Фото на память
«— Каччан! Давай сделаем фото на память!
— Тогда почему ты всё ещё не здесь?
— Спасибо!»
Фото, которое было сделано несколько месяцев назад, аккуратно стояло в рамке на комоде, где, в общем-то, находились и другие фотографии, но эта… Была какой-то особенной.
Эта особенность появилась совсем недавно. Бакуго начал замечать эту маленькую вещицу всего лишь пару недель назад. Он каждый раз, когда заходил в дом, натыкался на эту рамку, потом опрокидывал ее, но через пару минут ставил обратно. Такое вот глупое занятие было у Бакуго… Но глупое ли?
«— Хей, Каччан… Куда мы пойдём на выходных? Может свидание?
— Кафе, кино или парк?
— Хе-хе»
Время ужина. Бакуго как обычно достает две тарелки, два набора бамбуковых палочек, две ложки и аккуратно сервирует стол. Следом возвращается на кухню, где доготавливает излюбленный кацудон, который через пару минут оказывается в специальных тарелках. Потом он разогревает лапшу в общей тарелке, чтобы можно было потом наложить себе столько, сколько захочется. Далее на стол отправилось рагу, для которого и предназначалась ложка. И вот, стол почти накрыт, осталось поставить несколько соусов и можно приступать к трапезе.
«— Ты не говорил, что любишь мороженое.
— Потому что я постоянно говорю, что люблю только тебя.
— Каччан! Это было нечестно!»
Еда получилась как всегда очень вкусной. Бакуго будто в первый раз это всё пробовал. Но чего-то не хватало. Бакуго поднимает взгляд и видит поникшего зеленоволосого парня.
— Хей, Деку, ты чего не ешь?
Тишина.
— Я специально не добавлял много перца, как ты любишь.
Молчание.
— Тебя что-то беспокоит? Ты можешь мне рассказать.
…
— Я забыл пожелать тебе приятного аппетита?
…
— Деку! Посмотри хоть на меня!
…
— Деку!
— Ты… правда думаешь, что я слышу тебя?
— Ч-что?
— Ты всё ещё видишь меня?
— Почему я не должен?!
— Хей, Каччан… Ты меня всё ещё любишь?
— О чём ты, черт возьми, говоришь?!
— Помнишь, как мы с тобой ходили парк и тогда ты сделал мне предложение… Это было так мило, я не мог перестать плакать.
— Конечно помню, задрот, я долго готовился.
— А когда мы начали жить вместе? Наши обеды? Совместные патрули? Тренировки? Обеды? Помнишь, мы смотрели на кроликов и ты говорил, как я на них похож? А первое свидание? Падение? Слёзы?
— Погоди-
— Истошные крики и просьбы о помощи?! Помнишь, ты кричал, срывая горло?!
— Что ты несёшь?!
— Вспоминай, Каччан! Ты не должен так жить! Вспоминай!
— Я НЕ ПОНИМАЮ ТЕБЯ!
— Обломки! Кровь! Шум в ушах! Пятна перед глазами! Ты держишь меня трясущимися руками, пока я-
— С-стой…
— …прошу тебя оставить-
— Прекрати…
— …меня одного и спастись-
— ЗАМОЛЧИ!
— …тогда я хотел, чтобы ты остался жив, потому что знал, что кровь, которую я потерял-
Бакуго ударяет рукой об стол. Он не видит. Его глаза наполнены слезами. Он вытирает их рукавом кофты. Он снова поднимает взгляд. Но никого нет. Тарелка стоит пустая. Стул аккуратно задвинут. Из звуков только тиканье часов. Бакуго вспоминает.
Это был обычный вечерний патруль. Героев Деку и Динамита отправили осмотреть западный район. Они были не против. Они спокойно обходили переулки, обсуждая планы на выходные. Ничего не предвещало беды, но в один момент неожиданно прогремел взрыв. Один из домой начал разваливаться. Герои быстро среагировали и начали эвакуировать людей. Подмога уже была близко. Всё происходило слишком быстро. Бакуго действовал на автомате, доверившись Деку. «Каччан, следи за обвалом, я выведу людей». Было неспокойно. Но Бакуго наблюдал, как отважно кроль шнырял туда-сюда, вытаскивая всё большее количество людей. И вот Деку опять забегает во внутрь. Проходит несколько минут, но его всё нет. Бакуго считает секунды и кричит в встроенный микрофон.
Тишина.
Бакуго срывается с места, доверяя работу прибывшему подкреплению. Он забегает в подъезд и не знает куда бежать. Куча обломков, ничего не видно. Он пробирает на этаж выше. Ничего, всё завалено. Ещё выше. И потом ещё… Он слышит тихие стоны и шипение. Он снова срывается и бежит на звук. Под обломками, на куске бетона лежит Деку. Его живот был насквозь пробит арматурой. По щекам текли слезы, а со рта струйками текла кровь.
Бакуго застывает на секунду при виде всего этого, но потом резко подбегает к веснушчатому.
— Деку! Деку, ты слышишь меня? Деку!
— К-каччан? Ты пришёл…
Деку пытался улыбаться, но выходило не очень.
— Слушай, не напрягайся. Сейчас прибудет помощь и мы вытащим тебя, слышишь?
— Всех людей вывели?
— Конечно, а как ещё-
— Помнишь… Я обещал тебе подарить набор альпиниста? Так вот… Кха…
— Заткнись и ничего не говори.
— Я давно купил его… Кхе… Но не знал, как подарить…
— Молчи, Деку.
— Он лежит… Кха… У меня в шкафу…
— Ты истекаешь кровью! Заткнись!
— Хей, Каччан… Пообещай мне, что не сойдешь с ума… Ты мне таким не нравишься…
— Что ты несёшь?!
— Я люблю тебя, Каччан, большего всего… тебя… Каччан… люб…
— Хей… Деку? Деку! Деку, очнись! Ч-что ты… Изуку! Твою мать! Только не говори, что ты решил сдохнуть у меня на руках! Я тебе не разрешал! Изуку! Ты обещал мне детей, чертов задрот! Ты, блять, можешь хоть раз сделать, как я прошу? Слышишь?! Только попробуй умереть тут! Открой глаза! Изуку! Х-хей… И-изуку… Х-хей… Т-ты слышишь меня? Нет… Ты не можешь… Нет…
Темнота.
И снова свет. Но уже не такой яркий. Не такой свежий. Не такой жизненный.
— Ты вспомнил, Каччан?
Зеленоволосый подошёл сзади и положил руки на плечи блондина.
— Меня здесь нет. Это всё твоё воображение.
— Я прошу, замолчи…
— Я ведь просил тебя, не терять рассудок. На кого ты теперь похож?
— …
— Хей, Каччан, я всё ещё люблю тебя. Помни это…
Силуэт растворяется. На глазах Бакуго снова слезы.
Он резко поднимается со стула и бежит в ванную.
Он хватает бритву. Не свою. Ту самую. Забавную. Зелёного цвета.
Резким движением лезвие ранит руку. Опять кровь. Много крови.
— Каччан! Ты что творишь! Ты не должен это делать! Каччан!
Ещё движение. Ещё. Ещё. И ещё.
Вновь темнота.
Вновь свет.
И теплые прикосновения.