Гаптофобия[Vkook ver.]

Чонгук задыхается.

Его колотит всего и в дрожь бросает, кислород перекрывая. Он судорожно пытается втянуть воздух, но втягивает лишь пыль и увеличивает страх, теряя себя.

Чонгук кашляет и задыхается, неспособный себе сейчас ничем помочь.

Его тошнит, мутит перед глазами и слабеет всё в конечностях от мерзкого, разъедающего чувства.

Чонгук почти не видит, что происходит, и проваливается в темноту, еле цепляясь за реальность.

- Отпусти, - сипит он, но рукой даже пошевелить не может, чтобы хотя бы попытаться вырваться. Незнакомец держит за запястье крепко, а затем хватает его за плечи, встряхивая и делая только хуже. - Отпусти, пожалуйста...

Его мольб почти не слышно, с губ срываются только хрипы и шепот, неразличимый в шуме улицы. У Чонгука слёзы подступают и истерика сильная и настоящая, а ещё брезгливость и проблемы с кислородом. Его трясет, всё медленно добивает, калечат чужие прикосновения.

Его снова трясут, впиваются пальцами в плечи сильнее и бьют по щеке, обжигая болью и стараясь привести в чувства. Но Чонгуку от этого хуже и хуже, а вдохнуть не получается совсем, даже наполовину, и тот чувствует жгучую боль внутри и не ощущает реальность, сдаваясь.

Но кислород вдруг поступает через мгновение, и Чон срывается на хриплый, болезненный кашель, сгибаясь пополам и, по ощущениям, выплёвывая лёгкие. Шатен сквозь звон в ушах слышит чьи-то голоса и ругань, а затем чувствует лёгкий ветер в лицо и аккуратную хватку за толстовку. Только к ткани и не задевая его самого, так, как он может терпеть и не задыхаться. Ему продолжают дуть чем-то в лицо и что-то говорят, стараясь в реальность вернуть, и Чонгуку к слову, вынырнуть очень сложно, потому что паника никуда не ушла и продолжает сжимать в своих лапах, а от прикосновений хочется проблеваться и смыть их с себя. Желательно как можно скорее.

- Ты слышишь меня, Чонгук? Очнись! Очнись, говорю! - Он слышит знакомый голос, но не может понять, кто это, и что от него хотят, сливая слова в звуки. Чонгук вскидывает голову и пытается сфокусировать взгляд на человеке напротив. Его слегка пошатывает, особенно сидя на корточках, но так проще успокоиться и не нарваться на очередную порцию лапанья. - Чон  Чонгук, ответь мне. Ты меня слышишь? Чимин!

- Т-Тэхён? - Чонгук, не удержав себя на весу, падает назад, не чувствуя боли от столкновения с бортиком, и мотает головой, пытаясь вернуть четкость изображения. Напротив облегчённо выдыхают и больше не задают вопросы, продолжая чем-то обдувать лицо и давая шатену самостоятельно прийти в себя. У Чона горло теперь саднит, голову кружит немного и тошнит ужасно, что никакими таблетками не уберёшь. Он вроде нормально видит предметы, фокусирует на обеспокоенном лице глаза и хрипло спрашивает, не придя в себя окончательно. - Ч-что... ч-что ты делаешь?

- Спокойно, я тебя не трогаю и не трогал, - Тэхён перестаёт обмахивать Гука только что купленной папкой для Юнги и обеспокоенно оглядывает бледного как мертвец Чонгука. - Ты в порядке? Хотя глупый вопрос, прости. Как мне тебе помочь?

- Никак, отодвинься подальше, я сам справлюсь, - Чонгук зарывается руками в мокрые от пота волосы и глубоко дышит, восстанавливаясь. - Почему ты здесь?

- Отправился в канцелярию за папкой для хёна, возвращаюсь, а ты еле стоишь. - Тэхён отодвигается на шаг дальше и всё ещё не может унять волнения, потому что реально испугался, увидев его едва живым. - Что он тебе сделал?

- Ничего, просто врезался и пытался познакомиться или дорогу спросить, я так и не понял. Только когда я начал вырываться и задыхаться, попытался помочь, видимо, не понимая, что делает только хуже, - Чонгук делает паузы в рассказе, всё ещё тяжело дыша, и пытается подняться, но терпит неудачу, снова больно ударяясь копчиком. Ким подрывается помочь, но вовремя вспоминает, что не стоит, просто поднимаясь и вытягивая Гука за капюшон. - Что ты ему сказал?

- Что ты мизофоб, а его прикосновения вызвали в тебе неприязнь и панику. Ты же этим прикрываешься? Я просто подыграл твоей истории.

- Спасибо, - Чонгук хрипит и снова кашляет, еле передвигая ногами в сторону офисного здания, - я хочу пить. У вас осталась вода?

- Конечно, я налью тебе, как только придём, - Тэхён не знает, как бы помочь Чонгуку, не прикоснувшись к нему, потому что тот еле стоять нормально может, а дойти ему точно не хватит сил. Он делает всего пару шагов и облокачивается о столб, начиная съезжать по нему. - Чонгук-а, стой. Ты не можешь сейчас идти. Отдышись нормально.

- Я могу, только... - Гук упрямится и собирается возобновить путь, но чуть не падает, вовремя зацепившись за столб.

- Боже, что делать?.. - у Тэхёна паника и абсолютная безысходность в положении. Чон вдруг резко как-то обмякает и чуть не встречается лицом с асфальтом, подхваченный Кимом за толстовку. - Чонгук?

Шатен вырубается как-то очень быстро и неожиданно, но брюнету это только на руку, потому что пока Чонгук в отключке, его можно дотащить до кабинета не говоря о прикосновениях . Ким мгновенно подхватывает его на руки и несёт в помещение, не теряя ни минуты. Другие работники с волнением косятся на него, но Киму не до них сейчас совершенно, его гораздо больше беспокоит то, что Чонгук очнётся раньше, чем они приедут на десятый этаж.

Тэхён выскакивает из лифта, прижимая бессознательное тело крепче к себе, чтобы тот не встретился с дверями головой, и залетает внутрь их прихожей, тут же вламываясь к Юнги.

- Какого чёрта ты так долго, мелочь? - Юнги ворчит и недовольно вскидывает голову, но тут же бледнеет, видя вырубленного Чонгука на руках у перепуганного до чёртиков брюнета. Тот без слов сразу кладёт Чона на диван и убегает обратно в соседнюю комнату, потому что ранее закрытые глаза жмурятся, а обладатель этих омутов медленно начинает приходить в себя.

- Что произошло? - Юнги включает кондиционер, делая воздух в помещении холоднее, и вопросительно смотрит на вернувшегося с кружкой воды в руках Тэхёна.

- Его схватил какой-то парень, вроде как из добрых побуждений, но когда Чонгуку стало плохо, сделал только хуже, пытаясь привести его в чувства прикосновениями, - Тэхён подкладывает под голову шатену подушку и ставит кружку рядом на журнальный столик, поворачиваясь к Юнги. - Твоя папка спасла ему жизнь.

- Ну, он бы просто вырубился там, вряд ли бы умер, - Юнги хмурится и протирает влажной салфеткой лоб Гуку, еле касаясь пальцами кожи, пока тот находится в полусознательном состоянии. - Кстати, где она?

- Ой, - Брюнет понимает, что где-то, видимо, успел её обронить и виновато улыбается, присаживаясь на край столика рядом с хёном. - Прости.

- Вычту из твоей зарплаты, - Юнги хмыкает и быстро убирает руку, стоит только Чону открыть глаза. - Чонгук?

Шатен моргает и что-то мычит, закрывая лицо ладонями и тяжело дыша. У него снова звенит в ушах, а тело немного потряхивает после обморока, но уже значительно лучше, чем было на улице. Здесь прохладно и нет пытливых взглядов прохожих, которым всегда всё интересно и нужно. Хотя помимо поверхностного интереса внутри глубоко плевать. Чонгуку тоже на них, когда тех нет рядом, потому что угрозы не чувствует.

- Воды, пожалуйста, - Гук  кашляет и хрипит, приподнимаясь на локтях и протягивая руку. Ким  тут же подаёт принесённую ранее кружку, специально хватая её пальцами сверху, чтобы не встретиться с Чонгуковскими, и аккуратно отдаёт ему в руки. Он жадно глотает воду, всё ещё не очнувшись до конца, и безвольно падает обратно, ставя кружку на пол.

- Ты как? Что-нибудь ещё нужно? - Юнги внимательно смотрит на своего пациента и неодобрительно поджимает губы, видя его нечеловеческую бледность.

- Нет, не надо... сейчас отпустит, совсем скоро... - Чонгук часто дышит и вновь закрывает глаза, давая организму самому прийти в себя. Блондин встаёт с места и идёт к шкафу, открывая дверцу и начиная копаться в медикаментах. У него где-то были таблетки, которые дадут Чонгуку поправиться быстрее, если он, конечно, согласится их выпить. Те всё же находятся, и Мин просит Кима принести ещё воды. Тот  слушается и возвращается через пару секунд, отдавая стакан Юнги и наблюдая за шипящими таблетками внутри.

- Выпей, Чонгук, легче станет, - Юнги осторожно протягивает шатену стакан и ждёт, пока на него обратят внимание. Чонгук забирает стакан и выпивает всё содержимое, не задавая лишних вопросов и доверяя Юнги. Вряд ли бы тот стал его чем-нибудь травить в такой ситуации. - А теперь просто полежи несколько минут, и как трясти перестанет, поднимайся.

Юнги садится обратно в своё кресло и утыкается в экран, щёлкая мышкой и продолжая прерванное дело. Тэхён же не знает, куда себя деть, поэтому просто остаётся на своём месте, периодически кидая на Гука обеспокоенные взгляды. Но тот постепенно приобретает цвет, дышит медленней и размеренно, а ещё успокаивается, расслабляясь, наконец.

Чонгук  по своим меркам отсчитывает полчаса, но на деле проходит не больше десяти минут, как он снова распахивает глаза и смотрит уже осознанно. На щеках привычный лёгкий румянец от жары, а в глазах паника, прикрытая недовольством. Чонгуку немного неудобно, что у него случился приступ при них, но никто издеваться, вроде, не собирается, а значит и бояться ему нечего. Он приподнимается на локтях и вертит головой, фокусируя взгляд на Тэхёне и собираясь встать.

- Как ты себя чувствуешь, Гуки? Лучше? - Ким осторожно интересуется, соскакивая со стола и отходя от Чона, боясь случайно задеть его, тем самым вернув приступ.

- Лучше, - Чонгук садится и упирается руками в колени, не зная, что ему стоит делать сейчас. - Благодарю, Тэхён.

Ким в ответ мотает головой и разворачивается к Юнги, собираясь спросить о дальнейших действиях тоже, но Мин кивком предлагает ему сесть на диван, а шатена подзывает к себе, прося занять место перед ним.

- Тебе сейчас не до приёма, но мы немного отвлечёмся, Чонгук, - Юнги хмыкает и разворачивается к нему корпусом, смотря  с лёгким прищуром. - Как ты?

- Нормально, спасибо за лекарство, - Чон мотает головой и слабо улыбается, всё ещё чувствуя себя неловко за свой обморок и всё остальное. - Вы хотите поговорить?

- Ну, примерно, - Юнги загадочно кивает и сдерживает улыбку, - Я бы, конечно, отправил тебя домой, отменив запись, но у нас и так полчаса, плюс тебе опасно сейчас идти в людное место. Напомни, я дам тебе выпить ещё одно лекарство перед выходом. Оно понизит твою чувствительность.

- Я постараюсь, - Чонгук вздыхает и скрещивает пальцы, опуская взгляд. - Мне немного сложно говорить, но я всё понимаю. Это нужно.

- Нужно, тебе в первую очередь. Но мы с тобой поиграем немного.

- Чего? - Тот немного испуганно поднимает недоумённый взгляд и хмурится. - Во что вы хотите поиграть?

- Не во что, а с чем. Раз у нас произошёл инцидент, то тебе на эмоциях будет даже чуть легче. Мы создадим твоё идеальное представление поведения человека. Твоё поведение.

- Просто представим? Я должен буду создать эту модель у себя в голове?

- Нет, мы будем наблюдать это вживую. - Юнги поворачивает голову и криво улыбается, сверкая глазами. - Тэхён будет нашим экспонатом.

- В смысле?..

- Мы создадим идеальную модель поведения, основываясь на его привычках и манере общения. Что-то ты должен будешь стараться перенять, а на что-то обратить внимание в качестве лишнего. Это просто. Тэхён должен быть живым примером того, как нужно себя вести в твоём понимании.

Чонгук поджимает губы и хмурится, переводя взгляд на  удивлённого таким раскладом событий Тэхёна, и пытается сосредоточиться на том, что о нём узнал за эти несколько занятий. По сути, Ким Тэхён для него сплошная неизвестность, но на первый взгляд тёплая и очень добрая. Но также  Чонгука разъедает сомнение, настоящая ли это сторона или издержки работы. Люди могут  быть любыми и лишь только притворяться хорошими во благо себе. Но попытка не пытка, разве нет?

- Он общительный, это то, чем я хотел бы тоже обладать, - Чонгук смотрит задумчиво и витает где-то в своих мыслях, уперевшись глазами в чёрные напротив. - А ещё он не трогает меня, понимая, что нельзя, при этом не избегая контактов с другими людьми.

- И это хорошо?

- Это прекрасно не реагировать так, как реагирую я, на прикосновения чужих людей, - Гук с некой горечью вздыхает и опускает взгляд. Ещё раз пробегаясь по своим воспоминаниям, связанными с этим человеком, и мысленно лишь снова соглашаясь с тем что сказал, продолжает. - Я не уверен, что хочу так же, но это было бы неплохо.

- Значит, в идеале ты должен быть общительным и любить прикосновения?

- Да, наверное, это именно то, чего бы я хотел.

- Что ещё?

Чонгук задумывается на секунду, размышляя, что ещё бы он хотел у старшего перенять, но не может найти ничего, не складывая образ целиком.

- Это сложно, я его почти не знаю, - Чон  глубоко вздыхает и смотрит на Кима беспомощно, пытаясь найти что-нибудь ещё. И Гук на все сто уверен, что определённо такое есть, просто он об этом либо не знает, либо не видит просто, закрываясь всё время на все замки.

- Значит, твоя задача будет с ним в итоге подружиться, и каждую неделю ты будешь добавлять мне по одному качеству, - Юнги жмёт плечами и подпирает щёку рукой. - Думаю, Тэхён против не будет.

- П-подружиться? - Чонгук  удивлённо хлопает пышными ресницами и неверяще смотрит на блондина, пугаясь этого задания. - И как вы это себе представляете?!

- Я могу провожать тебя каждый раз до автобуса, если хочешь, - Ким слабо улыбается и ловит неуверенный взгляд шоколадных глаз. - Когда тебе станет лучше, то можем как-нибудь и прогуляться после работы.

- Это что за методы такие странные?! - Чонгук подскакивает на месте и хаотично бегает глазами с одного на другого. У него опасные подозрения и страх снова довериться, а ещё желания особо никакого нет с брюнетом вот так после приёмов гулять.

- Что ты себе опять придумываешь, Чонгук? - Юнги тяжело вздыхает и откидывается на спину, скрещивая руки. - Ты не обязан ему ничем, твоя задача лишь наблюдать и строить идеальную модель поведения. Тэхён тебя и пальцем не тронет без твоего разрешения, можешь быть в этом уверен.

- Я... я просто не понимаю... Неужели нельзя обойтись без этого? - Шатен жалобно смотрит на блондина и не хочет ни с кем общаться совершенно. А в том, что с Кимом определенно не будет молчаливых прогулок, он уверен на все сто процентов.

- Тогда ты не построишь модель, вот и всё. Чонгук, просто попробуй. Я не заставляю тебя с ним дружить или доверять ему всё, это чисто твоё решение, просто попробуй анализировать поступки других людей, так проще будет увидеть то, чего нет у тебя.

Чонгук всё равно смотрит недоверчиво, раздумывая над предложением, а затем вздыхает и поникает тут же, опуская голову. Ему всё ещё не хочется этого совершенно, но, наверное, ему это как-то всё же поможет. Юнги же не просто так это предлагает, позабавиться решив. В этом всё же есть смысл, только Гук его всё никак уловить не может или не хочет, продолжая внутренне бояться.

- Ладно, я согласен... - Чон тяжело выдыхает и зарывается рукой в волосы, откидывая их назад. - Пусть провожает.

- Вот и договорились, - Юнги облегчённо кивает и бросает взгляд на часы. - Полчаса, как и не было.

- А почему именно Тэхён? Чем вы плохи? - Чонгук пытается упрямиться даже после того, как согласие дал, потому что со страхом представляет, как ему предстоит сейчас в сопровождении брюнета куда-то пойти, поэтому как можно дольше оттягивает время, впервые не хотя из кабинета выходить.

- Потому что я врач и должен следить за твоим состоянием, а не показывать из себя живой пример. К тому же я не очень люблю изобилие тактильности, если честно.

Чон обречённо вздыхает и медленно поднимается со своего места, направляясь к двери. О лекарстве всем напоминает брюнет, который тоже встаёт и смотрит немного растерянно, не понимая, как оказался во всё это втянут. Чонгук спокойно глотает протянутые таблетки и скованно прощается с блондином, кинув мимолётный взгляд на Кима. Тот перед выходом смотрит на Юнги возмущённо и фыркает, решая разобраться со всем потом. Ему предстоит дорога с Чонгуком, которому немного не до этого после приступа. Да и вообще не до этого, в принципе.

Шатен спокойно ждёт его у двери, пока Тэ хватает мобильник со стола и накидывает лёгкую кофту, а потом бесшумно двигается к лифту, уперев глаза в пол. Тот молчит и не знает, стоит ли вообще разговаривать, но тишину нарушает Чон, когда они выходят из здания и идут вдоль по дороге.

- Почему ты согласился? Какая тебе польза от этого?

- Мне? Никакая, по сути. Я просто помогаю тебе, мне нельзя этого делать?

- Зачем ты помогаешь? Простая жалость, да? - Чонгук горько усмехается, как же он все таки слаб.

- Нет, мне не жалко тебя - Тэ еле успевает свернуть следом, догоняя Гука после поворота. - Я тебе сочувствую и искренне помочь хочу, но никак не жалею.

- И что тогда? Просто душевная доброта или Юнги боишься?

- Интерес, Чонгуки, - Чон боязливо косится в сторону Кима и сглатывает образовавшийся ком, всё ещё боясь подлянки от старшего. - Мне просто интересно то, чем ты «болеешь». А ещё да, немного душевной доброты. Мне несложно, так почему бы не помочь?

- Ты странный, - Чонгук глубоко вздыхает и замолкает, погружаясь в себя и абстрагируясь от внешнего мира. Тэхён тоже молчит, потому что говорить что-либо бессмысленно, когда тебя почти не замечают в данный момент. Он лишь продолжает следить за тем, чтобы Гук никуда не врезался, и чтобы в него не врезались тоже, перетягивая шатена из стороны в сторону за рукав толстовки.

Они добираются до остановки минут за пять, останавливаясь под козырьком и продолжая молчать. Чонгуку неловко, потому что друзей у него давно не было, да и не общался он ни с кем вживую тоже давно, поэтому, что ему делать с Кимом - он без понятия. Тэхён же понимает, что младшему нужно к нему просто привыкнуть для начала, а дальше они уже разберутся, как им себя друг с другом вести.

Но, вообще, когда он вернётся, он устроит Юнги словесную взбучку, потому что какого хрена и предупреждать надо всё-таки. Ким  не злится, в принципе, но повозмущаться для приличия надо. Юнги, небось, просто свалил на него часть своей работы, впрочем, как обычно, а теперь отдыхает спокойно. И брюнет, наверное, рад помочь, но как вести себя с Чонгуком, он пока что совершенно не знает.

Поэтому, когда подъезжает автобус, то благодарно вздыхают этому оба. Чонгук неловко прощается, махнув рукой, и запрыгивает внутрь, аккуратно проходя мимо сидящих людей и садясь где-то в конце. Тэхён уверен, что когда Гук будет добираться до них без происшествий, им будет проще, а пока это немного странно и действительно неловко.

Но, в принципе, польза всё равно должна какая-то от этого быть. И, может, даже не только Чонгуку, если постараться.