Это я, ваша смерть
Живёшь себе, живёшь. И вдруг понимаешь, что обои, которые ты видел тысячу раз, намного интереснее, чем, скажем, глаза Чимина, полные надежд. Ромбик, полоска, два ромбика. Определенно интересный дизайн обоев.
— Будешь чай? — первым не выдерживает гнетущую тишину Чимин.
— Я с друзьями.
— Оу, — Чимин закусывает свою мягкую и одновременно упругую (Техён это точно знает) губу, — Чонгук?
— Почти. Ты их не знаешь.
— Новые друзья, — показушно небрежно фыркает Чимин. Всё это так несёт ревностью.
— Да.
На сцену (порог) спешат псы.
— Это Ондони, это Багси, это Холли, это Аджосси (тупая кличка, но ему очень подходит), это Локсана. Если это корейские французкие бульдоги, — тыкает Тэхён в Ондони и Багси, то Локсана самая настоящая парижанка.
— Ты сменил род деятельности?
— Это собакотерапия. Выхожу из творческого кризиса.
— Какое совпадение, я тоже.
— Выходится?
— Не выходится.
— Жаль.
— Жаль.
— Так зайдёте? — приглашает Чимин. — Не уверен, что у меня будет, чем угостить собак, но для тебя есть рисовые булочки.
Тэхён не пересекается с Чимином взглядом. Трескает булочки. Сюсюкает собак. Набирается храбрости. Делает что-угодно, только не говорит то, что пришёл сказать.
— Я сразу тебе понравился, да? Поэтому "не хочу с тобой дружить"? — читает мысли Чимин.
— Типа того, — смущается Тэхён.
— Мне просто нужно больше времени, чтобы разгадать тебя.
— Я не головоломка, чтобы меня разгадывать.
— Точно нет, — тянет Чимин. — У головоломок есть конкретное решение.
— И нет души.
Чимин грустно улыбается, наблюдая за полчищем собак, жующими его тапочки. Они ему нравились. Меньше Тэхёна, так что не жалко.
— Осознай, пожалуйста. Я пришёл предложить нашу прекрасную, великолепную, шикарную дружбу сломать об такую себе любовь, потому что не могу обещать, что мы будем счастливы.
— Я и не жду этого.
— Ссоры будут злее.
— Просто нужно быть более терпимыми друг к другу.
— Мы не сможем больше дружить, — давится словами Тэхён. — Если выйдет так, что мы расстанемся, мы не сможем откатить отношения назад, пока мы ещё дружили.
Чимин смотрит растеряно. Тэхён не готов к этому всему. В его голове грёбаное пепелище, выжженные поля когда-то цветущего сада.
— Ты понимаешь? — спрашивает Тэхён. — Ты готов к этому?
Красивый Чимин. Родной Чимин говорит:
— Не готов.
— Зато честно, — хмыкает Тэхён.
— Но давай всё равно попробуем, пожалуйста.
— Давай.