Замечание
Когда ты отстраняешься от него в зале, в воздухе всё ещё висит напряжение.
Сотрудники молчат.
Кто-то опускает глаза.
Кто-то делает вид, что срочно ищет что-то в бумагах.
А у двери...
Стоят двое из внутреннего надзора.
Ты замечаешь их не сразу.
Но Драко видит.
И его пальцы на твоей талии на секунду сжимаются сильнее.
Не из страсти.
Из понимания.
Они всё видели.
Один из проверяющих делает шаг вперёд.
— Мисс... мистер Малфой.
Тон сухой.
Официальный.
— Полагаю, вопрос о конфликте интересов больше не требует дополнительных доказательств.
В зале становится ещё тише.
Ты медленно поворачиваешься к ним.
— Если вы о том, что мы не скрываем своих отношений — то да.
Драко смотрит на тебя.
Предупреждающе.
Но ты уже не отступаешь.
— Мы не скрываем, — добавляешь спокойно. — И не будем.
Проверяющий смотрит на вас обоих.
Долго.
Оценивающе.
— Интересно, — произносит он. — Обычно в подобных ситуациях стороны стараются дистанцироваться.
Драко отвечает ровно:
— Мы не "стороны".
Короткая пауза.
Второй проверяющий открывает папку.
— В ходе проверки не выявлено злоупотреблений служебным положением.
Ты замираешь.
— Однако, — продолжает он, — публичная демонстрация личных отношений в рабочем пространстве... нежелательна.
В его голосе нет угрозы.
Скорее... усталость.
— Мистер Малфой, отстранение снимается.
Тишина.
Кто-то выдыхает.
Ты не сразу понимаешь.
— При условии, — добавляет первый, — что профессиональная дистанция будет соблюдаться.
Он смотрит прямо на вас.
— Хотя бы вне совещаний.
В зале кто-то нервно хмыкает.
Драко едва заметно кивает.
— Разумеется.
Проверяющий закрывает папку.
— Целоваться лучше наедине.
И впервые за всё время в его голосе появляется почти человеческая нотка.
Они уходят.
Дверь закрывается.
В зале медленно возвращается шум.
Драко поворачивается к тебе.
В его глазах — смесь раздражения... и восхищения.
— Ты невыносима.
— Я знаю.
— Ты могла всё испортить.
— Но не испортила.
Он делает шаг ближе.
Теперь уже аккуратно.
Сдержанно.
— Меня вернули.
— Потому что они поняли, — тихо отвечаешь ты, — что мы всё равно будем идти рядом.
Он смотрит на тебя долго.
И впервые за долгое время в его взгляде нет защиты.
Нет дистанции.
Только выбор.
— Вечером, — тихо говорит он, — мы обсудим твою склонность к демонстративным жестам.
Ты чуть склоняешь голову.
— Наедине?
Он наклоняется ближе.
Почти касается губами твоего уха.
— Как и рекомендовали.
И отходит.
Уже не отстранённый.
Уже снова — твой.