Гонщик

Дима вернулся к Полине, держа в руках стакан с водой и таблетки. Он присел рядом с ней, стараясь не показывать своей тревоги, несмотря на то, что внутри всё клокотало от беспокойства.

— Полина, я принес тебе воду и таблетки. Ты должна их принять, — он мягко положил стакан на тумбочку, смотря на неё с заботой. — Прими их, хорошо? Это поможет тебе почувствовать себя немного лучше.

Полина с трудом открыла глаза, но не могла взять стакан. Её руки были слишком слабыми, и она едва могла держать его. Дима заметил это и аккуратно поднес стакан к её губам, поддерживая её голову. Он следил за каждым её движением, чтобы она не упала, и стараясь быть максимально бережным.

— Спасибо... — прошептала Полина, когда наконец смогла проглотить немного воды. — Дима, мне так страшно...

Он вздохнул, положив руку на её плечо, стараясь её успокоить.

— Я здесь, Полина, — его голос был спокойным, но в глазах было много эмоций. — Всё будет хорошо. Мы сейчас всё сделаем, и ты поправишься. Ты слышишь? Я с тобой.

Через несколько минут в дверь постучали — это была скорая. Дима открыл дверь, впустив медиков, и с тревогой шагал за ними в комнату.

Врачи сразу начали осматривать Полину, задавая вопросы о её самочувствии. Дима стоял в стороне, беспокойно переступая с ноги на ногу, пока не подошел ближе.

— Что случилось? — спросил он, его голос был сдержанным, но в нём ощущалась тревога. — Она чувствует себя плохо. Она сказала, что у неё кружится голова и болит живот.

Один из медиков кивнул и начал осматривать Полину, задавая ей несколько вопросов. Потом он вытащил термометр и измерил температуру, внимательно следя за её состоянием.

— Это может быть связано с пищевым отравлением, — сказал врач спустя некоторое время, — или с каким-то вирусом. Мы возьмём анализы, чтобы уточнить. Нужно немного подождать. Вы были уверены, что ничего необычного не ели в последние несколько дней?

Дима посмотрел на Полину, и его сердце сжалось от беспокойства. Он не мог понять, что именно случилось. Всё это было так неожиданно.

— Мы просто провели вечер дома, ничего не ели особенного... — его голос был хриплым от волнения. — Я не знаю. Просто она начала жаловаться на боль, а потом сразу так резко стало плохо.

Медики продолжили её осматривать, и спустя какое-то время решили, что ей нужно провести ночь в больнице на наблюдении. Полину аккуратно положили на носилки, а Дима шёл рядом, держась за её руку.

— Я буду с тобой, — прошептал он, когда они выходили из квартиры. — Всё будет хорошо, я обещаю.

Полина закрыла глаза, чувствуя, как боль постепенно становится не такой острой, но оставалась усталость и слабость, словно её силы исчезли, а вокруг всё медленно тускнело.

Дима же, несмотря на все её слова, не мог не переживать. Он знал, что сейчас самое главное — поддержать её, быть рядом.