10
~~~
Алекс быстро ходил по комнате в поисках своего мобильного телефона, запинаясь на каждом шагу. На столе лежали распечатанные листы с информацией о Венеции. Парень собирался посетить Кетрин и показать собранный материал про подходящий тур, длящийся целый месяц. Он уложил почти все вещи в небольшой тёмно-синий рюкзак, осталось лишь найти телефон. Но вот эта вещица как раз и затерялась в недрах комнаты.
— Мам, ты не видела мой мобильный? Я уже опаздываю. Кэти ждёт меня, — крикнул парень и заглянул под батарею, где оказалось чересчур пыльно и темно. В этот момент в комнату вошла Эмелин и присела на край постели.
— Нет, милый, не видела, — ласково ответила она сыну. — Попробуй позвонить с домашнего телефона, по звуку найдёшь, — посоветовала женщина.
Но звонить не пришлось. Услышав знакомый рингтон своего телефона, Алекс нашёл его под подушкой. На экране высветилась фотография и номер матери Кетрин. Первое, что пронеслось у парня в голове, была мысль о просьбе в помощи, но плохое предчувствие сделало своё.
— Слушаю, миссис Сандерсон, — ответил парень, кладя распечатки в рюкзак, — да, я собираюсь сейчас идти к Кэти.
Эмелин пристально следила за лицом сына. Бодрый настрой в секунду куда-то пропал, а в глазах читался страх. Его пухлые приоткрытые губы что-то твердили сами себе.
— Как не надо идти? — испуганно проговорил он и подошёл к окну, всматриваясь в прохожих. — Как?! — уже кричал Алекс, не сдерживая себя. Он сжал кулаки с такой силой, что костяшки рук вмиг побелели. — Что Вы говорите? — его голос начал срываться. Кажется, ещё минута, и из глаз потекут слёзы. Лицо напряглось и стало багровым. Сердце отбивало бешеный ритм, оно вот-вот вырвется из груди.
Эмелин быстро вскочила с дивана, подошла к сыну и начала поглаживать его плечо, успокаивая. Но парень будто даже не замечал её, он сильно сжимал телефон, боясь его выронить.
— Этого быть не может! — отчаянно проговорил Алекс. — Как? Я ещё вчера с ней разговаривал! С ней всё было хорошо. Она смеялась, и мы собирались в путешествие!
Тут он резко бросил телефон на пол так, что все детали разлетелись в разные стороны. Алекс сел на постель, схватив себя за волосы, и крупные мужские слёзы потекли по лицу. Его тело дрожало. Вновь.
Все мечты и надежды в момент рухнули. Парень как будто упал с огромной скалы, и это не его любимую Кетрин будут хоронить, а его самого.
— Она умерла, — прошептал Алекс. — Кэти умерла. Остановка сердца.
~~~
Алекс стоял перед могилой Кетрин и не верилсвоим глазам. Дрожь окутала всё тело.
«Нет, этого не может быть! Это не она, не мояКэт. Скажите, что всё это шутка, розыгрыш!» — проносились мысли в егоголове. Он смотрел на её безжизненное маленькое бледное тельце, на этопрекрасное лицо, которое парень любил больше жизни. Смотрел на эти нежные алыегубы, которые он так обожал целовать. На её маленькие хрупкие ручки, лежащие наеё груди.
Алекс смотрел на девушку, не обращая вниманияна множество людей вокруг, которые стояли в чёрной траурной одежде с венками.Их действительно было много, кажется, что весь город пришёл попрощаться с душойи телом всегда жизнерадостной, доброй и отзывчивой Кетрин Сандерсон.
Мать девушки сидела около гроба и громкогорестно плакала, гладя свою дочь по щеке и что-то причитая. Опухшие красныеглаза глядели лишь в одну точку — лицо Кетрин. Из-за рыданий не былопонятно ни единого слова, да и это было не важно. Каждый видел её боль и словнопереживал вместе с ней.
Уилл Сандерсон стоял рядом и обнимал за плечисвою жену. Было видно, как дрожали его руки, как долго он смотрел и не моргал,как дрожала венка на его шее.
— Кэти, Кэт, — истерически шепталмужчина за спиной Алекса и вытирал рукавом слёзы.
Все говорили имя девушки, вспоминали абсолютновсё хорошее из короткой жизни Кетрин. Из всех уголочков доносился плач, вселюбили этого светлого человека.
— Прости, прости, прости, —повторяла сидящая на лавочке девушка, зарываясь лицом в ладони. Она еле дышала.
Когда могилу закрыли и начали заколачиватьгвоздями, только в этот момент Алекс понял, что всё. Всё кончилось. Он большеникогда не увидит Кетрин, никогда не увидит её озорную улыбку, её насыщенныезелёные глаза, никогда не возьмёт её за руку не проведёт рукой по шёлковымволосам девушки. Из парня словно выбили весь воздух, и он начал задыхаться. Вего глазах помутнело. Резко прибыла вся пропавшая когда-то энергия.
Алекс побежал, расталкивая плачущих людей. Онне знал, куда бежал и зачем. Его ноги несли сами.
Ему хотелось выплеснуть хотя бы маленькуючасть этой душевной боли, хотя бы на минуту почувствовать себя озарённым исчастливым человеком, которым он был совсем недавно, танцуя на выпускном сКетрин.
«Это я виноват. Я! Я её убил!» — словновыстрелами проносились мысли в его голове.
Алекс бежал. Мимо проносились улыбающиеся лицанезнакомых прохожих, которые наверняка даже не знали о горе Сандерсонов.
Впереди виднелся мост. Тот, который в любоевремя суток делил печаль и тревоги жителей и скапливал их в свою огромнуюкопилку грустных физиономий. Добежав до моста, парень, одетый в чёрный фрак,остановился и начал глубоко дышать.
«Прости, прости меня, моя Кэти, это я во всёвиноват!» — уже кричал он. Прохожие люди неодобрительно смотрели на него,но находились и те, кто жалел Алекса, те, кто подумал: «Не делай этого,парень!».
Он подошёл к краю старого моста и началсмотреть вниз на сильное течение реки. В нём булькались маленькие камешки иветки деревьев с зеленью. Алекс вспоминал моменты, проведённые вместе с любимойдевушкой. А ведь совсем недавно он сидел вместе с ней за одной партой, и она,как колокольчик, громко смеялась над шутками парня и не обращала внимания назамечания преподавателей.
Он вспоминал и улыбался. Плакал, и сноваулыбался.