Молчун
- Привет.
-...
- А ты чего молчишь? Чудной какой. А ты что здесь делаешь?
- Живу.
-На улице? Как это?
-...
- Ты куда? Постой. Ну, подожди, не уходи.
- Ну что?
- Постой, я... а меня Настей зовут, а тебя?
- Миша.
- Миша - очень симпатичное имя. Миша, это что-то медвежье,- темноволосая девушка улыбнулась.
-...
- Молчаливый ты. А я вон там живу, - она ткнула пальчиком куда-то влево,- вон там, видишь, дом стоит? Я там живу на 13 этаже.
-...
- Молчун! Буду звать тебя Молчуном, ты не против?
- Нет, какая мне разница!
- А я вот раньше тебя тут не видела.
- Я тебя тоже.
- Потому что тебя здесь не было.
-...
- Я каждый день в этот магазин хожу за молоком и хлебом.
Я посмотрел на неё повнимательней: невысокая, из-под шапки две косички, ранец на спине. Всё ясно - школьница.
- А где ты раньше жил?
- Дома.
-А почему ты теперь живешь на улице?
Странная какая-то чего ко мне прицепилась? Чего ей надо? Вопросы какие-то задаёт...
-Молчун, а хочешь, я тебя покормлю?
Она достала из пакета белый хлеб и отломала кусочек.
-На, бери.
Мне так хотелось взять этот кусочек, от него исходил такой аппетитный запах. Но я не подошёл к ней.
- Гордый значит? Я же знаю, что ты есть хочешь. Ну, ладно,- она отломала от батона ещё кусочек,- вот, тогда давай вместе есть. На, бери, это тебе, а это мне. Я подошёл и взял у неё хлеб. Мы молча ели.
-Вкусно.
-Ага, я вот очень люблю белый хлеб. Мама меня всегда ругает за то что, я перед обедом наедаюсь хлеба, а потом ничего не ем.
-Спасибо.
-Ой, Молчун, ну ты что! Пойдём, ты меня проводишь?
Так и знал, никогда за просто так ничего не дадут. Мне так не хотелось никуда идти. Поспать бы.
-Идём?
Я потащился за ней. Радовало одно, она жила не далеко. Все время пока мы шли, она мне что-то рассказывала про папу, маму, маленького братика и ещё про школу. Я её не слушал. Я думал о том, что почему вот так получается: у неё есть всё, а у меня ничего- даже дома. От меня отказались. Меня бросили.
- Молчун, стой, куда ты? Я тут живу. Ну, я пойду, а то меня, наверное, мама заждалась. Пока
- Пока, Настя.
Она помахала мне рукой и забежала в подъезд. А я поплелся в свой подъезд. Я жил в подвале в одной старой пятиэтажке, точнее я там ночевал: поздно вечером я пробирался туда, чтобы никто не видел меня, а рано утром убегал. Мне было страшно, что кто-нибудь узнает, что я там ночую, и меня, избив, опять прогонят на улицу. Я лёг на свою подстилку, прямо под батарею. Как же здорово, я сыт и здесь так тепло! А ночью мне снился сон. Я вместе со своими родителями гулял по осеннему парку. Мы бегали по аллеям, а под ногами, переливаясь теплым золотым светом, шуршали упавшие листья клёна. А потом мы играли в прятки и мама спряталась от меня за дубом, и когда я её нашёл, она так улыбалась! Моя мама мне улыбалась! Улыбалась мне! Я был таким довольным... ...проснулся я тоже с улыбкой на лице и вот странно то, что я ведь и не знал своих родных родителей никогда. Другие, чужие мама с папой мне говорили, что у меня нет родителей. Но я им не верил! Они меня били. Я их ненавидел. И я надеялся, что когда-нибудь придёт мама и заберёт меня. Но она не пришла. А потом однажды чужой папа очень на меня разозлился, я даже не помню из-за чего, он часто злился, я так боялся его в эти моменты, боялся, что он мне сделает больно. И я прятался от него в кладовке, но это не помогало, он вытаскивал меня оттуда и осыпал ударами. В тот день чужой папа меня не тронул, он сделал хуже - выкинул из дома. Вот так я оказался на улице.
- Молчун, Молчун,- я слышал, как она меня зовёт, - я знаю, ты где-то здесь, выходи. Я тебя уже так долго зову, я замерзла, ну, выходи, пожалуйста!
-Здравствуй, Настя.
- Ой, привет. Ты зачем от меня прячешься?
-...
- Я сегодня на каток иду, пойдёшь со мной?
- Нет.
- Отчего же? – она искренне удивилась.
- Не хочу.
- Так не пойдет. Молчун, я иду на каток, ты идёшь со мной,- она нарочито произнесла это серьёзным тоном, а потом громко рассмеялась.
И мы пошли на каток. Наверное, со стороны мы смотрелись очень чуднó: она в белой шубке, как птичка порхала по зеркальной плоскости и я, бездомный оборвыш, бегал за ней. Мне так было страшно, что она упадёт, но в итоге упал я.
- Молчун, ты не ударился? - она стояла на коленках рядом со мной
-Ударился.
Она дотронулась до меня, а я от неожиданности вздрогнув, сжался.
- Не бойся, я ведь только погладить хотела, чтобы не болело.
Мне стало так стыдно, она всё поняла.
-Тебя били.
-...
- Никто больше не сделает тебе больно, никто,- она вдруг обхватила меня своими ручками вокруг шеи и тихо заплакала.
Я не понимал, что происходит, я только чувствовал её ласку и нежность.
- Не плачь, Настя. Пожалуйста, не плачь!
- Не буду.
Мы сидели с ней на льду, и болтали о всякой ерунде. Она в своей синей шапочке так красочно жестикулировала, изображала капризную Машу из "А" класса, пела песенки, которые её заставляют учить на хоре, и ещё показывала мне, как она научилась делать «ласточку» на коньках. А я, любуясь, смотрел на это небесное создание.
- Насть
- Ммм?
- Поздно уже, тебе домой пора, пойдем, я тебя провожу.
- Я не хочу домой.
- Насть, пойдём, а завтра мы с тобой опять встретимся.
- И ты не спрячешься от меня?
- Нет. Пойдём?
- Пойдём, Миша.
Я всю ночь бродил по улицам, думая о ней. Откуда она такая – маленькая Настя? Я дошёл до катка, где всего пару часов назад мы были вместе, и отчего-то мне всё вокруг показалось таким родным и милым. Вот оно счастье – знать, что ты нужен ей, а она тебе.
- Молчун, просыпайся.
- А? Настя?
- Ну, ты и сонька!
- Ты что тут делаешь?
- Как что? Тебя бужу!
Я не верил своим глазам, она стояла передо мной у меня в подвале! Такая красивая в этом убогом грязном месте.
- Зачем ты пришла? Что тебе нужно? Как ты узнала?
- Не злись, Миш, я ещё в первый раз проследила за тобой. А я сегодня в школу решила не ходить,- она улыбалась,- смотри, что я принесла!
Она развернула свёрточек, который был у неё в руках, там лежали бутерброды.
-Давай завтракать!
- Зачем ты проследила? Я тебя сюда не звал. Что ты прицепилась ко мне? Что тебе надо? Не нужны мне твои бутерброды. Убирайся отсюда.
- Миша?
- Уходи.
- Но...
-Уходи.
Она положила свёрточек на пол, развернулась и вышла. Мне так хотелось позвать её, но я сдержался. Ком подкатил к горлу от обиды. Я не хотел, чтобы она видела, где я живу, я не хотел, чтобы она меня жалела, я не хотел, чтобы моя жизнь была такой. Мне было стыдно за себя. Она ушла, а я лёг на свою подстилку и заплакал. Я впервые плакал не от физической боли, желая, лучше терпеть боль от побоев, чем ту, которая сейчас сотрясала мою душу. Вечером я сидел на катке. Ждал. Я думал о том, как скажу ей, что она важна для меня, как мне приятна её забота, я хотел сказать, что никогда в моём сердце не было столько тепла, что я никогда больше не нагрублю ей, что я...
- Не прогоняй меня больше никогда,- она неслышно подкралась ко мне сзади.
- Настя,- я вскочил,- ты пришла, пришла ко мне?
- Да.
Все слова улетели из головы, и я не мог ничего сказать. Стоял, смотрел на неё и молчал.
- Миш, я больше никогда не сделаю того, что тебе неприятно.
- А я никогда тебя не обижу.
- А я всегда буду с тобой.
- А я тебя люблю.
Я сам не понял, что сказал, я вообще не собирался это говорить. Господи, какой же я - дурак! Она сейчас рассмеётся или, испугавшись, убежит. Зачем я это сказал?
- А я тебя.
И уж вот этого я никак не ожидал. Мне казалось, что всё это происходит не со мной.
- Так не бывает!
- Оказывается, бывает.
Кружилась голова. Теперь весь мир начинался и заканчивался на ней. И моя тяжёлая жизнь обрела простой и красивый смысл. Вот для чего мы все рождены. Для любви. И только она трудное превращает в лёгкое, она снимает оковы и дарит крылья, она открывает нас, она - наша жизнь.
А нам всего лишь нужно радоваться ей и беречь её, как в первый день, когда мы понимаем, что она пришла. И если вдруг однажды вы не почувствуете трепета в своей душе, значит вы не сохранили её и значит её у вас нет, потому как к любви привыкнуть невозможно! И мы с Настей были счастливы. Мы чувствовали, верили и знали. Зима. Весна. Лето. Дни текли, а мы не замечали, мы были вместе. Радовались, смеялись, грустили и плакали, и не было между нами ничего такого, что мы не могли преодолеть.
- Миш!
- Ммм?
- Мы переезжаем!
- Ммм!
-...
- Насть? Куда переезжаете?
- Родители захотели, я не рассказывала тебе,- она говорила так тихо, но я слышал отчëтливо каждую буковку её слов,- но ты не волнуйся, ты с нами.
- Куда?
- В Москву.
-...
- Да, я знаю, это далеко отсюда. Ну и что? Ты поедешь с нами.
- Как я поеду с вами? Что ты такое говоришь?
- Я всё рассказала родителям, они ... - она осеклась,- я сказала, что без тебя не поеду, они долго ругались, но потом согласились! Ты будешь жить с нами!
- Насть???
- Правда.
- Я не могу.
- Папа сам предложил!
- Вот это да!
И она меня обняла. И за что мне такое счастье? Сказка. Сегодня двадцать пятое число, мы уезжаем. Я Настю не видел уже целых два дня, мы договорились, что она поможет собрать вещи родителям. А мне нечего собирать, у меня только моя любимая подстилочка, мне её Настя сама сшила. Я гулял по тем местам, где мы бывали вместе, жаль покидать эти места, но зато нас ждёт что-то неизведанно-новое! Я проходил мимо магазина, где когда-то мы познакомились, из него выходила Она с папой. Я был ошеломлён, Настя плакала.
- Папа, я не поеду.
- Поедешь, ты что напридумывала! Да что это такое? – он так кричал на неё,- ты за два дня нам сообщаешь, что не можешь тут кого-то оставить и сейчас этот кто-то оказывается – оборвышем!
- Пап, пусть он поедет с нами, пожалуйста! Он такой хороший, он тебе понравится!
- Настенька, ты ещё совсем маленькая, ты не понимаешь многих вещей.
- Пап, пожалуйста,- она плакала.
- Нет. Все, Настя, хватит! Я тебе запрещаю на эту тему говорить. Никого мы с собой брать не будем. И не переживай, я в Москве куплю тебе настоящего, породистого щенка...он даже не сравнится с этой дворнягой
- Нет! Я не хочу!
- Ты что препираешься со мной? Со своим отцом? Значит так, либо ты сейчас же прекратишь это глупое нытье, либо вообще ничего не получишь! И запомню, эту грязь ты в дом не введёшь!
Она остановилась, почувствовала, что я рядом. Увидела меня и испугалась.
- Миш?
Я молчал.
- Прости. Ну это же мой папа, - слёзы текли из глаз, - Молчун, прости.
Она развернулась и побежала за отцом.
А я смотрел ей в след. Она меня обманула, обманула, обманула. Уезжает. «Породистый щенок», «он такой хороший», «дворняга», «грязь», «прости». Настя! Как? За что? Неужели всё так? А все слова, что мы говорили друг другу?
- Ты меня предала! Мои чувства! Меня всего! Предала,- я кричал, что есть сил, кричал в пустоту...
Сегодня двадцать пятое, Молчаливого разорвала на куски стая собак. Он не хотел больше чувствовать боль разбитого сердца. Ему больше не о чем было мечтать. Он умер, когда от него отказались. И зачем идти вперед, когда там – ничего. Зачем бороться за себя, когда ты не нужен? Он больше не знал и не верил, но он чувствовал, что всё то что было, было не зря. Молчаливый сохранил любовь. Она с ним. Последний вздох и последнее видение: «она в белой шубке, как птичка порхала по зеркальной плоскости и он - бездомный оборвыш, бегал за ней»
Они никуда не уехали. Она сбежала. В подвале, где темно и сыро, стоя на коленях, ждала, когда он придёт за ней... ...она знала и верила, но уже не чувствовала. Не чувствовала его. И вся жизнь превратилась в ожидание того, что не сохранила...