Глава 10: Замена Мао Мао
---
Глава 10: Замена Мао Мао
Прошло два месяца с тех пор, как дворец пережил одну из самых тяжёлых трагедий, потрясших всех. Младенцы продолжали умирать с пугающей регулярностью, и причины этой болезни так и не были найдены. Несмотря на это, дворец начал понемногу приходить в себя, хотя тревога не покидала его жителей.
Однако, как только казалось, что все беды миновали, настигло новое несчастье. Лингли, единственная дочь Леди Гёкуэ, принцесса, тяжело заболела. Врачи не могли понять причину болезни, и все их усилия по лечению были безуспешными. Лингли была не просто дочерью Леди Гёкуэ — она была светлым символом надежды, и её болезнь угрожала не только её жизни, но и стабильности всего дворца.
Леди Гёкуэ была отчаянно готова сделать всё, чтобы спасти свою дочь. Она направила посланцев в дальние уголки страны в поисках редких лекарств и трав, но ни одно из средств не дало ожидаемого результата. Врачи и целители дворца растерялись. Болезнь Лингли продолжала развиваться, а ни одно средство не помогало.
Однажды, когда Леди Гёкуэ возвращалась из своих покоев, она заметила странное письмо на подоконнике. Это не было обычным письмом. На нём была знакомая ей печать — это был знак, который она не могла забыть. Письмо было явным знаком того, что кто-то в дворце знал, что происходит, и мог помочь.
Развернув письмо, Леди Гёкуэ прочитала его содержание. В письме говорилось, что для лечения Лингли нужно использовать редкие травы, которые растут в заброшенном саду на востоке дворца. Однако указания были очень точными: травы следовало собирать в строго определённое время суток, иначе они не окажут нужного эффекта.
Леди Гёкуэ почувствовала тревогу — кто мог оставить это письмо и почему оно пришло так поздно? Она знала, что момент был критическим, и если она опоздает, Лингли может не выжить.
Она немедленно передала письмо Дженьши, понимая, что только он способен справиться с таким поручением. Дженьши был господином дворца, и его рассудительность и решительность помогали справляться с самыми сложными ситуациями.
Дженьши, приняв письмо, не терял времени. Он понимал, что шанс на спасение Лингли был невелик, и что каждое промедление может стоить жизни принцессе. Он сразу отправился в сад на востоке дворца, о котором говорилось в письме. Этот сад был давно заброшен, и его территории были скрыты от глаз большинства дворцовых жителей. Пройдя через его заросли, Дженьши нашёл редкие травы, которые указаны в письме, и собрал их в нужное время.
Когда он вернулся, он передал травы врачам, и вскоре состояние Лингли начало улучшаться. Врачи не могли поверить в чудо, ведь болезнь отступила так быстро, что это казалось нереальным. Дженьши почувствовал, что не всё так просто, как кажется. Он ощущал, что кто-то направлял его действия, и не мог избавиться от чувства, что его манипулируют.
Тем временем в дворце появилась новая служанка по имени Миоми. Она была живой, энергичной и жизнерадостной. Её улыбка и радостный нрав сразу привлекли внимание всех, кто её встречал. Миоми не знала, кто такая Мао Мао, и её отношения с Дженьши строились только на работе и взаимном уважении.
Но для Дженьши что-то в ней было странным. Он заметил её схожесть с Мао Мао — не внешность, а скорее её стойкость и решительность. Каждое её движение, её уверенность в себе напоминали ему о той, кто давно покинула этот дворец. Он понимал, что, несмотря на её сходство, Миоми не могла быть Мао Мао, ведь она не знала о той, кто заняла важное место в его жизни.
Миоми была искренне заинтересована в своей новой роли и была полностью поглощена обязанностями, которые на неё возлагали. Она выполняла всё с такой жизнерадостностью и решимостью, что Дженьши не мог не заметить её стараний. Она, конечно, не могла заменить Мао Мао, но её подход к жизни был совершенно другим — она была полной противоположностью той холодной решимости, с которой действовала Мао Мао.Однажды, после того как Лингли окончательно поправилась, Дженьши встретил Миоми в одном из коридоров. Он заметил её яркую улыбку и ту лёгкость, с которой она шагала. В её глазах не было боли, а было только стремление быть полезной и радостной. Дженьши ощутил ещё большее сожаление. Миоми была другой, и он знал, что её нельзя сравнивать с Мао Мао.
Миоми заметила, что Дженьши смотрел на неё с какой-то отрешённостью, и подошла к нему с живым интересом.
– «Вы что-то задумали?» – спросила она, с любопытством разглядывая его лицо.
Дженьши не смог скрыть тяжести, которая наполнила его сердце. Он вздохнул и ответил, не встречая её взгляда:
– «Не всё в жизни можно исправить.»
Миоми кивнула, не понимая до конца смысла его слов, но ощущая, что в его голосе есть скрытая печаль. Она не могла знать, что он на самом деле чувствовал по поводу Мао Мао. Для неё Мао Мао была всего лишь тенью в истории дворца, а Дженьши был её господином, с которым она работала и с которым она могла построить свою карьеру.
Когда Дженьши вернулся в свои покои, его мысли вновь обратились к письму, которое он должен был отправить Лоуланю, приёмному отцу Мао Мао. Он должен был сообщить о смерти своей приёмной дочери, и это было для него тяжелейшим испытанием. Он не знал, как найти слова, чтобы передать всю боль и утрату, которую он переживал.
Он начал писать письмо, чувствуя, как его рука с трудом ведёт перо по бумаге:
«Дорогой Лоулань,
С тяжёлым сердцем сообщаю тебе, что твоя дочь, Мао Мао, ушла из жизни. Это было трагично и неожиданно. Я не могу изменить того, что случилось, но знай, что она всегда была стойкой и мужественной. Её память останется с нами, и её вклад в жизнь дворца не будет забыт.
С уважением,
Господин Дженьши.»
Когда письмо было завершено, Дженьши почувствовал, как груз на его плечах немного ослаб. Но внутреннее беспокойство не покидало его. Он знал, что слова не могут облегчить боль утраты, но нужно было выполнить долг.
Миоми снова пришла к нему, но теперь её взгляд был не таким жизнерадостным. Она почувствовала, что что-то не так, и заговорила с ним осторожно.
– «Вы в порядке, господин Дженьши?» – спросила она.
Он поднял взгляд и ответил с тяжёлым вздохом:
– «Не всё в жизни можно исправить.»
Миоми молча кивнула, понимая, что в его словах скрыта боль, которую она не могла бы понять. Она продолжала выполнять свои обязанности, но внутренне она ощущала, что в этом дворце было нечто большее, чем просто служба.
--