2
уже не мой первый школьный день в этой золотой клетке,
но ощущения до жути знакомые.
по привычке, словно машина, заведенная родителями,
я села в машину и отправилась в эту обитель фальши.
когда я вошла в класс, воздух будто сгустился, наполняясь колючими, словно иголки, взглядами.
я чувствовала их на себе, как физическое прикосновение,
и каждая такая «ласка» вызывала во мне глухое раздражение,
будто мел скребет по доске прямо в моей голове.
я старалась держаться особняком, прячась за своей невидимой стеной.
знакомые были,
конечно,
но это были те самые «знакомые», которые появлялись, когда нужно было пройти по красному ковру,
а не те, с кем можно разделить реальную радость или горе.
назвать их подругами? это было бы равносильно тому, чтобы назвать стадо блеющих овец стаей волков.
да, они были такими же, как все.
просто очень, очень богатыми.
урок литературы должен был стать очередным испытанием.
пересадка.
мои родители, как всегда, позаботились о моем образовании,
но я сидела одна,
и мысль о том, что меня куда-то пересадят, вызывала внутреннее сопротивление.
я не хотела ввязываться ни во что новое, не хотела нарушать свой хрупкий баланс.
но 12-й класс – это тебе не шутки.
здесь каждая перестановка,
каждый новый сосед по парте
мог стать ключом к будущим экзаменам,
к заветным баллам, которые обещали открыть двери в мир,
где, как мне казалось,
нет места для такой «белой вороны», как я.
многие в классе, кажется, воспринимали уроки не как возможность получить знания,
а как площадку для светских бесед.
шепот,
смешки,
перешептывания –
всё это создавало фоновый шум, который мешал сосредоточиться.
и вот, когда тишина начала сгущаться, и учительница, миссис элизабет моррингтон, с ее вечной строгостью во взгляде и в голосе, начала объявлять новую рассадку,
в класс ворвался он.
винни хакер.
он залетел, как ураган,
несущий с собой хаос и звонкий смех своей «свиты».
винни – это тот самый «король школы», если верить местной мифологии.
и его свита – это его точная копия:
такие же самодовольные,
уверенные в себе нарциссы,
чьи лица будто вырезаны из глянцевых журналов.
пэйтор мурмайер, один из его приближенных,
источал такую же самоуверенность,
будто мир был создан только для того, чтобы восхищаться им.
я смотрела на них и думала:
вот они,
идеальные кандидаты на роль персонажей из моих любимых романов,
где герои – это либо злодеи, либо жертвы.
такие, как они, никогда не познают вкуса настоящей жизни, истинной любви.
их мир – это мир цифр в банковских счетах,
мир одноразовых отношений, которые заканчиваются с первыми лучами солнца.
мне было искренне непонятно, что привлекает в них девушек.
обычные парни,
просто с папиными деньгами и завышенной самооценкой.
но, признаюсь,
где-то в глубине души,
за завесой моего презрения,
таилось любопытство.
я была уверена, что за всей этой маской богатства и самоуверенности скрываются слабые стороны,
тайны, которые мне, возможно,
когда-нибудь удастся разгадать.
но не сейчас.
сейчас на носу были экзамены,
и моя цель была проста –
выжить в этом бурлящем котле.
– здравствуйте, были пробки, – произнес винни,
в его голосе не было ни тени извинения, только констатация факта.
типичный стереотип, словно он родился с золотой ложкой во рту и никогда не сталкивался с реальными проблемами.
– присаживайтесь быстрей, я начинаю рассадку, – с легким вздохом ответила миссис моррингтон, ее взгляд на секунду задержался на опоздавшем, но она была слишком уставшей, чтобы вступать в очередную битву.
она начала называть фамилии, и я, затаив дыхание, ждала своей очереди.
оставались две последние парты третьего ряда.
моя судьба, казалось, решалась в эти секунды.
– винни хакер и... – она сделала паузу, словно смакуя эффект.
– ...эвелина росс.
мои глаза распахнулись от удивления.
серьезно?
из всех тридцати парней и девушек в этом классе,
из всех свободных мест,
именно мне досталась участь сидеть рядом с ним?
я мгновенно почувствовала на себе десятки пар глаз.
взгляды девушек, которые, казалось, были готовы на всё, чтобы быть на моем месте, вспыхнули ревностью.
это выглядело настолько смешно и нелепо, что мне захотелось рассмеяться.
я бы никогда в жизни не стала претендовать на их роль.
мне не нужен этот папенькин сынок,
чья популярность – не более чем мираж,
созданный фамилией его отца.
я просто хотела спокойно дожить до конца года и сбежать из этого «райского» места.
но, видимо, судьба распорядилась иначе.