33 часть(конец)
Прошёл год.
Я стояла на балконе нашей квартиры в Буэнос-Айресе и смотрела, как солнце поднимается над городом. В руках — чашка мате, которую я наконец-то научилась любить. За спиной — тихое дыхание Ландо, который всё ещё спал после бессонной ночи переговоров с командой.
Год. Целый год новой жизни.
Мы не вернулись в Европу. Не потому что не могли — Ландо нашёл способ легализовать меня через аргентинское гражданство, Дуров помог с документами, адвокаты сделали свою работу. Я больше не была беглянкой. Я была гражданкой Аргентины, женщиной с паспортом, с которой всё начали заново.
Но мир Формулы-1 остался там, за океаном. И Ландо не мог бросить гонки. Он мотался туда-обратно, пропадал на недели, но всегда возвращался. В этот дом. Ко мне.
Мама освоилась. Открыла маленькую пекарню в русском квартале, пекла пирожки и вспоминала Москву только по праздникам. Брат с семьёй жили в соседнем районе, дети ходили в школу и говорили на смеси испанского с русским. Мы стали частью этого города.
А я... я снова писала. Новый канал, анонимный, но с тем же голосом. О жизни, об эмиграции, о любви, о гонках. Без политики, без риска, просто честные тексты. Миллион подписчиков по всему миру, которые не знали моего лица, но чувствовали душу.
Всё было хорошо. Почти идеально.
Но где-то в глубине души жил вопрос: а что дальше?
--
Ландо вышел на балкон, сонный, взъерошенный, в одних пижамных штанах. Обнял со спины, уткнулся носом в шею.
— Ты чего так рано? — пробормотал он.
— Солнце встречаю.
— Красивое.
— Солнце?
— Ты.
Я улыбнулась и откинулась назад, чувствуя тепло его тела.
— Ландо, — сказала я тихо.
— М?
— Ты не жалеешь?
— О чём?
— О том, что бросил всё ради меня.
Он развернул меня к себе. Посмотрел в глаза серьёзно, без тени улыбки.
— Лэс, я ничего не бросал. Я гоняюсь. Я выигрываю. Я делаю то, что люблю. А потом возвращаюсь туда, где меня любят. Это не жертва. Это счастье.
— Но если бы не я, ты мог бы жить в Лондоне, быть ближе к команде...
— Если бы не ты, я бы вообще не жил. — Он взял моё лицо в ладони. — Ты спасла меня. От меня самого. От моих демонов. От пустоты. Ты дала мне дом. Здесь, — он прижал мою руку к своей груди, — и здесь, — обвёл взглядом город. — Я ни о чём не жалею.
Я хотела ответить, но в горле стоял ком.
— Идём завтракать, — сказал он вместо этого. — Мама обещала блинчики.
Я засмеялась и пошла за ним.
---
День пролетел как один миг. Блинчики, прогулка по парку с племянниками, долгий разговор с мамой на кухне, вечерний матч по телевизору. Обычный день. Счастливый день.
Ночью мы лежали в кровати, и Ландо гладил мои волосы.
— Лэс, — сказал он вдруг. — Я хочу тебя кое о чём спросить.
— Да?
— Ты когда-нибудь хотела вернуться?
— Куда?
— В Россию.
Я замерла. Этот вопрос висел в воздухе все эти месяцы, но никто не решался его задать.
— Я не знаю, — честно ответила я. — Иногда мне снится Москва. Арбат, метро, запах снега. Но потом я просыпаюсь здесь, и понимаю, что дом теперь здесь.
— А если бы можно было вернуться без риска?
— Ты про что?
Он помолчал, потом сказал:
— В команде говорят, что через пару лет могут быть гонки в России. Новая трасса, говорят, строят. Если это случится... я бы хотел, чтобы ты была там. Со мной. Не как беглянка, а как часть команды. Как моя жена.
Последние слова повисли в воздухе.
— Что? — переспросила я.
Он приподнялся на локте, посмотрел на меня.
— Я хочу, чтобы ты вышла за меня замуж, Лэс. Не сейчас, не завтра. Но когда-нибудь. Когда всё устаканится. Когда ты будешь готова. Я хочу, чтобы мы были семьёй. По-настоящему.
Я смотрела на него и не верила. Мой ураган, мой бешеный, импульсивный мальчик, лежал рядом и говорил о семье.
— Ты серьёзно? — прошептала я.
— Серьёзнее некуда. — Он улыбнулся. — Я люблю тебя. Ты — моя жизнь. И я хочу прожить эту жизнь с тобой.
Я придвинулась, поцеловала его. Долго, нежно, обещая всё, что можно обещать.
— Я подумаю, — сказала я, когда мы оторвались друг от друга. — Но, кажется, я уже знаю ответ.
Он засмеялся и прижал меня к себе.
— Я подожду. Сколько нужно.
---
Перед сном я вышла на балкон. Город спал, только редкие огни машин нарушали тишину. Где-то там, за океаном, осталась Россия. Мамина родина, моё прошлое, моя боль. А здесь, в этой тёплой ночи, начиналось будущее.
Я не знала, что будет завтра. Вернёмся ли мы в Европу, останемся ли здесь, поедем ли на ту гипотетическую гонку в Россию. Я не знала, выйду ли за него замуж, рожу ли детей, построю ли дом.
Я знала только одно: мы есть. Мы вместе. И это главное.
Я вернулась в комнату, забралась под одеяло и прижалась к Ландо. Он обнял меня во сне, что-то пробормотал и улыбнулся.
Я закрыла глаза.
Завтра будет новый день. А сегодня — сегодня я просто счастлива.
— Конец —
— Но начало тоже здесь —
Дорогой читатель.
Если ты дошёл до этих строк — спасибо тебе. Ты прошёл этот путь вместе с Лэс, вместе со мной, вместе с историей, которая родилась из идеи, из желания рассказать о сложном выборе, о любви, о страхе, о надежде.
Эта книга писалась кусочками, глава за главой, иногда спонтанно, иногда продуманно. Я не знала, куда повернёт сюжет, когда начинала. Как и в жизни, герои сами диктовали мне, что будет дальше.
Лэс — собирательный образ. В ней есть сила и слабость, упрямство и нежность, страх и отвага. Она ошибалась, падала, поднималась, снова ошибалась. Как каждый из нас.
Ландо — не просто пилот. Он символ того, что даже в самом безнадёжном урагане может скрываться нежность. Что люди меняются. Что любовь способна на многое.
Кими — тихая гавань, которая оказалась не тем берегом. Но без него Лэс не нашла бы свой путь.
Я хочу поблагодарить тебя за то, что был рядом. за эмоции, за то, что переживал вместе с героями.
Финал открыт. Потому что жизнь не имеет финалов. Есть только паузы, за которыми начинается новый круг. Новый сезон. Новая гонка.
Что будет с Лэс и Ландо дальше? Вернутся ли они в Европу? Поженятся ли? Увидят ли Россию? Это остаётся за рамками этой истории. Но я знаю одно: они справятся. Потому что они есть друг у друга.
Спасибо, что был со мной.
С любовью,
Твой автор ❤️
«Наша жизнь — следствие наших мыслей; она рождается в нашем сердце, она творится нашею мыслью. Если человек говорит и действует с доброю мыслью — радость следует за ним как тень, никогда не покидающая»