Индивид

- Да-да, уже бегу, - шутливо отмазался от моего предложения Рей.

Я хотела ему возразить и сказать, что он хамье редкостное, но с улицы послышался пронзительный крик, а небо на секунду словно окрасилось яркой ослепляющей вспышкой.

- Ты.. слышал это...?, - со страхом в голосе спросила я.

- Слышал что? Ты так от темы отходишь?, - поехидничал он.

- Ты издеваешься надо мной, да? Там только что крик был, как будто убивают кого-то.

- Так, юный следователь, ты опять голоса слышишь?

- Значит, это была душа... Рей, выпусти меня, нам надо выяснить, что это.

- Лунет, там грозовой дождь, куда я тебя отпущу в такую погоду? Да даже если бы не было дождя, с чего ты взяла, что я вообще допущу тебя до больной души?

- Потому что меня они не тронут?

- С чего ты это взяла? Это одержимые люди, которым не так важна личность, находящаяся перед ни...

- Это души, которые я вижу, с которыми я могу наладить контакт. И это наша возможность выяснить, что происходит с одержимыми людьми.

- Лу...Лунет... У тебя снова радужка посветлела.

Я видела живую душу Рея, тепло, исходящее от нее. Он не ранен этим миром, он живёт эту жизнь, а не выживает, хватаясь за людей, возможности и обстоятельства. Но душа, которую слышала я... Страдает. Это был крик боли, крик, просящий помочь ей, словно она скоро умрет.

- Извини, я задумалась.

- Ладно, просить тебя не делать безрассудных поступков глупо... Согласен. Держать тебя тоже невозможно, ты мне весь мозг съешь. Пойдешь к ней?

- Со мной пойдешь?

- Иначе я тебя и не пущу, - сказал Рей на тяжёлом выдохе и, встав со стула, отпустил меня.

- Спасибо за понимание, Рейчел, - ехидно, но искренне поблагодарила я.

- Ты опять меня так называешь?!

- Да брось ты, скулишь от человеческих душ как девочка. Почему бы не приколоться?

- Я сейчас дверь запру и буду над тобой прикалываться, - осуждающе ответил он.

- Беру свои слова назад, - тут же осеклась я и начала подпихивать его в спину, - А теперь дай мне вещи, в которые я могу переодеться.

- Я же дал тебе самые маленькие.... Меньше нет.

- Тогда джинсы надену свои... Все равно промокну.

- Возьми, они на обогревателе, должны были подсохнуть.

Я прошла в его комнату к источнику тепла и стянула с него свои вещи.

- Почти высохли, спасибо!, - крикнула я и мигом сбросила с себя его мешковатую одежду, чтобы переодеться в свой комфортный xxs.

Ещё сырая ткань неприятно прилипала к телу и заставляла табун мурашек пробегать по телу, оставляя за собой неприятный холодок, из-за которого начинаешь замерзать. Натянув на себя джинсы, я поняла, что это ещё пол беды, ведь осталась не более сухая футболка. Собравшись силами, переступив через холод и вохлую ткань, я все же оделась, но от обогревателя не отошла.

- Ну чего ты там ждёшь? Сама говорила, бежать надо!, - он забежал забрать меня, но остановился в дверном проходе.

Я сидела на полу и грелась об электроприбор, оглушаемая криками страдальца. Я слышу не только его, нет, многие души страдают и я слышу и их боли, но не так громко... Этот человек поражен не только обстоятельствами, но и чем-то ещё... Тем же, чем поразили и тех людей, которые сошли с ума.
Крики становятся тише.
Она отчаялась бороться.
Она знает, что ее не спасут.
Она знает, что умрёт.

Я вскочила с места и побежала к выходу из комнаты, сбивая с ног Рея и выбегая в коридор, чтобы обуться.

- Быстрее, мы снова не успеем!

- Обожаю твои глаза, когда ты слышишь потустороннее..., - восхищался он, пытаясь обуться в спешке.

Они становятся яркими словно топазы, переливающиеся на солнце, в то время как мои глаза, полученные от природы, близки к серому оттенку.

Когда я была маленькой, цвет глаз менялся сам по себе, отчего близкие и незнакомцы восхищались, не понимали и одновременно пытались разгадать мой секрет. Сейчас я могу контролировать состояния. Когда я живу человеком... И когда я неизвестный симбиоз человека и иных сил.
Я слышу души даже тогда, когда являюсь человеком, но распознавать поражённых и страдающих людей и их местоположения я могу только с помощью моего врождённого «отклонения», когда слух становится особо острым. Я будто переключаюсь из этого мира в рентген сознания.
Я способна их излечить ценой своего здоровья. Как психического, так и физического (возможные последствия неудачного лечения).

Настежь открыв дверь, я вылетела в подъезд и сбегала по ступенькам все ниже. Я надеялась на то, что в этот раз успею спасти. Я не смогла уберечь шесть человек, и они сошли с ума. Этот - седьмой... не прощу себя, если пострадает ещё кто-то.

Она не просто кричит, она умоляет помочь ей. Эта душа плачет иначе... И сопротивляется дольше.

Я бежала по еле освещённым улицам и с каждой секундой сокращала расстояние между нами, больным и врачом, надеясь на то, что у меня все ещё есть время. Чувствуя себя скорой помощью, что мчится на вызов к умирающему, у которого уже практически нет времени.

Мокрые волосы, смешанные с грязью и пылью, то и дело лезли в глаза и рот, но абсолютно не волновали меня. Резкие вспышки молний и раскаты грома доносились до меня лишь отголосками.

Я приближалась к цели.

Пробежав какие-то оставшиеся считанные метры, я завернула за угол переулка и замерла. Ноги косились от увиденного.

Девушка сидела в луже своей же крови, облокотившись о стену дома, ноги изрезаны в мясо. Она держалась за голову и громко плакала.

- Вызывай скорую, я сейчас, - скомандовала я Рею.

- Девушка, - сказала я сначала издалека, но стала подходить все ближе, - что случилось? Вас кто-то ранил?, - это, без сомнения, страдающая душа, в округе больше нет никого. Так что я уверена, что это не нападение, значит я должна бояться того, что может быть у нее в руках.

Я подошла почти вплотную и села напротив нее. О слове дистанция я ничего не слышала, разумеется. Поэтому присела напротив нее и положила руку на голову. Она никак не отреагировала, но позже опустила руки и облокотила голову о стенку, словно была в отчаянии, слегка приоткрыв глаза и посмотрев на небо. Они были чертовски ярко зеленые.... У людей не может быть такого цвета, это невозможно. От такого у меня дыхание на мгновение перехватило. Я взяла ее руки в свои и проверила на наличие порезов, но они были чисты.

- Ты не хотела убить себя сразу?...что произошло... Почему ты не резала сразу руки...., - я все пыталась понять мотив этих действий, не думая о глазах.

Да, этот человек определенно во власти чужого сознания. Кто-то, должно быть, контролирует ее.

Крик становился все тише, он не оглушал теперь, а позволял слышать и то, что происходит вокруг. Я вспомнила наконец то, зачем так бежала.

Я полностью сконцентрировалась на ней и ни на чём больше, пытаясь увидеть причину. Раньше, когда я была маленькой, видела душу мамы: больную, едва дышащую.... Я очень хорошо чувствовала ее фальшивую улыбку и испытывала сострадание. Тогда, наверное, и научилась входить в контакт с душами. Правда....тогда ещё не осознавала этого.

Я закрыла глаза и погрузилась в абсолютно пустой мир, в котором лежала душа. В этом мире они не имеют материальной формы, словно призраки. У них есть лишь очертания, силуэты, которые парят в своих пространствах, в человеческих сердцах, и глаза, ведь именно они говорят о нашем состоянии. Обычно души сияют, но у этой уже практически не осталось жизненных сил, и она померкла. В этом мире я - такая же душа, только чужая, готовая на все, чтобы спасти её.

- Что произошло с тобой?, - крикнула я на бегу, приближаясь к ней.

Она повернулась ко мне, и ее глаза были ярко зелёными, они будто светились ярким и болезненным светом.

- ...девушка...с ангельским видом, но дьявольской душой.... Она хочет убить меня..., - из последних сил говорила она.

- Ты ведь хочешь жить?

- Да..., - сказала и начала исчезать.

Я моментально прикоснулась к голове и начала отдавать свою жизненную энергию, словно донор. Я подвергаю себя ужасной опасности.... Но ей важнее.

Свет полностью исчез. Это означает только то, что душа умерла.

- Я не успела..?, - в глазах начало темнеть, и я покинула сознание этой девушки, - нет... Я не могла опоздать и в этот раз...

Отголосками я слышала звук сирены скорой помощи и то, как меня подняли и несут куда-то, а после и вовсе была темнота.