Сердце можно лечить только сердцем

[Чон Чонгук]

- У Вас продаётся ирис?
- Нет.
- А жасмин?

Чонгук обернулся к продавцу и непринуждённо улыбнулся. Второй же закатил глаза и, старательно подавляя свою озлобленность, глубоко вздохнул.

- Да. – послышался сухой и короткий ответ.
- Замечательно. Хочу приобрести этот цветок.
- В наличии только Японский и Биса.
- И… чем же они отличаются? – поинтересовался Чон.

Тэхён молча обошёл ресепшен и проводил юношу к заставленному различными дарами Флоры стеллажу. На полу, вдоль него стояло около четырёх необходимых контейнеров.

- С жёлтыми, не имеющими запаха цветками – Жасмин Японский. Максимальная его высота - полтора метра. Цветение продолжается с марта до конца лета. Думаю, это самый выгодный вариант для покупки, потому что средняя длина Жасмина Биса равна двум метрам. – Ким кивнул на рядом стоящий контейнер. – Его цветки имеют нежный или тёмно-розовый оттенок. Вдобавок ко всему обладает насыщенным, сладким ароматом и цветёт недолго. Активность приходится на май.

Он встал и по привычке засучил рукава бежевой, вязаной кофты.

- Покупатели зачастую берут именно его, а потом жалеют. Начинают жаловаться на головные боли из-за сильного амбре и просят вернуть деньги.
- Вот как. Тогда в какую цену обойдётся первый цветок?
- Девять тысяч вон.
- Беру.

Пока Тэхён упаковывал растение, Чонгук внимательно наблюдал за каждым его движением. Пытался уловить какую-нибудь эмоцию на этом утончённом, каменном лице, но без толку. Младший был предельно спокоен и уверен в себе; он понимал, что как покупатель имеет большое преимущество в этом цветочном магазине. «Миллион лепестков» - место работы Тэхёна, следовательно, ему крайне важно пользоваться авторитетом среди своих клиентов. Следуя данному умозаключению, молодой человек расхаживал по логову «монстра» как в собственном, имеющем защиту доме.

- Готово. Не забудьте почитать информацию о поливе, подкормке, борьбе с вредителями и болезнями. Плохое отношение к столь привередливой культуре может спровоцировать её гибель. – Тэ поставил заказ на стойку администратора и поднял свои пустые глаза. – Картой или наличными?

- Тэхён… на самом деле, я покупаю его не для себя.

Старший свёл брови вместе после адресованного в свою сторону неформального обращения. Чонгук же, окончательно набравшись смелости, продолжил:

- Жасмин означает искренность, робость и желание дружить. Надеюсь, ты понимаешь, о чём я.

Брюнет выдержал паузу. Он догадался, что ему хотят донести, но искренне не хотел в это верить.

- Нет, не понимаю.

Гук набрал в лёгкие воздуха и залился румянцем.

- Это мой подарок. Тебе.
- Мило. Только вот я не люблю лианные растения. Мне по душе… гортензии. – вздёрнув уголок губ в ухмылке и упёршись руками о деревянную поверхность стола, наклонился ближе. – То есть холодные и ровные отношения.

Сердце Чонгука предательски сжалось. Неужели его только что послали куда подальше? Вместе со всей искренностью, подарком и надеждой на тёплые, дружеские связи? Он понимал, что Тэхён сложный человек, но до талого верил в его доброту, скрытую где-то очень глубоко, за призрачными масками грубости и безразличия. Тем не менее, прошло два дня, а терпения – как слону дробина. Яд из уст Кима выплеснулся даже здесь, хотя Чон рассчитывал на несколько иной, более благоприятный диалог.

- Прекращай за мной бегать. Не даёшь покоя даже на работе. – негромко добавил парень, приковав своим опьяняющим, серьёзным тоном голоса всё внимание младшего. – Если не оступишься, пеняй на себя. Предупреждаю в последний раз.

Гук сглотнул и медленно, стараясь незаметно, выдохнул. Из-за напряжения в атмосфере юноша не заметил, как перестал дышать.

- Хорошо, я обязательно подумаю над твоими словами.

«Только не обещаю, что всё будет именно так, как хочешь ты, Ким Тэхён» - закончил он мысленно, не озвучивая, но смотря через силу твёрдо.

Сзади послышался дверной колокольчик: пришёл новый покупатель. Ким выпрямился и поздоровался с клиентом, не отрывая надменного взгляда от юноши напротив.

- Картой. – в «тэхёновском» стиле отчеканил черноволосый и приложил пластиковую «расчётку» к терминалу.

Когда оплата прошла, бережно взял цветок в руки и быстрыми, решительными шагами направился к выходу.

«Спасибо за покупку» - раздалось ему вслед. На это смог лишь усмехнуться и крепко сжать веки, дабы сдержать накатывающие, горькие слёзы. Сейчас он не полон самоуверенности, как минуту назад. Ему плохо от безвыходности положения и всепоглощающей нутро обиды.

***

Двадцать минут Чон сидел около жасмина и размышлял о ситуации, сильно ранившей и заставившей выйти из равновесия.
Действительно, почему именно к Тэхёну захотелось обратиться за помощью? Бегать за малознакомым человеком несколько дней подряд странно и неэтично, хоть и с добрыми помыслами. Но что оставалось?

По чистой случайности загоревшись идеей о взаимовыручке, он больше ничего не видит вокруг себя. Хочется освобождения от оков одиночества и налаживания с людьми прочных, долгих отношений. После отъезда Джина в душу снова закрался страх, мешающий жить как нормальный, полноценный человек. Одна только мысль об абсолютной изолированности от социума внушает животный ужас.
Он запутался и не знает, как выбраться из мрачного, сложного лабиринта. Все старания кажутся ему недостаточными. Будто начал не с того, с чего следовало бы.

- Может… обдумать планы более детально? – пробубнил себе под нос, поглаживая зелёный листок пальцами. – Нам обоим нужно дать время. А то… всё пойдёт крахом.

С этими словами парень перестал трогать растение и обнял руками свои подогнувшиеся ноги. В таком положении пробыл примерно две-три минуты. Затем, достав телефон из кармана, проверил список новых сообщений: пусто. Набрал номер Джина и стал ждать, но трубку никто не поднял.

- Походу занят. – подытожил Чон.

Пересмотрев свои последние письма парню, оставшиеся непрочитанными, убрал гаджет обратно. Стало грустнее от того факта, что самый близкий человек не может находиться рядом с тобой в такие моменты. Прекрасно понимал, что Сокджин пропадает из сети в силу своей трудной и ответственной работы. Как бы то ни было, с бесконечной тоской и моральным опустошением одному справиться гораздо тяжелее.
Ход мыслей прервал звук закрывшейся входной двери и шелест целлофана.

- Чонгук?! Ты дома?

Молодой человек тотчас поднялся с пола и прошёл в прихожую. Здесь он столкнулся со своим другом и ровесником, заявившимся с двумя пакетами еды и напитков – Ё Джин Гу.

- Привет, негодник. Почему дверь не закрыта? А если маньяк или вор какой-нибудь зайдёт? -  поинтересовался тот, сняв кроссовки и поставив их на полку для обуви.

- Да кому я нужен. Привет. – пробубнил Чон, натянуто улыбаясь.

Друзья пожали руки. Джин Гу, почему-то заподозрив неладное, внимательно присмотрелся к хозяину квартиры.

- Выглядишь неважно. Случилось что-то?
- Не знаю. Может, случилось, а может, нет. – вяло ответил Чон.

Гость приложил широкую ладонь к чужому лбу и весь помрачнел.

- Да у тебя температура!

После такого заявления Чонгук непреднамеренно чихнул, еле успев закрыться рукавом толстовки. Из-за столь громкого и внезапного чиха Джин Гу даже подскочил и схватился за сердце.

- Ты точно болен, дружище…
- Просто совпадение. Наверное, аллергия на цветок, который я сегодня домой приволок. – протараторил юноша, переминаясь с ноги на ногу от неловкости.

Он знал, что Ё чересчур заботлив и при виде какой-нибудь болячки мгновенно начинает свою «спасательную операцию».

- Не думаю. Хочешь сказать, что до этого ты не чихал?

Тот сощурил глаза и скрестил руки на груди, ожидая обоснованных аргументов.

- Нет. – честно ответил Чон. – Не чихал.

Тогда Джин Гу молча и неторопливо прошёлся по комнатам. Остановившись посреди спальни Чонгука, кивнул каким-то своим мыслям и, наконец, вынес вердикт.

- Я насчитал три окна, открытых на проветривание. Хочешь сказать ещё что-нибудь в своё оправдание?

Черноволосый, следовавший за ним по пятам, свёл губы в тонкую полоску и отрицательно покачал головой. Видимо, из-за своей аутофобии и привычки распахивать окна ненароком заработал простуду, замеченную лишь после прихода товарища. Плюс ко всему, негативно сказалась на самочувствии и ночь, проведённая у ворот Тэхёна. Что ж, сам виноват.

- Теперь я не уйду отсюда, как бы ты не хотел. Те несколько дней, что должен гостить у тебя, проведём с пользой – займёмся интенсивным лечением.

Конечно, Чонгуку льстила вся эта забота, но с ним она всякий раз была излишней. В него пихали таблетки даже после окончания курса приёма лекарств. Стоило заболеть и показаться в помятом виде перед Джин Гу – пиши пропало.

- Не боишься подхватить от меня заразу? – спросил Гук.
- Глупый вопрос. Ты вообще видел меня? Я молод, силён, красив и здоров, как бык! – пролепетал русоволосый.

Чонгук попытался скрыть смешок, но вышло, грубо говоря, не очень.

- Эй! Чего смеёшься?!

Юноша вмиг приобрёл серьёзное выражение лица, будто ничего и не было. Но вскоре широко улыбнулся и спрятал мордашку в ладони, начиная тихо хихикать.

- Дааа… болезнь походу делает своё дело. Тц… стоило Сокджину уехать и ты сразу распоясался. Преисполнился смелости издеваться над людьми и здоровье угробил. Комбо, брат!

Еле как прекратив хохотать, молодой человек утёр тыльной стороной кисти слезинку с уголка левого глаза и швыркнул носом.

- Нет же. Просто ты так забавно хвастаешься собой. Будто павлин какой.

Джин Гу постарался на какое-то время сохранить роль строгого мачо, но недовольство улетучилось после второго громкого чиха. Расплывшись в доброй улыбке, парень взял приятеля под локоть и повёл на кухню.

- Пошли восстанавливать твоё здоровье, глупыш. Где там, говоришь, аптечка находится?...