Гонщик

— Мам, ну ты точно не хочешь поехать? — в который раз спросила Полина, стоя у входной двери с ключами в руке.

— Поля, правда... — мама слабо улыбнулась, сидя на диване, укутавшись в плед. — Что-то с утра сердце пошаливает, давление, наверное. Езжай, не переживай. Главное — будь осторожна.

— Я быстро, — кивнула Полина, прижимаясь к её щеке. — Отдохни, ладно?

Мама кивнула, провожая её взглядом. А Полина уже мчалась по вечернему городу, её черная лакированная машина блистала фарами и отражала уличные огни.

На трассе всё уже кипело — машины выстраивались, рёв моторов сливался с музыкой, пахло бензином, жглой резиной и свободой. Там её уже ждали.
Алина, Лёша, ещё пара знакомых гонщиков — и, конечно же, он.

Он стоял, прислонившись к своей машине, как всегда в своём кожаном черном костюме, с шлемом в руке. С тех пор, как они снова были вместе, каждый заезд был особенным. Но сегодняшний... особый даже для них.

Полина вышла из машины, поправляя куртку. Она была уверена, спокойна. Пантера. Но, стоило ей увидеть Диму, как уверенность вдруг стала мягче, теплее — в глазах заискрились огоньки. Она шла к нему, не раздумывая, сняла шлем наполовину, чуть приподняв вверх. Он сделал то же самое — и прежде чем кто-то успел поддеть их или бросить комментарий, она просто наклонилась и поцеловала его.

Долгий, искренний, немного дерзкий — такой, как и они сами. Он положил руку ей на талию, прижал к себе чуть крепче, и когда поцелуй закончился, тихо сказал:

— У Пантеры сегодня отличное настроение, да?

Полина улыбнулась, прищурилась:

— Потому что рядом ты.

— И потому что сегодня ты будешь первой. Я это чувствую, — он слегка ударил кулаком по её плечу, подмигнул. — Как у нас с солью и сахаром?

— Они в надёжных лапах, — усмехнулась она. — А сейчас... давай покажем, на что способны.

Пантера снова натянула шлем, села за руль. Дима сделал то же самое. Гудки. Рёв. И сердце бешено забилось — не от скорости. От любви, которую снова позволили себе.

⸻