Наследник

Спустя несколько минут, Тоби тоже сидел у обрыва, свесив ноги вниз и болтая ими в воздухе. Хидан же не заметил Тоби, так как был в ярости, он всё думал, за что правительство так обошлось с кланом? Да, они были бессмертные, так как все имели веру в Джашина, НО! Когда член клана Мацураси находит себе любовь, настоящую, и если она взаимна, то человек, который полюбил члена клана, должен проткнуть его сердце колом, чтобы якобы пометить Мацураси. Тогда Мацураси теряет бессмертие, тем самым как бы обретая покой, а пока сердце не помечено, они не умрут, пока не найдут любовь. Но вы скажете, если после прокола сердца Мацураси становится смертным, то как он выживал после таких ран? Легко и просто. Если Мацураси кто нибудь ударит, проткнёт, или попытается убить, использовав для этого помеченное сердце, то Мацураси не умирает. Иными словами рана от кола и помеченное сердце, как источник жизни.
Так вот вернёмся к теме. Почему правительство решило истребить клан? Они же просто верили в своего бога, да, для него нужны жертвы, и что? Это тоже самое, что если бы другая деревня поклонялась богу Огня, а тому каждый год надо было преподносить сгоревшее тело, чтобы получать удачу и силу, которых собственно и не могла быть. Хидан просто не мог принять этого, не мог понять, почему с кланом так поступили?
—Тоскуешь по клану, да?—внезапно прервал тишину детским голосом сказал Тоби.
—Завались!
—Я понимаю, всю Вашу горечь, но я потерял всё: друзей, семью, клан в последствии. Я несу в себе столько же боли, сколько ты сейчас.
—Да откуда ты... Подожди. Что ты сказал?
—Я потерял всё: друзей, семью, клан.
—В смысле? Поясни-ка.
—Когла мне было лет 14-16, я уже точно не помню, мы с моим другом, а также сокомандником, спасали девушку, которая тоже была в нашей команде. Она находилась в пещере, мы её освободили, но когда всё начало рушиться, я смог защитить своего друга и ту девушку. Я подставился под камень. Половину моего тела заменило другое. Тот, кто меня спас тогда не разрешал мне видеться с друзьями. Но когда я вновь пришёл в ту деревню, я увидел, как мой друг убивать ту самую девушку. Я пытался сбежать от этой боли, я ведь любил её. Семья — что уж про неё говорить. Нельзя было мне с ними общаться. Клан — Итачи убил их. Но я уже не помнил практически никого. Но всё же это больно, видеть, как твои родственники умирают.
—Ты сказал Итачи? Он же один клан убил, и то свой. Как их там, Уки... Ути... Учихи, точно!
—Да. Я Учиха.
—Не неси ерудны, Тоби!
—Я Учиха.
—Эм...нет.
—Да. Прими это.
—Ух...ладно. Помнишь, ты тогда хотел сказать причину, почему ты называешь меня семпаем. Скажи почему.
—Я...я...-но не успел Тоби договорить, как сзади раздался незнакомый голос.
—Что вы здесь делаете? Это покои Джашина-самы, как вы смеете здесь быть?—сказал молодой голос. Тоби и Хидан развернулись. Сзади них стояла группа парней, тот, который говорил, был одет похоже, как и Хидан — чёрный плащ, одетый поверх голого торса, плащ был расстёгнут до пресса, внутри плаща была белая подкладка, а на нём не было изображений, также, как и на плаще Хидана. На нём были одеты чёрные штаны, обувь шиноби, но протектора не было.  На груди блестел серебряный символ Джашина. За плечом он держал красную косу с двумя лезвиями. У него были светло-зелёного цвета волосы, глаза — тёмно-малиновые. Передние пряди волос немного свисали на лицо.

За этим парнем, стояли ещё — видимо его друзья, они были одеты обычно, на них тоже были амулеты Джашина, но кос не было. Вместо них катаны, мечи и всё в таком роде.
—Эй! Что ВЫ здесь делаете?!—крикнул Хидан, он встал с травы, немного отошёл от обрыва, в руке он уже держал свою косу, а свободной рукой заслонял Тоби, который уже находился за его спиной.
—Мы — поклоняемся Джашину, а вы сейчас стоите на территории храма Джашина! Вы должны быть убиты, чёртовы атеисты!—кричал главный.
Мгновение, и за главным парнем уже лежали рассечёные трупы.
—Ты тут мне не ори! Ты даже о Джашине-саме ничего не знаешь, а также не знаешь о том, что те, кто не из нашего клана не могут исповедовать веру без нашего разрешения! Ты хоть знаешь, где стоишь?—кричал Хидан.
—Ах ты! Я из клана Мацураси, этот клан исповедует веру испокон веков!
—Стой, Мацураси? Я тоже. И ты сейчас стоишь в разрушенных имениях.—удивлённо воскликнул Хидан.
—Как твоё имя?
—Хидан.
—Я Рьюки.
—Рьюки? А...ты сын моей сестры. Ты чё, мой племянник типо?
—Да. Получается, что да. Но что ты здесь делаешь? Разве ты не мёртв?
—Э, какой мёртв! Я своими руками похоронил весь клан!—крикнул Хидан и указал рукой на место с камнями.
—Так это что... Ты был тогда там? Ты был, когда истребили клан? Почему ты не нашёл меня? Почему не спас?
—Извините!!! Я тебя спас как бы! Когда пришло правительство, я первым делом схватил тебя и вытащил из огня. Моя сестра, она просила, чтобы я о тебе позаботился.
—И почему ты не заботился обо мне?
—А ты как думаешь? Всю вину свалили на меня, а про тебя сказали, что твоё тело сгорело!
—Ч-что? Н-но моя мама говорила мне, что ненавидит тебя, да и моя ненависть к тебе росла. Я не могу тебе доверять.
—Не хочешь — не верь. Но это она лгала тебе, а не я. Мы были в очень хороших отношениях. Итак, давай закроем эту тему. Тебе кстати повезло, что я тебя не убил.
—Ага, и не говори. Так зачем ты пришёл сюда спустя столько лет?
—Я хочу одного пацана наградить. Он спас меня. Я сделаю его бессмертным, а также он унаследует веру.
—Этого?—спросил Рьюки, указав на Тоби.
—Нет. Шикадай, иди сюда!—крикнул Хидан, заметя брюнета рядом с "кладбищем". Шикадай послушно подошёл к ним
—Чего тебе, Хидан?—со злобой сказал младший.
—Извини за то. Рьюки, это мой ученик, Шикадай.
—Здарова.—лениво отозвался Шикадай.
—Ученик? Вот до чего докатился клан Мацураси...
—Он меня спас, не говори так о нём.—сказал Хидан.
—Хидан? Извини, я не буду твоим учеником. Я не уже не могу определиться, что я хочу, и от этой своей глупой гордыни(гордости) я отказываюсь!—крикнул Шикадай.
—Что ты имеешь ввиду?
—Прощайте...—улыбнулся Шикадай и в следующий миг он уже летел с обрыва.
—Ш-шикадай... Я тебя не заставлял...—тихо произнёс Хидан. Вообще, этот малец для Хидана почти ничего не значил. ПОЧТИ!!! Ему было жаль, что, как считает Хидан, из-за него умер его же спаситель.
Послышался крик. Такой громкий и оглушительный, а затем удар о землю. Он смешался с эхом от крика и теперь это были лишь звуки. Последние звуки Шикадая. Он сам не думал, что так получится.
—Оу, Хидан, только не плачь, как баба!—крикнул Рьюки.
—Эй, Рьюки, знаешь что? Мне ни капельки ни жаль!—крикнул в ответ Хидан, а затем ушёл осматривать окрестности бывшего здания клана. Он давно здесь не был.