Yandere Тодороки х Читатель

Примечание:
Читателем был запрошен сюжет, в котором Рэй наносит шрам героине, как у Шото...

Просыпаться странно или даже в каком-то смысле страшно.

Так тяжело приспособиться к новым изменениям и обстоятельствам.

Когда ты очнулась после несчастного случая, примерно через 3 дня, то не ожидала, что проснешься дома, потому что в памяти вообще ничего не уложилось.

Ожидала... нет, надеялась очутится в больнице и они, доктора или кто-то другой, позвонят властям, органам безопасности.
А ещё, ты не ожидала, увидеть темноту перед собой, вроде четко понимая, что глаза-то ты открыла..

Шото был первым, кто заметил, что ты очнулся от комы. Он не отходил от постели, с его младшей сестренкой. Юноша вскочил со своего места и поднес стакан с водой к твоим губам, когда ты попыталась заговорить, беззвучно открывая рот. Семья прибежала на его счастливый зов.

Ты слышала голос Фуюми и то, как она плакала от счастья; ощущала присутвие Нацуо, который проверял твои ноющие болью органы на предмет новых травм.
Пальцы быстро проскользнули по лицу, ощущая грудь ткань бинтов, которые перекрывали зрение, но, этого следовало ожидать. Но, стоило тебе спросить старшего брата, когда бинты можно снять, Нацуо не ответил, лишь промычал что-то непонятное, среди чего ты четко поняла, что...

Твои глаза поврежденны из-за горячего масла...

Сердце осело где-то в желудке от слов Нацуо. Он говорил с особым удовольствием в голосе, что твои главные яблоки буквально поджарились до такой степени, что артерии просто разрушились, а это в свою очередь означало полную слепоту, без возможности ее восстановления.

В тот день ты много кричала; ты бы плакала, но слезных желез просто не было.

Сначала ты никому не позволяла прикасаться к себе, особенно Рей. Ты бы кричала, бросилась бы прочь от нее, когда ощущаешь, что женщина приближается к комнате. В конце концов, Нацуо влил тебе в капельницу какого-то успокоительного, и приступы паники сошли на нет.

Быть слепым тяжело, ты это знаешь не просто так. Но, не понимала, что эта слабость, может быть настолько унизительной. После произошедшего тебя стали ещё больше игнорировать, желая лишь незначительные вещи, продолжая пропускать мимо ушей просьбы и мольбы.

Шото - первый из семьи, кого ты видишь утром, когда просыпаешься, и последний, кто с тобой перед сном. Он носит тебя на руках, куда ты скажешь, приговаривая, что ходить по дому небезопасно, с твоей то проблемой.
Конечно, ты натыкалась на мебель и спотыкались о порожки, но, это не значит, что Шото должен быть рядом каждую минуту, сопереживая и таскаясь как кошка за слепым котёнком. Это удручает. Заставляет ощущать себя жалкой.
В какой-то момент, ты попросила трость, чтобы самой ориентироваться в пространстве, не становиться обузой, на что Шото тихо произнес:

- Зачем тебе трость, когда у тебя есть я? Просто скажи мне, куда ты хочешь пойти.

Каждое утро Шото нес тебя вниз по лестнице в туалет, и чаще всего Фуюми помогала, даже с чисткой зубов.
Затем он вел в столовую, где вся семья ожидала лишь тебя. Фуюми отдавала твой завтрак Шото, который, в свою очередь кормил тебя маленькими порциями с ложечки.

Во время завтрака все болтали и смеялись, делясь новостями и планами на день, и лишь ты молчала.

Было обидно.

Ты хотела стать прежней, не смотря на слепоту, хотя бы в простых вещах, например, помощь вымыть посуду после завтрака, но тебе полностью ограничили вход на кухню, в силу того, что там много острых предметов, опасной техники, да и вообще, это не лучшее место для слепыша.

Потом, Шото рассказывает тебе все то, что показывает картинка телевизора, будь то сводка новостей или какой-то некачественный фильм, чтобы ты хоть как-то представляла динамику звука и изображения в голове. Это словно клеймо на душе, напоминание, что ты слаба и беспомощна, не сумеешь даже до туалета добраться без помощи брата.

А когда ты начинаешь шмыгать носом и сжимать пальцы в кулаки, пытаясь сдержать эмоции, Шото выключает телевизор и начинает вслух читать книгу.

Почему-то они всегда о принцессах, детские сказки. Тебе надоело слушать их.

Потом тобой занималась старшая сестра. Фуюми помогает в ванной: моет волосы и наносит маску на кончики - потому что принцесса должна выглядеть на сто баллов даже в такой ситуации. Она рассказывает то, какую пижаму надевает на тебя, как красиво переплетаются волосы в длинной косичке, комментируя каждое свое действие.

Как будто эти мелкие детали имеют значение.

Ты расслабилась, когда Фуюми позволила тебе маленькую "роскошь", немного поплавать в теплой воде, наедине с собой. Наконец-то, спустя долгое дни, остаться одной, без постоянного присмотра братьев и своим одиночеством, ты погрузилась в теплую воду.

Уединение утешало, но не долго длилось твое счастье, так как твоих голых плечь вдруг коснулись холодные руки, вынуждая дёргаться и кричать

- Отойди от меня! Уходи! Проваливай!

Рей попыталась приблизиться к тебе, но ты продолжал визжать во всю глотку, поднимая на уши весь дом.

- Фуюми! Шото! Уберите ее от сюда! Шото, убери ее!

На тот момент тебе было плевать, увидят ли тебя родственник обнаженной, было лишь зверское желание спасти себя.

Братья и сестра бросились в ванную, и, увидев, как ты сжалась в углу и рыдающую Рей, Фуюми поспешно накрыла полотенцем твою наготу, пока Шото вытаскивал мать из ванной комнаты.

Шото пытался сказать, что Рей просто пыталась тебе помочь; что она просто соскучилась по своей маленькой принцессе и хотела позаботиться о тебе как мать о дочери.

По сути, он намекал, что тебе не нужно бояться Рей и что травма не действительна, то есть, буквально уличая тебя во лжи и симуляции.

Это было обидно и боль надолго поселилась в груди.

После произошедшего, ты перестала с ним разговаривать, только в случаях крайней необходимости.

Закрылась в себя.

Пока Фуюми готовила обед, Нацуо следил за твоим состоянием, проверял пустые глазницы, обновляя повязки.

После обеда, Нацуо буквально заставил тебя немного вздремнуть после полученного шока, но, в этот раз капельница успокоительного не понадобилась.
В объятиях второго по старшинству брата спаслось спокойно.

Даби, старшего брата, же никогда не было рядом, он все ещё был тем самым мудаком, которым являлся всегда, бросив заботы о сестре на плечи остальных. Он передвигал ваши вещи в разные места или расставлял вещи на твоём пути, чтобы ты споткнулась (он всегда ловил тебя до того, как поцелуешь пол). Все эти махинации созданы лишь для того, чтобы ты сама лично попросила его помощи.

Но, ты никогда не давала ему желанное, справляясь с невзгодами и непонятными играми старшего брата сама.

Энджи любил водить тебя в сад и читать вслух книги и свежие газеты.

Ты сама хотела читать книги, особенно любимые, зачитанные ранее до дыр, имеющие осмотре место в твоём сердце, книги. Даже просила, пусть детские сказки, но со специальным шрифтом Брайля, на что отец отвечал одно и то же, вторя словам своих старших детей:

- Тебе не нужно напрягаться. Я всегда буду рядом, чтобы почитать то, что ты хочешь

Если Энджи опаздывает, то Шото отводит к качелям в саду, подталкивая в спину, рассказывая, что произошло в школе или с друзьями. После ужина, ты с нетерпением ждёшь момента, когда твоя учитывая семья оставить тебя в комнате, потому что проводить с ними время становится невыносимо.

Такая твоя жизнь была в течение шести месяцев после случившегося.

Совершенно одинаковые дни.

Семья чувствовала, что все возвращается на круги своя. Жизнь нормализовалась.

Но, так казалось только им.

Они всегда хотели этого: запереть тебя в доме, лишить всякой автономии и инфантизировали до такой степени, чтобы причинить тебе как физический, так и умственный вред, но совершенно случайно, будто они не приделах. Будто не они заставляют тебя чувствовать себя обузой, ничтожеством и просто одинокой в большой семье.

(прим. проще говоря, сделать овощем)

Тело слабело, мышцы ныли от бездействия и отсутствия физических упражнений. Ведь по сути, ты постоянно была у кого-то на руках, то на стуле, то на кровати, никаких лишний действий. И таблетки, которые давал Нацуо совершенно не помогали, простое плацебо.

Они вызывали сонливость и галлюцинации, так как ты сквозь сон ощущала, будто кто-то находится в комнате или играет с твоими волосами.

Хоть ты и сидела дома каждый день, выходя на улицу лишь в редких случаях, но так и не заговорила с Рей.

Что ж, она пыталась, но ты всегда будешь шугаться ее. Она не выдает себя, когда проникает тихо в комнату, но ты всем телом ощущаешь как она выглядывает из-за угла, наблюдая.

И почему ты должна ее прощать? Особенно после того, что она сделала?

Энджи не знал о твоем состоянии. Он мог видеть, какой тихой ты становишься с каждым днём, как пугаешься матери.

Он беспокоится за тебя.

Энджи знал, что если он не поговорит с тобой, все станет еще хуже.

Ты сидела у окна гостиной с Фуюми, которая рассказывала о своем дне.

- Привет, пап!

Громко произнесла девушка, на что Энджи лишь кивнул.

- Фуюми, ты не оставишь нас? Я хотел бы поговорить с Т/И.

Фуюми кивнула и поцеловала тебя в лоб, прежде чем выйти из комнаты, и только Энджи заметил, как ты напряглась от ее привязанности.
От этих милых чмоканий и объятий было не по себе.

Он сел рядом с тобой и прочистил горло.

- Как дела?

- Хорошо. А у тебя?

Тихо спросила ты.

- Я тоже в порядке. Я хотел поговорить с тобой кое о чем. О... твоей маме.

- Моя мама умерла.

Энджи откашлялся:

- Я имел в виду Рей.

- О. А что с ней?

- Почему ты не разговариваешь с ней?

Ты промолчала:

- То, что произошло со мной, тот несчастный случай... не был несчастным случаем. То горячее молоко, нет... лить горячее масло кому-то на глаза...это

Энджи знал, что этот разговор случиться.

- Она сделала это не нарочно...

Ты снова перебила его:

- Нет! Она точно знала, что делает.

- Зачем ей это делать?

- Я не знаю. Она ненавидит меня или что-то в этом духе.

Энджи нежно схватил тебя за руку.

- Ты знаешь, что это неправда. Рей очень любит тебя и очень о тебе заботится.

Ты не ответила на его слова, в которых, вероятно, Энджи не сомневается, после случившегося.

- Ты помнишь тот день, когда ты пришла к нам домой?

Ты кивнул.

- Ага. Это случилось через несколько дней после похорон моих родителей.

- Да. А ты помнишь, что сказала тебе Рей тогда?

Ты напряглась, прежде чем снова кивнуть.

- Она сказала, что, может быть, она и не моя настоящая мать, но она будет любить меня больше, чем кто-либо когда-либо любил и когда-либо полюбит. Всегда.

- Правильно. А разве не так? Разве она не любит тебя больше всех?

Ты медленно кивнула, пока Энджи продолжал.

- Между тобой и мной. Она всегда предпочтет тебя среди всех твоих братьев и сестер.

Ты улыбнулась на его слова. Что-то в груди приятно потеплело от воспоминаний. Помимо жалости к тебе, ты впервые за пол года слышишь от отца такие нежные, ласковые слова, от которых, ты возможно бы заплакала, будь это осуществимо.

Но, мозг говорил, что не все так просто и эти слова такое же плацебо, как и таблетки Нацуо.

- Итак, ты готова дать своей матери шанс?

Ты остановилась на несколько минут, приводя мысли в порядок, прогоняя тепло из груди.

- Я... я не могу.

Энджи вздохнул.

- Слушай. Я знаю, что ты боишься. Я понимаю. Я знаю, ты хочешь обвинить Рей в том, что произошло, но поверь мне, когда я скажу, что это была не ее вина. Это был несчастный случай.

Ты покачала головой.

- А что, если повторится еще одна подобная «случайность»? А что, если я не выживу в следующий раз? А что, если...

(

прим.речь идёт и о том, как Рэй испортила глаза тебе маслом, и об избиение)

Твой голос надломился. Энджи притянул к себе на колени, крепко обнимаю и поглаживая дрожащее тело.

- Этого не произойдет. Обещаю. И если что-то подобное случится, я буду рядом, чтобы спасти тебя.

Энджи поцеловал тебя в затылок.

- Я спасу тебя.

По настоянию Энджи ты снова начала налаживать отношения с Рей.

Конечно, ты все еще вздрагиваеш от ее прикосновений, и все еще не могла набраться смелости, поговорить с ней. Но, твое молчание больше не задевало Рей.

Ты снова ей доверяешь, хоть не так сильно как прежде, но женщина счастлива и пытается всеми силами оправдать твое доверие, создавая комфорт.

Ты могла бы соврать, но с Рей жизнь стала лучше и проще.

Она знала, когда Даби или Шото становились слишком властными и требовательными, или когда Нацуо суетился вокруг тебя без причины. Она была рядом, чтобы помешать Фуюми болтать тебе на ухо всякую чушь, и знала, как помешать Энджи кормит тебя большим количеством сладостей.

А Энджи, в свою очередь, все видел. Видел как Рэй сожалеет о содеянном; видел, как она мазала пострадавшую плоть мазью, едва касаясь пальцами обугленной области вокруг твоих глаз, прежде чем быстро отстраниться, как ужаленная.

А в другой раз, как сегодня, он стоял в пороге твоей спальни, он видел, как нежна она с тобой, укладывая тебя в постель.

Он поцеловал свою жену, как только она вышла из твоей комнаты, плотно прикрыв дверь.

- Как дела у моих девочек?

Спросил Энджи у Рей приглушённым голосом, не желая тебя будить.
Рей улыбнулась.

- Хорошо.

Они медленно пошли в свою комнату.

- Она ангел, Энджи. Такая милая.

Энджи хмыкнул в знак согласия.

- Могу я тебе кое-что сказать?

Энджи остановился и повернулся лицом к жене, подняв бровь.

- Я немного рад тому, что случилось... с ней.

Рей улыбалась.

- В таком состоянии она намного лучше, такая послушная и спокойная. Я... я не жалею о том, что сделала, понимаешь?

Кровь застыла и похолодело в жилах Энджи, пуская мурашки по массивному телу.

- Рей... только не говори мне, что ты сделала это не нарочно, не так ли?

Рей кивнула, слишком быстро, будто ждала этого вопроса.

- Я знаю я знаю. Это было не этично, неправильно. И если бы я могла, я бы забрала ее боль в мгновение ока. Но согласись, что сейчас намного лучше, верно?

Энджи не мог поверить в том, в чем призналась Рей.

- Я имею в виду, посмотри на нее сейчас. Она даже не пытается убежать. Она знает... она чувствует себя в бо́льшей безопасности с нами.

Рей вздохнула, проведя рукой по волосам.

- Я думал, что, до этого не дойдет. Думал, что после того, как Тоя позаботится о ее родителях, ей станет немного страшно оставаться на улице одной. Вот почему мы сказали ей, что они погибли в автокатастрофе.

Рей прижалась щекой к его груди.

- Меня пугает то, что я готова сделать ради нее, Энджи.

Энджи знал, что Даби как-то связан с тем, что случилось с твоими родителями, но и понятия не имел, что Рей тоже приложила к этому руку, или, точнее, именно она сказала Тойе избавиться от них. Энджи не знал, что делать с этой новой стороной своей жены.

Но он знал, что должен скрывать эту информацию от тебя, поэтому провел жену в их спальню, не зная, что ты уже услышала все, что нужно..

Ты поняла несколько моментов той ночью.

Во-первых, Рей и Даби убили твоих родителей.

Во-вторых, Рей, вылившая тебе на глаза горячее масло, не было каким-то приступом ее расшатанной психики и уж тем более, не было твоей личной галлюцинацией.

В-третьих, Энджи и остальные собирались встать на сторону Рей, несмотря ни на что.

Через несколько недель наступил твой день рождения. Братья и сестры ушли из дома, чтобы купить кое-что для дня рождения, оставив на попечение родителям.

Рей была на кухне и готовила угощение, а ты сидела рядом с Энджи в гостиной, пока он читал газету. Энджи уже с утра вручил тебе свой подарок. Это был гигантский плюшевый мишка с конфетами из Бельгии. Они были восхитительны на вкус, а шуршие фантики дарили счастье.

Когда ты встала, он спросил, куда ты идёшь.

Ты указала на коробку конфет в руке.

- Я хочу поделиться с мамой. Разве это запрещено?

Кротко спросила ты. Энджи все еще было не очень комфортно оставлять тебя и Рей наедине, особенно после ее признания. Но... если он не позволит тебе пойти к ней одной, ты всегда будешь бойся ее.

И не похоже, что Рей снова причинит тебе боль, верно? Кроме того, кухня находится прямо по коридору. Он уверен, что ничего плохого не произойдет. Он кивнул.

- Хорошо. Мне проводить тебя?

- Нет. Это вниз по коридору. Я справлюсь, это не так далеко

Затем Энджи позволил тебе уйти, сказав, чтобы ты позвала его, если что-нибудь понадобится.

Рей резала овощи, когда услышала твои шаги. Она обернулась и увидела, что ты стоишь рядом с кухней.

- Эй, ангел! Что ты здесь делаешь?

Ты все ещё оставалась за порогом кухни на всякий случай, начиная диалог.

- Я хотела поделиться конфетами, которые папа подарил мне. Хочешь?

- О, ты такая очаровательная.

Рей быстро вытерла руки кухонным полотенцем, прежде чем подойти к тебе и провести в столовую. Она помогла сесть, прежде чем оказаться на стуле рядом с тобой.

- Хочешь, чтобы я взяла твои конфеты? Но разве папа не подарил их только тебе?

Ты закусила губу, отвечая.

- Ну да, но я... я хотел поделиться ими с тобой, чтобы я могла... я хотела поблагодарить тебя за заботу обо мне. И за то, что любишь меня. Я бы купила тебе что-нибудь еще в качестве благодарности, но мне нельзя выходить на улицу...

Пробормотала ты последнее предложение, но они не имели значения, поскольку Рей на эмоциях быстро обняла тебя.

- О, дорогая! Ты такой милая!

Рей взяла шоколадку из коробки, которую ты протянул ей.

- И эти конфеты действительно такие вкусные! Папа действительно любит баловать тебя, не так ли?

Рей нежно ущипнула тебя за щеку. Ты улыбнулась.

- Я рада, что они тебе понравились. Особенно, после всего, что ты для меня сделала. Если честно, тыы заслуживаешь их больше, чем я.

Рей застыла после твоих слов.

- Милая моя... о чем ты говоришь?

Ты улыбнулась.

- Что? Разве я не правда говорю? Ты заслужила эти конфеты, и все сладости, и цветы, и золотые медали за то, что ты лучшая мать.

Ты бросила конфету в рот, прежде чем продолжить.

- Ведь критерии очень высокие. Ты должна не только иметь намерение убить ради ребенка, но и совершить это убийство. Затем похитите чужого ребенка и заставьте его подчиняться твоим правилам. И если она будет плохо себя вести, ты так же должена наказать ее, верно? Потому что за хорошее поведение получают шоколад.

Ты положила на язык еще одну шоколадку.

- А плохое поведение должно быть наказуемо, например, спалить глаза кипятком.

(прим.ого..смело и глупо).

Рей просто недоверчиво посмотрела на тебя. Как ты... ты не слышал, как они разговаривали прошлой ночью, не так ли?

Или Даби сказал тебе? Рей смотрела на тебя, пока ты ела очередной кусочек своего подарка.

- Интересно, после того, как ты меня убьешь, тебе дадут конфеты или цветы?

- Д-дорогая, ч-что о чем ты говоришь? Я бы никогда не причинил тебе вреда!

Ты мрачно усмехнулась.

- Нет-нет. Ты делала это и раньше, и я знаю, что ты сделаешь это снова. В конце концов, тебя пугает то, что ты готова сделать для меня.

Ты поглаживаешь ее щеки, ощущая теплоту ее слез, стираешь их рукавом праздничной рубашки.

- Я не говорю, что у тебя есть намерение убить меня. Нет, ты просто снова причинишь мне боль, еще один маленький несчастный случай. Но на этот раз я не выживу. Я просто надеюсь, что вы похороните меня где-нибудь, где много свежего воздуха, может быть, на холме с прекрасным видом на море?

Рей, наконец, не выдержала твоих слов, создающие дыру в ее груди, упав на колени и вцепилась в твои ноги.

- Пожалуйста! Т/и, пожалуйста, прости меня! Пожалуйста, милая, я... я просто хотел для тебя самого лучшего. Я не хочу, чтобы ты умерла, я... я обещаю, что больше никогда не причиню тебе боль! Мне жаль! Мне жаль. Пожалуйста, детка, я сделаю все, что угодно. Просто прости меня!

Ты вздохнула.

- Что угодно? Не понимаю, что ты имеешь ввиду.

Рей энергично кивает головой, как болванчик, слезы смыли праздничный макияж.

- Я все сделаю! Просто скажи мне, что ты хочешь!

Ты постучала пальцем по подбородку, делая вид, что думаешь.

- Принеси нож. Острый.

Глаза Рей расширились.

- Ч-что?

- Ну... это единственное решение, чтобы ты тоже была наказана. Ты же хочешь искупить свои грехи, верно?

- Л-ладно.

Рей пошла на кухню и принесла с собой большой нож.

- Запри дверь.

Рей сделала, как ты и сказала. Ты протянула ладонь, ожидая, пока она вложит нож и встала прямо перед Рей. Приказав женщине встать у стены, ты начала играть с острым кончиком холодного металла.

- Я хочу сделать тебе больно. Я так хочу сделать тебе больно. Хочу, чтобы ты почувствовал боль, тот ад, через который мне пришлось пройти.

«Вот оно что, - подумала Рей, - ты меня убьешь».

Почему-то ее это устраивало.

- Я хочу, чтобы ты знала, что проиграоа в своей игре. Я хочу, чтобы ты знала, что ты плохая мать. Эгоистичная, плохая мать.

Рей вновь начала рыдать от твоих слов, которые давили, выкручивали всю ее душу. Причиняя боль лишь словами того, какая она плохая мать.

- Посмотри на меня. Я хочу, чтобы ты запомнил этот момент.

. И с этими словами ты поняла нож, прежде чем ударить им в свой живот.

Два крика разорвали поместье. Рей бросилась к тебе, ее дрожащие руки пытались вытащить нож.

- Что ты сделал?! Что ты натворила?!

Рей кричала, ревела, психоз накрыл ее с головой. Энджи, встревоженный криками, несколько секунд стучал в запертую дверь, прежде чем сжечь ее, и зрелище, которое он увидел... было не чем иным, как кошмаром.

Ты лежал на полу, кровь брызнула изо рта, рубашка была в пятнах крови и Рей. Рей, склонившись над твоим телом с окровавленным ножом в руке, кричала:

- Прости! Мне жаль!

Энджи бросился к тебе, грубо оттолкнув Рей в сторону. Ты, кашляля кровью, отвернулась от него, пока не почувствовала, как он коснулся твоего лица.

- П-папа...

Ты захныкала, прежде чем твоё дыхание остановилось.

- Нет-нет-нет!

Энджи быстро схватил твое обмякшее тело на руки и выбежал из дома в сторону больницы, продолжая скандировать «нет», потому что не хотел верить в то, что не смог защитить тебя.

Что ему снова не удалось спасти свою дочь .

...

Гг достаточно смелая, чтобы подставить ее...

В то же время, Рей, женщина которая любила чужого ребёнка (скорее всего, гг -дочь ее друзей или соседей), просто безжалостно убила их, чтобы самой занять их место - очень жестоко.

Автор упомянул о 5 разных концовках...может, что-то будет дополнительно...потому, что у на ещё есть линия с крёстным отцом - Ястребом, который и понял, что произошло и в чем виновата Рей и Даби.

Вообще, как я поняла, это не то что фанфик, но и не разные драбблы; это что-то совместное, без точной временной линии...

Так что, если автор не будет ленив, нас ждёт много интересных историй Яндере Тодороки...