•Обещания надо исполнять...•
Цумэ вернулся только на следующее утро и свернулся в клубок у стены, в своём углу.
— Вот балда! — ругнулась Алекс на брата.
— Спасибо, я знал это! — ответил Цумэ подняв с глаз кончик хвоста, чтобы посмотреть на сестру.
— Тю-тю-тю! Какие мы всё злые! — фыркнула Алекс.
— Ха-ха-ха, как смешно! — с ноткой призрения проговорил он, и снова накрыл глаза хвостом.
«Вот идиот!» — подумала Алекс, но тут услышала тихие шаги. Она настороженно уставилась на дверь, ожидая, что кто-то может войти. Цумэ тоже смотрел на дверь, вскинув голову и ощетинившись. Потом поднялся на лапы, прорычал что-то нечленораздельное, вздыбил загривок и повёл ушами.
Тут открылась дверь и в комнату зашла исине-чёрная волчица, с голубыми глазами. За ней вошёл волк золотого цвета, и, как обратила внимание Алекс, проплешинами на шее, которые мог оставить только ошейник.
Услышав скрип двери, Киба проснулся, а Тобоэ оторвался от блокнота. Кэтрин посмотрела на Цумэ, а тот только пригладил загривок и успокоился. Серый волк сел, обвив лапы хвостом.
— Хиге! Блю! Где вы были? — вскрикнул Тобоэ, приняв волчий облик и подскочив к пришедшим волкам.
Цумэ слегка склонил голову набок и сказал:
— Здрасте.
Алекс даже ухом не повела. Пока всё обменивались приветствиями, она молча достала бутылку с кровушкой, которую ей дал Рудольф, и начала пить. Ей было ясно, что Хиге и Блю — это знакомые Цумэ, как Киба или Тобоэ.
— Здравствуй. — поздоровалась Блю, подойдя ближе.
— Ага, да... Guten Morgen*! — отозвалась Алекс, косясь на Блю с недоверием.
— Меня зовут Блю. Приятно познакомиться. — фраза на немецком явно озадачила собеседницу и Алекс это заметила.
— Я Алекс. Норд Алекс. — буркнула она. Потом добавила, когда сделала ещё глоток Красной жидкости. — Взаимно.
— Это Хиге. — Блю кивнула в сторону золотого волка.
— Приятно познакомиться! — отозвался тот.
— Ага, да...
«Не могу сказать того же...» — раздражённо подумала Алекс. Она о чём-то задумалась, а потом предложила Цумэ пошастать по городу вдвоём. Тот согласился, на последок буркнув:
— Распологайтесь!
***
Алекс сделала прыжок с одной крыши на другую. Цумэ последовал за ней.
— Слушай, а ты помнишь, что тебе во сне наш «отец» сказал, что, мягко говоря, заберёт тебя с собой? — спросила Алекс.
— Помню. — ответил Цумэ. Он посмотрел на город, что был в низу.
— Ты думаешь, это правда? Ведь он, вроде как, дал слово... — грустно сказала Алекс.
Цумэ вздохнул и обнял её.
— Этого не случится, слышишь? — сказал он. — Мало ли что этот труп ходячий наобещал! Я ему не верю. Да и ты не верь.
Цумэ отпустил Алекс и посмотрел в её глаза, чуть улыбнувшись. Сестра на это кивнула и улыбнулась сама.
Они пошли дальше по крышам. Но тут...
— Куда торопитесь, волчатки?— бархатный голос прозвучал за спинами волков.
Оба обернулись. Так и есть — за ними стояла мать. Потом и остальные показались.
— Мне было обидно, что мой родной сын не верит в честь данного слова! — с наигранной обидой сказал отец.
— Мне так стыдно, просто умру от стыда! — окрысился Цумэ. Он осторожно сжал в руке, которая была за спиной, рукоять кинжала.
— Ах ты щенок! — рявкнул отец.
— Я уже не щенок, но и не подросток. Я взрослый волк, что хочу, то и ворочу! — презрительно фыркнул серый волк.
Он знаком показал сестре бежать. Та заупрямилась.
— Цумэ, нет! — воскликнула она.
— Беги и не оглядывайся... Я сам разберусь... — тихо сказал Цумэ.
— Я... Я никуда не пойду, слышишь?! Никуда, хоть убей! — сказала Алекс, но серый волк понял, что она колеблется.
—Беги, я вернусь как смогу... — он повернулся к сестрёнке, и с любовью и нежностью посмотрел на неё. — Беги. Всё будет хорошо, я обещаю...
Алекс бросила на Цумэ последний взгляд, в котором отражались всё те чувства, с которыми сам Цумэ на неё посмотрел. Потом она побежала в сторону заброшки. Вскоре волчица растаяла в дали.
— Не веришь мне, значит... — проговорил отец, подойдя к своём сыну.
Тому ничего не оставалось, как идти к краю. Но он краем глаза смотрел, где находится эта пропасть.
— Обещания надо исполнять, даже если это угроза убийства, Цумэ... — сказал отец, покачав головой.
Он резко схватил Цумэ за воротник кожанки, да так, что едва не придушил его.
— Я сдержал своё слово, потому что я сейчас убью тебя! — сказал отец на прощание.
— Да пошёл ты... — прохрипел Цумэ.
— Бай-бай, дорогой мой! — криво усмехнулся отец и с силой толкнул Цумэ с крыши.
«Класс, теперь мои мозги размажет по асфальту!» — раздражённо подумал Цумэ.
Это были его последние мысли. Он упал и разбился насмерть...
_-_-_-_
Guten Morgen! — Доброе утро! (Немецкий)
_-_-_-_