное, что случалось в моей жизни.

Она посмотрела в его голубые, как штормовое море, глаза и увидела там только любовь. Вся её расчётливость, вся её броня окончательно рассыпались. Она потянулась к нему, хватаясь за его мокрую рубашку.

– Спасибо... – Выдохнула она прямо ему в губы. — Спасибо, что спас. Я... Я люблю тебя, Чуя. Я так сильно тебя люблю.

Эти слова эхом отозвались в его душе, резонируя с приказом Мори, который всё ещё лежал тяжким грузом в его памяти. Он медленно закрыл глаза, зарываясь лицом в её мокрые волосы.

– Я тоже тебя люблю, Амайя. Больше жизни.

Они сидели на холодном бетоне, мокрые и замёрзшие, но в этот момент им казалось, что весь мир вокруг просто перестал существовать.

—————

Дверь квартиры захлопнулась, отсекая шум ночного города и холодный шёпот прилива. В прихожей воцарилась тишина, нарушаемая лишь тяжёлым дыханием двоих и мерным «кап-кап» от стекающей с одежды воды.

– Проходи, не стой на пороге. – Негромко сказал Чуя, включая свет.

Он быстро прошёл в комнату и вернулся с охапкой вещей: своей объёмной толстовкой, мягкими штанами на завязках и парой полотенец.

– Ванная там. Переоденься, Амайя. Я... Я тоже сейчас.

Пока девушка скрылась за дверью ванной, Накахара быстро скинул промокшую рубашку. На предплечье багровела рваная рана – след от острого края пирса. Он поморщился, чувствуя, как соль разъедает мясо. Обрабатывать? Некогда. Он просто схватил рулон бинта с полки, наскоро, почти небрежно обмотал руку в несколько слоёв прямо по крови и натянул сухую футболку. Главное – чтобы она не заметила. Не сейчас, когда ей и так досталось.

Когда Амайя вышла, она выглядела почти крошечной в его вещах. Огромная чёрная толстовка скрывала её фигуру.

– Иди сюда. – Голубоглазый жестом пригласил её сесть на диван и достал фен.

Он встал позади неё. Гул фена заполнил комнату, а пальцы парня осторожно перебирали её длинные пряди. Он сушил их бережно, словно хрупкое сокровище. В какой-то момент Чуя потянулся, чтобы переложить полотенце, и край его футболки задрался, обнажая предплечье. Танака, чьи чувства после стресса были обострены, моментально заметила проступающее сквозь бинт алое пятно.

– Чуя... – Она перехватила его руку, заставляя выключить фен. – Ты ранен. Почему ты не сказал?

– Пустяки, Амайя, само заживёт. – Попытался отшутиться он, но она уже разматывала его неумелую повязку.

Увидев глубокий порез, девушка нахмурилась. Она не стала спрашивать разрешения, просто накрыла его руку своими ладонями. Чуя замер, готовый к чему угодно, но не к этому. Из-под её тонких пальцев полилось тёплое, мягкое сияние. Оно не обжигало, а баюкало боль. Через несколько секунд, когда она отняла руки, на коже не осталось даже следа.

– Это мой второй дар... – Тихо произнесла она, глядя на его исцелённую руку. – Исцеление. Я ведь эспер, Чуя... «Совершенство в новой жизни» – так это называется. Теперь ты знаешь всё.

Накахара смотрел на свою ладонь, и в груди у него что-то болезненно сжалось. Она доверяла ему самое сокровенное, исцеляла его раны, пока он сам был той самой болезнью, от которой её нужно спасать. Он чувствовал себя последним мерзавцем, но любовь в этот момент была сильнее вины.

Он медленно потянулся к ней, сокращая расстояние. Их губы встретились в долгом, глубоком поцелуе, в котором смешались вкус соли, страх потери и бесконечная нежность. Амайя закрыла глаза, запуская пальцы в его ещё влажные, непослушные волосы, притягивая его ближе к себе. И мафиози, потеряв голову от близости, осторожно обнял её за талию, ладони скользнули под просторную толстовку, поглаживая тёплую кожу. Воздуха стало не хватать. Красноглазая первая мягко отстранилась, на её губах играла слабая, чуть лукавая улыбка.

– Эй... – Прошептала она, глядя в его затуманенные глаза. – Не слишком ли ты торопишься, Накахара?

Чуя на мгновение замер, осознав, насколько сильно он поддался чувствам. Он неловко кашлянул, чувствуя, как горят уши.

– Прости... Я просто... – Он запнулся, не в силах подобрать слова. – Прости.

Амайя лишь тихо рассмеялась, притягивая его обратно, но уже просто для объятий.

– Глупый. Иди сюда.

Они так и остались на диване. Постепенно дыхание выровнялось. Накахара обнимал её, чувствуя женское тепло, а Танака наконец-то чувствовала себя в безопасности, не подозревая, что человек, к которому она прижимается, ведёт самую опасную игру в своей жизни. Так, в объятиях друг друга, под мерный шум дождя за окном, они и уснули.

————————————————————

~Продолжение следует...