Маленькая сучка

На город ночью опустился густой туман. Стены, у которых я шла, были усеяны каплями влаги. Я старалась шагать осторожно, но под ногами то и дело попадался какой-то мусор.
Я подкралась достаточно близко, чтобы разглядеть две стоящие друг напротив друга машины и две мужские фигуры в свете фар. Парни о чем-то говорили на повышенных тонах, но я не могла услышать, о чем именно.

Я сделала еще шаг в их сторону, как вдруг огромные сильные руки схватили меня и, закрыв рот, потащили прямо к парням.

— Мать… вашу! — было все, что я смогла произнести.

Грубая мужская ручища еле давала мне нормально дышать, не то чтобы крикнуть.
Громила в прямом смысле слова тащил меня к одному из парней. Из-за яркого света, бьющего в глаза, и из-за слез, выступивших на глазах, я не могла увидеть к которому из них.

Но вот секунда — и я узнала в лице стоящего того самого жестокого игрока из казино, в его глазах отразились те полные гнева глаза водителя BMW.

Внутри меня будто лопается натянутая нить, а ноги подкашиваются.
Только сейчас я поняла, какую глупость совершила, приехав вслед за Мином на его разборки с Джон Соком. Я сделала его уязвимым.
Я бы упала в эту же секунду, если б не лапы стоящего сзади громилы, который крепко меня держал.

Взгляд парня обратился в мою сторону, его брови поднялись вверх от удивления, и он злобно засмеялся:

— О, Шуга, ты видишь? Мой выигрыш сам ко мне вернулся.

Парень схватил меня за волосы и притянул к себе.

— Ну, привет, — проговорил сквозь зубы.

Я скривила на лице такую мерзкую улыбку, какую только смогла:

— А не пошел бы ты?

Он больно сжал мой подбородок и повернул лицом к стоящему метрах в пятнадцати Шуге.

— Прости, — одними губами промолвила я, глядя в глаза парню.

Он медленно сглотнул. Взгляд его устремился на Ли Джон Сока, который крепко держал меня за волосы. Юнги заиграл скулами. Вытащил руки из карманов. Кулаки его сжались.

— Ты делаешь ей больно, — глухо прорычал Мин.

— Мне плевать, — ответил тот, оскалив зубы.

— А мне нет, — твердо произнес Шуга.

Я ощутила такую ненависть к подонку, стоящему сзади и настолько сильную преданность Юнги, что готова была сорваться с места и побежать в его объятия. Ощутить снова аромат его кожи. Вдохнуть его парфюм…

Из этой полной нежности мыслей меня выдернул очередной рывок за волосы:

— Так ты у нас ценная вещичка? — ядовито проговорил Сок.

— Она не вещичка, — рявкнул Юнги.

— Оу, Мин… — протянул Джон Сок. — Держи себя в руках.

Тихий смешок, и медово-яростные глаза Шуги сузились:

— Выродок, я же тебя убью, — низкий утробный рык вырвался из его уст.

По моей коже пронесся холод и закрался в самое сердце.
Ли хмыкнул:

— Ты меня утомил. Как ты там говорил: «Мистер Мин всегда играет до конца»?

Рука Джон Сока хватает меня за запястья и сводит их вместе за спиной, а другой свободной рукой он что-то достает из кармана курточки:

— Ну, что ж, мистер Мин, game over.

Секунда — и ледяная сталь вонзается в мое тело. Я чувствую острую боль в боку, чувствую, как что-то горячее растекается по коже и впитывается в одежду. Я не могу освободить руки от стальной хватки Джон Сока и только судорожно хватаю ртом воздух.

Я подняла полные слез глаза на Юнги и увидела в его зрачках уже не пылающую ярость, а искренний страх за жизнь. За мою жизнь.

Я услышала отдаляющийся топот ног —Ли Джон Сок убегал прочь.

Меня больше никто не держал, и я схватилась рукой за бок, но нащупав торчащий нож, тут же отдернула руку.

В глазах все расплывалось от боли, и, падая, я уловила лишь, как Юнги рванул ко мне.

POV Шуги

Я увидел, как сверкнул нож в руке Джона. Видел, как через секунду глаза ее широко раскрылись от боли. Как она, маленькая, такая беззащитная, пыталась закрыть рану, из которой бордовым пятном по одежде уже расползалась кровь.

— Нет! — из моей груди вырвался душераздирающий крик.

В этот миг всю мою ярость к этому подонку затмил страх за нее.
Внутри как будто выжигали все каленым железом.

Я заметил удаляющийся силуэт Джон Сока и его охранника, но не стал догонять, хотя легко сделал бы это. Я бросился к моей девочке, еле стоящей на ногах. Она, как тряпичная куколка, с глазами полными слез, медленно начала падать.
Я успел поймать ее у самой земли и медленно опустил на асфальт, аккуратно уложив ее голову себе на колени.
Руки мои дрожали, все тело бросало в жар, а сердце бешено колотилось. Я не знал, что делать.

Из раны все еще торчал нож, и кровь не останавливалась.

Я достал телефон и судорожно набрал номер 911:

— Алло, скорая? У девушки глубокое ножевое ранение в области живота… — я назвал адрес и положил трубку, услышав в ответ: «Бригада выехала.»

—Шуга… — прошептала она чуть слышно. — Я умру?

Эти слова резанули мне душу так, что в глазах появились слезы. Я наклонился к ней и, насколько возможно, чтобы не причинить лишнюю боль, обнял:

— Ты не умрешь, Сурин. Слышишь? Не умрешь! Я не позволю… Потерпи, сейчас будет скорая.

По ее бледному лицу, оставляя дорожку, стекали капельки слез. Она через силу улыбнулась и взглянула на меня:

— Ты только не отпускай меня, пожалуйста.

— Не отпущу.

Я сжал зубы, а боль пронзала и рвала меня изнутри. Я впервые испытывал такое. Впервые чья-то боль доставляла мне самому такие мучения. Я впервые боялся за чью-то жизнь.

Ее дыхание стало прерывистым, и она схватилась рукой за мою куртку.

— Я знаю, ты ненавидишь это слово… — прохрипела она. — Но я не могу… Должна сказать… Я люблю тебя, Юнги.

Я молчал, сдерживая крик отчаянья. Она посмотрела мне в глаза:

— И пусть я никогда не услышу от тебя того же. Я верю, что ты способен любить. Ты полюбишь кого-нибудь когда-то… Но я хочу, чтобы ты знал… Я ни капельки не буду жалеть… Если умру в твоих руках.

Я закрыл глаза.
Да что же со мной? Ее слова терзали меня. Один ее мучительный взгляд заставляет меня гореть изнутри. Я не могу ее оставить! Я не могу смотреть, как ей больно! Но это совсем не жалость.

Сердце мое ушло в пятки.

— Ты ошибаешься, девочка, — ответил тихо. — Я не смогу никого полюбить.

Она вздрогнула в очередном приступе судорог и пронзила меня взглядом своих темных глаз.

— Не смогу… — продолжил. — Потому что уже, кажется люблю.

Ее уста открылись в немом крике.
По ее телу, словно разрядом тока пронеслась дрожь. Я обнял ее крепче, но она затихла…

—Сурин? — взглянул на нее. —Сирин? Девочка! Нет. Нет, не смей меня бросать!

Я закричал от бессилия. Скупая слеза скатилась к подбородку:

—Сурин, я же без тебя не смогу…

А вокруг нас только мертвая тишина.