В глубине своей души
(от моего лица)
Тут я заметил что я лежал в шалаше из палок и листьев. Думать мне было тяжело и я выйдя из домика стал искать воду, ведь я не пил около двух с половиной дней. Выбравшись на четвереньках из палатки я заметил недалеко лужу и не став обращать на свои мысли внимания я стал лакать воду как делают это коты. Мне было откровенно плевать откуда я пью воду, ведь мне было очень плохо и я мог умереть от обезвоживания. Лакая воду языком я спустя несколько дней прогнал сухость. Утолив жажду я обернувшись в сторону шалаша я увидел Адеолу, которая сидела на траве прижала к себе ноги, а хвост лежал около нее. Глаза у нее были очень грустными и... заплаканными ? От удивления я смотрел на нее своими голубыми глазами, ведь я никогда не видел ее такой. Я даже не знал что делать в этой ситуации. Поднявшись на ноги я решил подойти к ней и спросить в чем дело, но тут я наступил на ветку, которая хрустнула, а моя трехцветная подруга повернулась в мою сторону. Наступив на ветку я тут же мысленно выругался за то что я не заметил источник шума у себя под носом. Скорее всего я просто не выспался. Подняв голову я устремил взгляд и увидел что Адеола смотрит в мою сторону. Тут я не знал что сказать, ведь я плохо умел начинать разговор, но принципы моя трехцветная подруга просто улыбнулась и спросила как у меня со здоровьем. Я был слегка удивлен, что хоть кто то обо мне беспокоиться кроме родителей, ведь когда мои родители умерли я стал никому не нужен и это разрывало мне изнутри. Чувство ненужности, одиночества, злости, ненависти и жажды крови заполняло мое сердце. Я молчал наверно около минуты, но быстро пришел в себя и ответил Все хорошо - с теплой улыбкой сказал я подойдя на несколько шагов к ней, а после на расстоянии полторы метра я лег спиной на чистую и зеленую траву, а взгляд я свой устремил на звездное небо. Когда мне было грустно я после кражи забирался на чью либо крыши и перед тем как уснуть смотрел на звездное небо. Я знал несколько созвездий и любил их искать. Руки я положил за голову и смотрел своим взором на небо, а ветер слабо колыхал мою шерстку и волосы на голове. Я лежал и размышлял не замечая почти никого и ничего. От раздумий и одной мысли мое сердце впало в тоску и одиночество, ведь скорее всего мы с Адеолой разойдемся, ведь у каждого из нас может быть свой путь, а мне не хочется снова остаться одному. Странно это конечно слышать от одиночки, но я был одиночкой в прошлой жизни и мне не хочется снова остаться одному. Я сильно привязался к своей подруге, много пережили за два с половиной дня. Сначала я сомневался в Адеоле, но мои сомнения развеялись когда я упал без сознания, ведь она могла бросить мне, но не сделала этого. Она сделала шалаш и спрятала меня. Ее доброты я никогда не забуду, ведь если бы не она меня бы загрызли хищники или бы я смог заболеть, ведь здесь холодно, а в бессознательном состоянии я был беззащитнее младенца. Надо мне будет обязательно отблагодарить Адеолу. Интересная она личность и очень сильная, решительная, добрая и возможно ранимая, ведь я тоже много скрываю за своей маской. Адеола стала для меня верным и дорогим другом. Жалко будет прощаться мне с ней, ведь я к ней очень привык. От этой грустной мысли мои глаза были полуприкрыты, хвост лежал как отрубленный не двигаясь, а моя душа стала наполняться тоской, но тут же я отогнал эти ненужные мысли, ведь пока Адеола здесь и скорее всего мы оба пока будем выживать в этом лесу. Опыт выживания у меня есть. Например как очистить воду, но мне это не понадобиться, ведь я могу пить воду хоть из лужи и мне ничего не будет. Охотиться мне помогут когти и мое телостроение. Наверно я буду охотиться как и другие мои сородичи семейства кошачьих. Буду я охотиться из засады и красться к своей добыче а потом нападать. Так сейчас надо хоть как то расслабиться и отдохнуть.
(от лица Адеолы)
Я сидела и смотрела вперёд, в пустынную, и холодную неопределенность. Глаза были пустыми, мрачными и безжизненными, в то время как мысли крутились в голове. Воспоминания, как чёрно-белое кино на старой кинопленке. Нет звука, но он и не нужен, достаточно эмоций, чувств. Часто говорят, что нельзя услышать фотографию или рисунок, но это всё ложь. Если люди убивают внутри другого человека все чувства одним взглядом. Глаза, что смотрели с любовью и тягой к тебе, теперь выражают неприязнь или равнодушие, что ещё хуже. Лучше прокляни, возненавидь, начни презирать и оскорбляй всё, что со мною связано, но только не становись равнодушен. Нельзя убежать от воспоминаний, боли, чувств или ощущений они все часть тебя, именно та часть, которая вырвет из тебя всё живое. Можно отрицать тепло на сердце, когда он проходит рядом, кидая мимолётом взгляд, и кричать до потери голоса, что холодна, глупа, что любить не сможешь. Но огонь, что превращает в пепел сердце твердит, что любишь, но боишься предательства. Медленно понимаешь, что становишься зависима... Его голос, образ, глаза... Становится твоим наркотиком. И когда его нет начинается настоящая ломка, кровавые последствия, дрожь проходит в душе. Готова кричать, рыдать, бить кулаками о стены, когда видишь его с другой. Не важно становится, что она за подруга и как близки вы. Ревность закипает в венах, горячим ядом разливаясь по телу. Слёзы обжигают щёку, как кипятком, в горле горит крик, по всему телу проходит дрожь, нет сил чтобы просто сфокусироваться на чём-то одном. Тогда начинаю умирать изнутри, красивые бабочки, танцующие танец и где-то в животе порхая, умирают. Именно в этот момент рвутся крылья, осыпается пальца, падают бабочки и умирают. Прямо там сгнивают вместе с любовью, образуя кладбище бабочек в животе. Тогда ощущается пустота, пропадает интерес к жизни и всему вокруг, теряет краски мир. Больше нет вкусов и запахов, есть только тошнотворная боль. Ты падаешь в собственный омут страхов, туда тебя тащат собственные черти. Топят, на ухо шепчут, обнимают, на дно тоща. Сопротивляться нет ни сил, ни желания, появляется желание свести с жизнью счёты, но не можешь сделать этого, потому что смелости не хватает. Так и продолжаю день изо дня ломаться, терпеть как кости трещат, сердце рвётся. Тот кто никогда не любил эту не поймёт боль. Неведомо это тому, кто не терял любимого человека, не разбивался о стену его внезапного равнодушия, не рвали кого клыки звериной ревности. Тогда появляется в девушках твари, ни рождаются такими, а становятся. Предательство порождает предательство и никак этот круг не разорвать. Но подходит время, раны затягиваются, боль жжёт только изнутри, бабочки не порхают, но и не дохнут. Мир краски и вкус не вернул, всё по-прежнему монотонное чёрно-белое. Но вот ещё время утекает, вместо ран только шрамы, слёзы высыхают на глазах, появляются серые цвета, размываются чёткие линии, растекаются грани. Начинаю дышать не боясь задохнуться, перестаёт терзать ревность и смятения из сердца уходят. Его образ остаётся в голове, но не терзает более. Чтобы кровоточить раны перестали и затянулись, чтобы боль притупилась, чтобы начать снова жить понадобился год. Год адских мучений в душе, бессонных ночей и самотерзания, безвкусия, и бесчувствия. Но вот он снова появляется, заходит в сердце без стука, не удерживают его замки и отсутствие ключей. Всё снова начинается, буря прежних эмоций, снова наступаю на грабли, совершая былые ошибки. Он пишет, звонит, разговариваем ночами о том и о сём, рассказывает разное своё личное и гулять зовёт. Прекрасные дни сказочного счастья летят быстро, слишком поздно понимаешь, что его холодные цепи сковали руки и ноги. Снова становишься от него зависима, а он теряет интерес и находит другую. И тогда опять былая боль, но уже больнее, поскольку не слушала подруг и внутренний голос, наступала на горло собственной гордости. Даже демоны молили не отвечать ему, не гулять и не влюбляться вновь. Ведь его сердце лёд, его не растопить, он айсберг, который только холодом обжигает. Он уходил, а я кричала, просила не оставлять, говорила, что без него не смогу уже. Твердило сердце, что мне пришла хана, безответно влюбилась в пацана. Отдавала ему тепло, греть пыталась, но сгорала, как чёртов феникс. Потом воскресала из пепла, но всё с новыми и новыми шрамами на душе. Разве можно так с чужими чувствами играть, зачем возвращаться и снова уходить. Слёзы подступали к горлу, становилось сложно дышать. Уже не в силах сдерживаться от подступивших ощущений боли, обняла себя за плечи и тихо зарыдала. Всё чего сейчас хотелось, чтобы он оказался рядом, молча обнял и сидел рядом до рассвета. Рассказал очередную свою историю или же начал хвалиться какой он спортивный и талантливый. Просто хотелось услышать его голос, который стал единственной слабостью в жизни. Готова умирать и воскресать хоть сотни раз, только бы быть с ним рядом. Как же важно было его мнение на любую тему, критика, насмешка или же похвала. Сколько бы он не причинил боли готова его обратно принять, потому что любовь зла, мы не выбираем кого любить. Всё происходит само, грёбаная химия, одинокая искра, что зажигает в сердце новое чувство. Как же его не хватает, прошлый мир рухнул и единственное, что из него хочется забрать - это он, единственный любимый пацан. Сколько отшила парней, красивых, богатых, интересных, спортивных или умных. Никто не был ему ровней, тому кто не был идеальным, но был самым лучшим и без этого. Воспоминания лезвием горячего кинжала резали по сердцу. Вокруг полная неразбериха, не ясно, что ждёт в следующую минуту, а тут только о любви несбыточной мысли все. Я стиснула клыки до скрежета и воткнула когти в собственные плечи, когтями зарываясь в шерсти. Нельзя показывать Саурилу, что что-то рвёт на клочья изнутри, нельзя демонстрировать свою слабость. Как же надоело мучатся ночами мыслями о нём, иногда так и хочется вернуться в прошлое, чтобы воспрепятствовать нашей встречи. У него дорога своя, у меня своя, но я постоянно петляю, вместо того чтобы идти по прямой, ища с ним пересечься шанс. Слёзы вновь навернулись на глаза, но я их стёрла. Время душевной сладости прошло, не лучшее положение, чтобы разводить сырость. Поднявшись с травы, посмотрела на шалаш и оглянулась по сторонам. Вокруг один лес, гигантские деревья и тишина, прерываемая только стрекотанием сверчков. Решив избавиться от навязчивых воспоминаний, я решила заняться спортом, полезно и от лишних мыслей отлично спасает. Найдя ветку повыше и потолще, чтобы мой выдержала вес, уцепилась крепче и начала подтягиваться. Сначала, первые десять или двенадцать подтягиваний сделала на адреналине, чтобы напрячь организм и вернуться в реальность, а потом руки начали уставать. Кое-как сделав свой минимум, отпустила ветку и упала на траву, разминая руки и пальцы. Потом вернулась к шалашу и уселась на прежнее место, глаза закрывались, требуя сна, но спать было нельзя.
(1732 слова)