За пределами Вселенной

- Джейс, посторонись, а то снесу! - прокричала Клэри, не сбавляя скорости бега. Она неслась по коридору Института и заметила парня, который только что вышел из собственной комнаты, тем самым преграждая ей путь. Вейланд тут же прижался спиной к стенке и удивленно посмотрел, как мимо него на бешеной скорости промчалась рыжеволосая нефелимка.
- Ты куда так несешься? - крикнул он ей вслед.
- Тренировка, - донесся до него ответ охотницы, которая уже скрылась на лестнице. Одного слова парню хватило, чтобы понять причину такой спешки Фрэй. Он посмотрел на свои наручные часы и усмехнулся.
- Чувствую, скоро опять будут крики. Как прекрасно, - стрелки показывали без двух минут девять часов утра, а это значило, что Клэри нужно добежать до тренировочного зала за эти две минуты, иначе Алек снова будет в гневе.
Каждая тренировка Алека и Клэри неизменно заканчивалась ссорой, впрочем, она частенько именно с неё и начиналась. Кларисса Фрэй попала в Институт Нью-Йорка ровно три месяца назад, когда её мать похитили демоны, посланные отцом самой Клариссы. До того дня девушка не знала о том, что она сумеречный охотник, как и её мама, что один лучший друг семьи - Верховный маг Бруклина, а второй - вожак стаи оборотней. Все свои восемнадцать лет нефелимка считала себя обычным человеком, и думала, что её отец погиб за несколько месяцев до её рождения. Все восемнадцать лет своей жизни Клэри Фрэй жила во лжи, даже не подозревая, что настоящая её фамилия - это Моргенштерн, а её отец - это враг всего сумеречного мира, к которому она принадлежала еще с самого детства, хоть и не знала этого.
С того ужасного дня, когда охотница узнала обо всем этом, прошло три месяца, и за это время многое изменилось. Сама Клэри настолько привыкла с сумеречному миру, что не представляет, как жила до этого. Здесь, в Институте, она нашла себе друзей, которые стали ей как родные. Изабель Лайтвуд стала для неё той подругой, которых часто описывают в книгах: идеальная, веселая, раскрепощенная, но в то же время нежная в душе и верная девушка, которая всегда поддержит и пойдет с тобой куда угодно: хоть в клуб, хоть в Преисподнюю. А вторым другом для неё стал тот самый Джейс, которого она только что чуть не сбила с ног. Их отношения можно описать двумя словами - сплошной сарказм. Эти двое все время находятся в своем особом мире, а их шутки не дано понять кому-либо, кроме них самих. Редко бывает такое, что с первой встречи завязываются вот такие отношения, которые помогают пережить трудные моменты.
Но в Институте жил еще один человек, только вот нужно несколько дней, чтобы полностью описать отношения Клэри и этого парня, а им был тот самый Алек Лайтвуд, на тренировку к которому она сейчас так спешила. Если у Фрэй и Вейланда с первой встречи завязалась дружба, и включился генератор шуток, то с Лайтвудом ситуация была кардинально противоположной. Первыми словами, которые они сказали, увидев друг друга были:
- Этой примитивной не место в Институте, - это слова Алека.
- А кто, собственно, сейчас говорит? Напыщенный индюк, строящий их себя великого и мудрого человека? - а это уже Клэри парировала слова парня.
Вот, в принципе, именно в таком русле происходили все их беседы после того дня. Только они упрямо не хотели замечать тот факт, что первая мысль, возникшая в голове, когда они увидели друг друга, была у них совершенно иной.
«Я пропал(а)» - вот какой она была. Но нефилимы не хотели обращать на это внимание и продолжали искусно играть свои роли, под названием ненависть.
- Хух, успела! - выдохнула Клэри, когда забежала в зал для тренировок ровно в тот момент, когда истекла последняя секунда отведенного на сборы времени.
- Нет, опоздала, - послышался холодный и безразличный голос Алека, который шел к столу, держа в руках лук - свое любимое оружие. - Два круга по залу, - коротко озвучил наказание Лайтвуд, даже не взглянув на девушку, которая аж рот открыла от такой наглости. Нет, она уже привыкла к тому, что за любое, даже самое незначительное опоздание или другую провинность на тренировке Алек наказывает её весьма специфичными методами. Он мог назначить дополнительные круги бега, отжимания, прыжки, упражнения с клинком и еще черт знает что, ведь в этом вопросе фантазия Алека была просто безгранична. И нефелимка покорно выполняла все это, хоть и не молчала, а все время возмущалась и пререкалась. Но сегодня её возмущению не было предела, ведь она не опоздала! Она пришла вовремя и не будет выполнять наказание, которого не заслужила.
- Я не буду бегать, Алек. Я не опоздала, - уверенно заявила Кларисса, сложив руки на груди и смотря на спину парня строгим и настойчивым взглядом. Правильней сказать, что она любовалась прекрасной спиной Алека, которая была обтянута черной майкой, так выгодно подчеркивающей каждую мышцу на мужественной спине охотника. Но это уже мелочи.
- Смело, - произнес Алек, не поворачиваясь к ней, - но глупо. Три круга по залу, - озвучил он новое наказание.
- Но...
- Четыре круга, а скажешь еще слово, и будет пять, - перебил девушку нефилим, поворачиваясь, наконец, к ней лицом. На его губах играла легкая насмешка, а вот Фрэй уже начинала закипать. Она сжала руки в кулаки и стала медленно подходить к Алеку, который с интересом наблюдал за её действиями, ожидая новый всплеск праведного гнева девушки.
- Я не собираюсь выполнять это глупое наказание, потому что не провинилась. Я пришла за секунду до окончания времени, поэтому ты не имеешь права назначать мне эти дополнительные нагрузки. И вообще, кто сказал, что ты можешь так надо мной издеваться? Это вообще против правил. Ты... - возмущенно высказывала Клэри все, что накопилось в голове за последние несколько мгновений, а Лайтвуд ухмыльнулся и перебил её.
- Все сказала? - спросил он с насмешкой.
- Нет, - ответила она, останавливаясь в нескольких шагах от нефилима. - Давай заключим пари: если ты победишь в тренировочном бою, то я соглашусь на наказание, а если выиграю я, то ты признаешь мою правоту, - сказала с хитрым блеском в глазах Кларисса, а Алек насмешливо поднял одну бровь и спросил.
- Ты вообще страх потеряла, Фрэй? Ты мне будешь бросать вызов?
- А ты боишься проиграть? - с не меньшей ухмылкой задала встречный вопрос Клэри. - Боишься, что кто-то может тебя обскакать?
- Единственное, чего мне стоит бояться, так это что я не удержусь и пришибу тебя во время боя. Слишком уж заманчивая перспектива, - с ухмылкой протянул Лайтвуд и отвернулся, чтобы подойти обратно к столу, но остановился, услышав сзади голос охотницы.
- Тогда докажи! Согласись на пари и докажи, что ты не трус! - дерзко воскликнула Кларисса, сама до конца не понимая, почему все это делает. Алек же остановился и какое-то мгновение стоял, молча, обдумывая что-то. Потом он вздохнул, на мгновение прикрывая глаза, и повернулся к охотнице, поднимая взгляд на неё.
- Хорошо, - ответил он. - Только приз слишком маленький. Не интересно и скучно.
- Называй свои предложения, - сказала нефелимка, стараясь унять дрожь от волнения.
- Хмм, это будет даже интересно, - тихо произнес Алек и сделал шаг к девушке, немного сокращая расстояние между ними. - Если выиграю я, то ты целый день будешь со мной во всем соглашаться и говорить, что я всегда прав, потому что умнее тебя и знаю, что к чему, - выдвинул свое предложение парень, а Фрэй еле заметно проскрипела зубами.
- Хорошо, тогда и мое условие меняется, - сказала она. - Если выиграю я, то ты исполнишь любое мое желание, - с ухмылкой произнесла нефелимка, и теперь напрягся охотник.
- Хорошо, - согласился он. - Бери свой клинок, а то на палках не интересно.
Взяв оружие, они вышли на центр зала и стали в боевые стойки, смотря друг на друга. Клинки в их руках засветились, готовые к бою, и Алек усмехнулся.
- Уверенна? Еще есть время отказаться.
- Тогда я с удовольствием послушаю, как ты отказываешься от этого спора, Алек, - парировала Кларисса.
- Что ж, тогда начнем, - сказал Лайтвуд и сделал первый выпад в сторону нефелимки, который она с легкостью отразила. - Когда я выиграю, буду с удовольствием слушать твои речи о том, какой я умный и мудрый, - с улыбкой протянул Алек, отражая удар Клариссы.
- Если, Алек. Если ты выиграешь, а не когда. Меня не так просто победить, потому что меня учил ты сам.
Слова девушки позабавили охотника, ведь они были похожи больше на комплимент, нежели на угрозу.
- Тогда не заставляй меня считать, что я плохой учитель, - ответил Алек, но следующая колкость, которую он хотел сказать, застряла в горле, потому что Клэри стала нападать по-серьезному.
Теперь необходимо было полностью сосредоточиться на бое, потому что каждый выпад был профессиональным и каверзным, грозящим принести поражение противнику. Клэри сделала шаг вперед и наклонилась вправо, но удар нанесла с левой стороны, тем самым вводя парня в заблуждение.
И то, что началось после этого, невозможно описать словами. Это был не бой, это было настоящее произведение искусства, невероятное зрелище, за которым можно наблюдать, лишь открыв рот от удивления и глаза - от восхищения. Их бой кардинально отличался от тех, которые были на обычных тренировках. Теперь Клэри не сдерживала свою силу, не поддавалась, а действовала по максимуму, зная, что партнер у неё очень сильный и способный, и понимая, что именно стоит на кону. Даже не желание, которое вынужден будет выполнить Алек в случае её победы, заставляло её наносить все новые и новые удары. Она хотела доказать ему, что она может! Может умело сражаться, может продумывать свои ходы, может победить его и доказать, что она - не примитивная, а сумеречный охотник, который может постоять за себя!
Их клинки скрещивались, чтобы уже в следующую секунду вновь полыхнуть ангельским светом и нанести новый удар, который будет точно так же отражен, как и предыдущий. Алек двигался профессионально, но и Клэри не уступала ему. Они действовали слажено и быстро, словно в них есть что-то от вампира и его скорости.
Между нефилимами во время этого боя летали такие искры и молнии, что можно было уже искать огнетушитель, ведь пожар не за горами. Они не отрывали друг от друга взгляда, но при этом точно определяли, куда же будет нанесен следующий удар. Они оба получали непонятное наслаждение от этого боя. Адреналина в их крови было так много, что они чувствовали какую-то необъяснимую эйфорию от каждого движения, от каждого удара. Когда Клэри удавалось застать Алека врасплох и нанести ему удар, который он не успевал отразить, она победно улыбалась, и это добавляло ей сил для последующих ударов. Алек же из последних сил пытался скрыть удивление во взгляде, потому что то, как сражалась Клэри, невероятно удивляло его и... заводило. Неожиданно даже для себя самого он понял, что хочет прижать её к любой поверхности в этом зале и поцеловать так, чтобы она забыла обо всем на свете. Эти мысли совсем не помогали ему, отвлекая от боя, поэтому он стал более рассеянным, и все чаще Клэри умудрялась застать его врасплох.
В какой-то момент Клэри пошла в наступление, частота её ударов увеличилась, и парню пришлось отступить на несколько шагов, в то время как она продолжала наступать. Но и Алек не собирался сдаваться, поэтому взял себя в руки, выбросив ненужные мысли из головы, выждал момент и сменил тактику, в несколько движений оттеснив Клэри назад и оказавшись у неё за спиной. Он одной рукой прижал руку Клэри, в которой она держала клинок, к её животу, таким образом не давая ей нанести удар, а сам прижал к её горлу собственный клинок, таким образом закрепляя свою победу. Это он так думал.
- Ну, что, готова признать свое поражение, Фрэй? - ехидно спросил Алек, наклонившись к самому уху Клариссы. Он, на самом деле, сейчас боролся с самим собой и огромным желанием поцеловать Клэри в шею, а затем проложить дорожку поцелуев от шеи к открытым в этой майке плечам, а потом не останавливаться и осуществить, наконец, свое самое большое желание, которое он испытывал со дня первой встречи с Клэри. Нет, не убить её, как думала Клэри, а обнять, поцеловать, сделать только своей и не отпускать никуда, связав с ней свою жизнь. Ну, первый пункт можно считать выполненным. Да, странные получились объятия, но все же.
Клэри, которая была прижата спиной к груди Алека, чувствовала, как тяжело и быстро он дышит, а его дыхание обжигало её кожу, словно адское пламя, пуская по всему телу мурашки. Она дышала так же тяжело, а сердце билось так быстро, что грозило выпрыгнуть из груди, если она сейчас не успокоится. Но успокоиться было нереально, потому что такая близость Алека сводила с ума. Поэтому Клэри решила, что пора выбираться из такого затруднительного положения, иначе она не ручается за свои поступки.
- И не надейся, Лайтвуд, - едко ответила Клэри, ехидно улыбнувшись, ведь в голове у неё созрел коварный план.
Одна рука Клэри была свободна, и вот именно ею она и воспользовалась. Она быстро подняла левую руку и прикоснулась ею к плечу парня, нажав на какую-точку, из-за чего он зашипел от моментально пронзившей его боли и выронил свой клинок. Два года назад Клэри со своим лучшим другом Саймоном записалась на курсы самообороны, и там её научили многим полезным приемам. А вот знание особых болевых точек и их использования - это бонус от инструктора, который из каждой своей группы выбирал по несколько самых способных учеников и учил их тому, как можно обезвредить человека с помощью одного прикосновения. Видимо, еще тогда сущность сумеречного охотника, которым Клэри являлась всегда, дала о себе знать, поэтому она с такой легкостью учила все приемы и в итоге стала одной из лучших учениц: как в физической самообороне, так и в обороне с помощью болевых точек. Правда она редко применяла эти познания, а вот сейчас они очень пригодились.
Боль в плече у Алека прошла буквально через несколько секунд, но он был обезоружен, и это давало огромное преимущество Клариссе, которая в ту же секунду, когда к её горлу перестал прижиматься клинок Алека, отошла на несколько шагов, подхватывая упавшее оружие. Теперь у неё в руках было два клинка, потому что она задумала нечто просто невероятное. И если ей удастся это провернуть, то Алек будет очень сильно удивлен.
- Ах ты ж зараза! - прорычал тем временем Александр и бросился вперед, не собираясь сдаваться. Он решил пойти против неё с приемами рукопашного боя и плевать, что в руках у нефелимки два клинка.
- Держи клинок, Лайтвуд, - усмехнулась Клэри, заставив парня остановиться. Она бросила ему его клинок, который он тут же поймал, и недоверчиво посмотрел на девушку.
- В чем подвох? - спросил он.
- Ни в чем, просто хочу победить честно, когда у обоих есть оружие, - с ухмылкой ответила Клэри, уже просчитывая следующий свой шаг.
- И не надейся на победу, - рыкнул Алек, скрывая свое удивление от поступка Клэри.
Он сделал резкий выпад в сторону Клэри и удивился тому, что она пропустила его удар, в последнюю секунду успев отклониться назад. Она немного повернулась, уклоняясь от следующего удара, и это вселило надежду в Алека. Он был уверен, что она уже устала, поэтому бой закончится его победой. Но откуда же ему знать, что все это часть коварного плана нефелимки?
Клэри, дважды увернувшись от удара Алека, сумела приблизиться к нему и стать таким образом, чтобы можно было быстро поднырнуть под правую его руку. Именно это она и сделала в следующую минуту после выпада Алека. При этом она подцепила своим клинком клинок Алека, из-за чего тот выронил свое оружие. Дело в том, что ему нужно было чересчур сильно вывернуть руку, чтобы удержать клинок, ведь Клэри оказалась за его спиной, не отпуская его клинка. Но это было невозможно сделать без перелома руки, поэтому ему пришлось отпустить рукоять клинка, который, впрочем, так и не упал на пол.
Клэри, добившись своего, с поразительной скоростью перехватила падающее оружие и, вновь вооружившись двумя клинками одновременно, перешла к последней фазе своего плана. Алек, который только что повернулся к ней лицом, успел только заметить нехороший блеск в её глазах, а в следующую секунду оказался зажат между двумя клинками, один из которых принадлежал ему самому. Просто Клэри, воспользовавшись замешательством парня, обернулась вокруг собственной оси, приближаясь к парню так, чтобы он не смог нанести удар, а, остановившись вплотную к нему, приставила к его горлу свой клинок. Но и этого ей показалось мало, поэтому, желая закрепить результат и свою победу, одновременно со своим клинком она прижала к шее парня сзади его собственный клинок, показывая, что путей для отступления нет. Но радость от победы пока что не захватила Клэри, потому что он внезапно поняла, насколько близко прижата к Алеку.
Она смотрела ему в глаза, чувствуя, как горячее дыхание парня касается её лица, и медленно сходила с ума. Хотя нет, теперь она поняла, что сошла с ума еще тогда, когда впервые увидела эти карие глаза, которые смотрели на неё с недовольством и брезгливостью. А сейчас, находясь так близко к нему, она видела в его взгляде удивление и еще что-то, но мастерски замаскированное. И больше всего ей сейчас хотелось узнать, что за эмоции сейчас скрывает Алек, что он чувствует, почему скрытая в его глазах эмоция отдаленно напоминает ей восхищение. Хотя нет, больше всего ей сейчас хотелось поцеловать его, но нужно быть адекватной и держать себя в руках, иначе один необдуманный её поступок разрушит все их отношения, которые удалось более-менее наладить.
Но она не могла отрицать, что ей невыносимо приятно ощущать, как быстро поднимается и опускается его грудь, к которой она прижата собственной грудью; как его горячее дыхание касается её лица; как черная майка обтягивает тело парня; как взлохматились после боя его волосы; и даже то, как катятся по его лицу капли пота. Ей нравилось в нем абсолютно все. Каждая мышца его тела была сейчас напряжена, и Клэри это тоже безумно нравилось. И она понимала, что самоконтроля с каждой секундой все меньше.
Они стояли так, и оба пытались отдышаться после боя. Алек был невероятно ошарашен и шокирован тем, в каком положении оказался. Она легко обезоружила его, и теперь его собственный клинок прижат к его шее. Это просто сносило крышу, но больше всего он сейчас сходил с ума из-за того, насколько близко они друг к другу. Их тела настолько прижаты друг к другу, что не оставалось ни сантиметра расстояния между ними. Руки Алека были опущены вниз вдоль тела, но как же ему хотелось положить их на талию девушки и прижать её к себе ещё сильнее, а потом впиться в её губы поцелуем, наплевав на все, и на прижатые к горлу клинки в том числе. Но он понимал, что этого делать нельзя, нельзя показывать свою слабость перед ней и свои чувства, поэтому он лишь сжал крепче кулаки и продолжил смотреть на неё. Огненные волосы девушки выбились из идеального хвоста, и теперь несколько прядей обрамляли её лицо, и он боролся с тем, чтобы не провести пальцами по нежной коже её лица, заправить прядь волос ей за ухо и поцеловать. Губы девушки были немного приоткрыты, её быстро вздымающаяся грудь была прижата к его груди, и это еще больше сводило с ума Алека и заставляло его молить Ангела о самоконтроле. В его голове сейчас не было ни одной адекватной мысли. Там была такая каша, что на какое-то мгновение он даже забыл собственное имя. И он снова отгонял от себя все эти мысли, потому что не хотел допустить, чтобы в его взгляде стали видны все его чувства. А еще потому, что такое положение и тесно прижатое к нему тело Клэри невероятно заводило его, и, если он продолжить думать в таком русле, то рискует попасть в неловкую ситуацию, связанную особенностью мужской физиологии.
Можете не верить, но Алек и Клэри простояли вот так, не двигаясь и не говоря друг друга ни слова, несколько минут, потому что это был особый момент, который не хотелось нарушать словами, а наоборот - хотелось продлить на вечность. Но нужно было возвращаться к реальности, и первой это сумела сделать Клэри, которая победно улыбнулась и сказала, не отстраняясь от парня, а смотря ему в глаза:
- Ну что, Лайтвуд, готов признать свое поражение? - Сколько же ехидства было в её голосе, сколько превосходства и радости от победы. Но Алек даже внимания на это не обратил и не разозлился, как сделал бы это в другой ситуации. Он просто улыбнулся, не отрывая взгляда от девушки, и сказал.
- Не думал, что скажу это когда-нибудь, но я действительно проиграл тебе, Фрэй, - в его словах не было и тени злости или недовольства, и это удивило Клэри. Она удивлённо посмотрела на него и немного ослабила давление клинка на его шею.
- Ты чего улыбаешься? - спросила она, подозрительно прищурившись. Может, она слишком сильно его ударила, и он сошёл с ума?
- Радуюсь тому, что я - хороший учитель, который сумел так хорошо обучить даже такую ученицу, как ты, - с той же улыбкой ответил Алек, а Клэри всерьез задумалась о том, что у парня, возможно, поехала крыша. Даже мнимое объяснение, которое должно было прозвучать, как издевка, звучало беззлобно, как похвала.
- С тобой точно всё в порядке? - настороженно переспросила Клэри.
- Ну, я стою с зажатым между двумя клинками горлом, к моей груди прижимается красивая охотница, которая и зажала мое горло между клинками, один из которых принадлежит мне самому, - с ухмылкой сказал Алек, а Клэри зависла на словах о красивой девушке.
«Это меня он считает красивой девушкой? Серьезно? Куда катится мир? Куда делся язвительный Лайтвуд, который все время меня обзывал? Или это у меня крыша поехала?» - мысленно возопила Клэри, а в глазах у неё отразилось искреннее удивление. Алек же тем временем продолжил.
- Кроме этого, мне предстоит выполнить желание девушки, которую все время нашего с ней знакомства я только обзывал и обижал, не сказав ей ни одного нормального слова, поэтому одному Ангелу известно, что она загадает мне. Ну, и ещё я с трудом нахожу в себе силы, чтобы не обнять прижатую ко мне девушку, которая так сильно мне нравится, но которой я из-за своей трусости и идиотизма не могу признаться в этом, а вместо этого постоянно хамлю ей. Так что да, со мной все в порядке, можешь загадывать своё желание, - сказал Алек и замер, ожидая ответ Клэри, потому что он сам не ожидал от себя того, что скажет все это именно так.
Он собирался сказать только первую часть своей речи, а потом, как говорится, Остапа, точнее Алека, понесло, и он стал говорить то, о чем думал, но чего говорить не хотел. Сказав все это, он понял, что пути назад нет, и нужно идти до конца. Поэтому он глубоко вздохнул и добавил:
- Я влюбился в тебя в тот момент, когда увидел тебя впервые. Я сказал тебе совершенно другое, но лишь потому, что испугался тех чувств, которые неожиданно появились в моем сердце, когда я увидел тебя - такую ранимую, беззащитную, нуждающуюся в поддержке и помощи. Мне впервые в жизни захотелось помочь кому-то, обнять, пожалеть, поддержать. Мне хотелось обнять тебя и оградить от бед всего мира, но я испугался этих своих чувств. Испугался того, что это может сделать меня слабым, поэтому я стал оскорблять тебя, чтобы отдалить от себя. Я пытался возненавидеть тебя, но лишь сильнее полюбил. Я знаю, что своими поступками я, скорее всего, добился желаемого, и ты меня ненавидишь, и, поверь мне, я не знаю, почему решился сейчас сказать тебе все это, но я люблю тебя, Клэри. Сколько бы не пытался я тебя возненавидеть, твоя улыбка, твои глаза, твой смех, твой голос, твои огненные волосы, само твоё существование сводило меня с ума каждый день все сильнее. Я знаю, что говорить такие слова с клинками у горла - это далеко не самая лучшая идея, но во мне сейчас столько адреналина, что я даже не контролирую свою речь, а просто тараторю, как твой друг Саймон, но остановиться я не могу. Я должен сказать тебе все это, иначе потом опять не смогу решиться на это. И ты можешь сейчас сильнее надавить клинком и перерезать мне горло, но я тогда буду знать, что я хотя бы признался тебе. Я люблю тебя, Клэри, очень сильно люблю. Что мне с этим делать? - последний вопрос он уже практически еле слышно выдохнул и, наконец, вдохнул воздух, ведь, казалось, что он вообще не дышал, пока говорил все это.
Алек смотрел на Клэри и боялся её реакции, боялся её слов и действий. Он за эти несколько секунд успел несколько раз проклясть себя и теперь готов был лично перерезать себе горло, потому что вся его речь, по его мнению, звучала до жути слащаво. Клэри была в ступоре от услышанного, и смысл всех этих слов не сразу до неё дошел. А когда это случилось, и она поняла, что парень, которого она так сильно любит, только что признался ей в любви, на лице её расцвела широчайшая улыбка, которая заставила сердце Алека забиться ещё быстрее.
- Поцелуй меня, - сказала Клэри, смотря парню прямо в глаза и убирая клинки от его шеи. Алек чисто машинально потёр шею рукой, но взгляда не отвел.
- В смысле? - переспросил он, ведь до него смысл происходящего тоже доходил с трудом. Он всё ещё не мог поверить в то, что она не ударила его, услышав его слова, а улыбнулась. А эта просьба... это вообще что-то из мира фантастики, и он подумал, что ему показалось.
- Ты спросил, что тебе с этим делать, - объяснила Клэри. - Вот я и ответила. Поцелуй меня, Лайтвуд.
Как только до Алека дошел смысл услышанной фразы, он улыбнулся самой счастливой улыбкой, которую можно только представить, и она отразилась даже в его глазах, делая их ещё прекрасней. Он положил одну руку на талию девушки, притягивая её к себе и впервые не ругая себя за это действие. Пальцами второй руки он провел по её щеке и, наконец, сделал то, о чем так давно мечтал, - поцеловал её. Первое прикосновение губ было робким, едва уловимым, но настолько чувственным, что сердце замирало от нежности, любви и счастья. Это касание нельзя было назвать полноценным поцелуем, но это был последний шанс, который давал Алек Клариссе, чтобы она остановилась, если не хочет этого. Если она не уверена в своих чувствах и желаниях, то он не будет настаивать, а поймет все и больше не поднимет тему своих чувств к ней. Но если она сейчас ответит на поцелуй, то он уже никогда не отпустит её, а сделает самой счастливой девушкой в мире, потому она делает его самым счастливым одним своим присутствием. И Клэри ответила. Она поцеловала его сама, когда поняла, что Алек даёт ей право выбора. Это подкупало, и сердце и так влюбленной девушки забилось ещё быстрее, поскольку на душе сразу стало так тепло и хорошо, что невозможно описать словами.
Этот поцелуй был нежным, чувственным, говорящим о тех чувствах, которые они испытывали друг к другу. Клэри обняла Алека за шею и прижалась к нему сильнее, немного прогнувшись в спине и приподнявшись на носочки. Алек же одну руку оставил на её талии, прижимая любимую к себе, а вторую - положил ей на затылок, зарываясь пальцами в волосы и не давая возможности отстраниться. Но она и не собиралась этого делать, а лишь углубила поцелуй, наслаждаясь им и тем, насколько она сейчас счастлива. Они оба мечтали об этом с самой первой встречи, но из-за своего упрямства и ещё непонятно чего пытались отдалиться друг от друга вместо того, чтобы быть счастливыми. А сейчас, обнимая друг друга, чувствуя прикосновения губ любимого человека к своим собственным, понимая, что любовь взаимна, и у них есть совместное будущее, они позволили себе быть счастливыми, и им хотелось кричать на весь мир о том, как им сейчас хорошо. Но они не кричали. Она продолжали целовать друг друга, будто знакомясь заново, узнавая друг друга так, как не знали до этого. Руки Клэри, в которых ещё несколько минут назад были клинки, сейчас то бродили по спине парня, то обнимали его за шею, то зарывались в его волосы, прижимая все сильнее, ведь Клэри боялась, что все это только сон, и она сейчас проснется, а его рядом нет. Но это была реальность, прекрасная реальность, о которой они оба так мечтали.
Оторвались они друг от друга только тогда, когда в лёгких не осталось воздуха, который, к сожалению, был им необходим. Алек немного наклонился, прижавшись лбом ко лбу Клэри, и посмотрел ей в глаза, наслаждаясь тем светом и счастливым блеском, который они излучали. Клэри подняла одну руку и провела пальцами по волосам парня, по его виску, по скуле и подбородку, будто желая убедиться в том, что он настоящий.
- Я так сильно тебя люблю, Алек, что мне кажется, будто без тебя я просто не смогу жить, - сказала Клэри, смотря в его глаза и не отстраняясь. - Ещё в первую нашу встречу я влюбилась в твои глаза, в твой голос, который звучал для меня лучше любой музыки, в твои руки, прикосновение которых я так хотела ощутить на своём теле... Я влюбилась в тебя, а потом ругала себя за это, потому что была уверена в том, что ты ненавидишь меня, презираешь. Мне было больно, поэтому я спрятала все свои чувства, твердо решив, что должна выбросить тебя из головы и не позволить себе влюбиться в тебя окончательно. Но я не смогла... Каждая наша встреча причиняла мне боль, но я, словно мазохист, искала новые встречи, чтобы хотя бы увидеть тебя, услышать твой голос. Я влюблялась в тебя все сильнее, хотя ты делал все возможное, чтобы я тебя разлюбила и возненавидела. Но я не смогла это сделать, - тихо выдохнула Клэри и замолчала на мгновение, переводя дыхание. - Я потратила своё желание на этот поцелуй, но не жалею об этом, потому что сбылось то, о чем я мечтала больше всего на свете, - ты со мной.
- У тебя всё ещё есть твоё желание, Клэри, - сказал Алек, заправив одну прядь её волос ей за ухо и улыбнувшись.
- В смысле? - не поняла Клэри и даже отстранилась немного, чтобы нормально посмотреть ему в глаза.
- Просто это было мое желание. Поцелуй, - добавил он, увидев непонимание в глазах девушки. - Я хотел поцеловать тебя с момента нашей первой встречи. Ты даже не представляешь, как сильно я этого хотел. Так что, у тебя есть твоё честно выигранное желание, и ты можешь загадать все, что твоей душе угодно, - сказал он с улыбкой. Клэри обняла его за шею, немного приподнялась на носочки и, приблизившись губами к его уху, прошептала.
- Никогда не отпускай меня. Будь со мной всю жизнь и позволь мне быть счастливой, ведь истинно счастливой я могу быть только рядом с тобой.
- Я никогда тебя не отпущу, и ты будешь самой счастливой девушкой в мире, потому что я сделаю все возможное и невозможное для этого, - не задумываясь ответил Алек, потому что вновь их желания совпали. Он обнял её ещё крепче и, поцеловав в висок, добавил. - Я люблю тебя больше всего на свете, Клэри, и больше никогда не позволю тебе плакать или грустить. Ты мне веришь?
Вместо ответа Алек почувствовал прикосновение губ Клэри к своим губам, и этот поцелуй был гораздо красноречивее, чем любые слова. Да и зачем они нужны, если и так все ясно? Клэри поверила ему, доверилась, и теперь она точно знает, что у них есть будущее, в котором они будут безмерно счастливы. Да, придется пройти через многие беды, но они преодолеют все на своём пути, потому что цель оправдывает средства. А цель у них одна - быть вместе и жить долго и счастливо. А для сумеречных охотников нет ничего невозможного, и через много-много лет Клэри и Алек будут сидеть в окружении своей большой семьи и будут рассказывать своим внукам о том, как их бабушка и дедушка познакомились, как полюбили друг друга, как сыграли большую свадьбу, как родились их родители, как счастливо они жили все эти годы, и как счастливо будут жить и дальше, ведь все эти годы, день за днём Алек выполняет своё обещание - делает Клэри счастливой, а вместе с ней и всю свою семью, которую они с Клэри создали вместе. Вот как иногда полезно рискнуть и предложить заключить пари, в котором, как вам кажется, у вас нет никаких шансов. Жизнь интересная штука, и никто не знает, что случится через секунду. Может, именно в следующую секунду вы встретите того, кто сделает всю вашу жизнь похожей на самую настоящую сказку. Просто рискните, а дальше будь что будет...