100 days.

Д-4 Отказ.

22:33.
Я лежу на кровати с ноутбуком на животе и опять непрерывно смотрю на форум разговоров Университета. А если точнее, то на страницу, где должен был быть профиль Анонимки, а не слова NOT FOUND. Они пропали шесть дней назад, и я знаю, что должен перестать обманывать себя и признать что «они», на самом деле «она», но я не могу. Что-то во мне отказывается принять это. Ведь если я признаю это, то мне придётся признать ещё и тот факт, что я теряю не двоих, а одну. Только вот, мне нужны обе. Не знаю почему, но это так. Мне нужны они обе. Я столько времени об этом думал, что у меня болит голова. Ища аспирин, в ящике своего стола, я натыкаюсь на свёрнутый листок бумаги(записка "Поздравляю-Т"). Я думал, что выбросил его. А он здесь. И, чёрт возьми, это так приятно.

Я всё ещё помню ее карие глаза и черную футболку. Взгляд, которым мы обменялись в тот день, на поле. Те кошмары, которые снились мне всю ночь, из-за тех девушек, сказавших, что она приковала парня к батарее. Вспоминаю крутящиеся вокруг нее слухи, которые делают из нее больную извращенку. Думаю о нашем первом поцелуе. О поцелуе на кладбище. О ее нежности и о том, как легко она дала мне поцеловать себя. О том, как она обвела моё лицо руками, и как ее пальцы гладили мою кожу, как-будто, успокаивая. От одних воспоминаний по коже бегут мурашки. Не знаю, откуда взялись эти слухи, но я отказываюсь им верить. Я не могу. Только не после того, как она меня поцеловала. Вспоминаю тот день, когда она вывела меня из зеркальной комнаты на городском фестивале. О ее взгляде и успокаивающем тоне, когда мы вышли оттуда. О том, как я сбил собаку, как она гладила её, как говорила... Или о том дне, когда Дилан-щенок родился, с моей бесполезной помощью. Я помню то переживание на ее лице. Ее улыбку, когда она держала щенка в руках. Ее беспокойство обо мне, когда я чуть не упал в обморок. Не говоря уже о той ночи, когда она заботилась обо мне. Слухи - плохие и жестокие. Она слишком человечная, чтобы люди такое о ней говорили. Она другая. Моя голова опять болит. Вздыхаю. Вот, как я провожу время уже четыре дня. Я думаю. Снова и снова.

Складываю листок бумаги и уже готовлюсь положить его обратно, как меня осеняет. Роюсь в ящике, переворачиваю всё, что можно, прежде, чем нахожу её. Флэшка. Не могу поверить, что мог забыть, и ещё, не могу поверить, что она тоже забыла. Ведь она не просила меня её вернуть. Ни разу, с того момента, как забыла её в машине. Долго держу её в руках, рассматривая, потому что знаю что то, что я собираюсь сделать - неправильно. Но если она не попросила её обратно, это значит, что на ней нет ничего, кроме музыки. И она меня бросила, так что... Думаю, это даёт мне право. Право найти хорошее оправдание. Вставляю её, мучаясь угрызениями совести. Мне не нравится это ощущение, я как будто вторгаюсь в ее личную жизнь. Но сейчас, когда высветлился ярлык, - это сильнее меня. Пути назад нет. Там всего три папки.

МУЗЫКА. Быстро пролистываю плейлист, тут минимум двести песен, и я не знаю и половины групп.

КОМПОЗИЦИИ. Здесь только одна аудиозапись. "Don't let me go by Tessa Hokkinz". Включаю, и с первой секунды не могу дышать. Буквально. Блять... Не знаю, то ли от ее голоса, то ли от слов песни... Но только услышав их, я понимаю, как ей больно. Насколько она разрушена изнутри. И это настолько меня завораживает, что я жму на "Replay", чтобы услышать её вновь и вновь.

Название третей (и последней) папки, содержит только три буквы «СЭМ». Но мой мозг сразу находит связь. В памяти появляется разговор между Эмили и Элеанор.

«-Помнишь ее бывшего дружка? Как его там звали...
-Саймон?
-Нет... Эм, Сэм!
-Да, точно, Сэм. Люди говорят, что ему пришлось уйти из университета, потому что она превратила его жизнь в Ад. [...] Она везде за ним ходила, отправляла ему тонны сообщений, всё время звонила. Бедный парень был вынужден поменять Университет!»

И их догадка о том, что она угрожала ему ножом, тоже. Слухи. Опять и снова. Это глупо, ведь даже, несмотря на то, что я не верю в это, мне страшно открывать папку. Ведь имя-то настоящее, значит, слухи не полностью выдуманные. Не знаю, чего именно я ожидал, но точно не ТАКОЕ. Только не такую искреннюю улыбку на ее лице.
Смотрю все фотографии. Их сотни. Вместе, или её отдельно. Она смеётся, улыбается, кривляется. Сэм прекрасен. Не могу перестать рассматривать каждую фотку. Особенно те, на которых она с ним. Я никогда не видел ее такой счастливой. Никогда не видел такую искреннюю улыбку. Тесса с фотографий не имеет ничего общего с той Тессой, которую я знаю. У Тессы с фотографий нет такой боли во взгляде. Нет той грусти на лице. Эта Тесса живёт, а та- выживает. И все эти слухи о ней и о Сэме - полный бред. Я понимаю это, сейчас. Они были счастливы вместе. Между всеми появляющимися фотографиями я замечаю одну определённую. Единственную, на которой она одна. Не могу отвести взгляд.
Застыл. Точно, я застыл. Застрял на этой фотографии. На ее глазах. На ее взгляде. На ее улыбке. На ее лице, не выражающем боли. Я застыл, потому что считаю ее прекрасной. Потому что хочу видеть ее такой, каждый день. И ее голос, который по сотому кругу звучит у меня в комнате, сводит с ума. Правда. Я не часто слышал его до сегодняшнего момента, потому что она не очень-то и любит говорить. Слышать, как она поёт, это... Не знаю. Это внутри меня. Не могу объяснить словами. Мне нравится, как она поёт. Я распечатываю фотографию. Не знаю почему, ведь она ещё долго останется в принтере, но всё равно делаю.

Продолжаю просматривать фотографии, и чем дольше я это делаю, тем больше злюсь на слухи. Это полная хрень. Они всё портят в их истории. Они с Сэмом были счастливы, чёрт возьми. Они любили друг друга. Стоит только взглянуть на них, чтобы понять это. То, как он на неё смотрит, когда она улыбается, когда она корчит рожицы, без разницы. Он всегда смотрит на неё с огромной нежностью. Не понимаю почему, но я практически ревную... Забываю всё, когда открываю последнюю фотографию, и моё сердце сжимается. Больно.
Это врата кладбища, у дороги. Кладбища, где я два раза видел ее. Кладбища, где мы поцеловались. И теперь, я знаю, почему она ходит туда. Знаю, что причиняет ей столько боли. Ради кого она страдает настолько, что ложится на могилу посреди ночи, с бутылкой чинзаны в руке. Это Сэм. Песня, всё ещё играющая с колонок, и её текст разбивают мне сердце. Она написала её для него? Она поёт её, когда приходит к нему? Приходит к нему... Чёрт. ПОЧЕМУ я не подумал об этом раньше? И после пяти дней бессмысленного ожидания, я во что-то верю. Надеюсь найти ее там. Кажется, я ни разу в жизни не был таким быстрым. Меньше, чем за 25 минут, я уже напротив входа на кладбище. Около полуночи. Ее 4х4 нет, но в первый раз она тоже была без машины. Пришла пешком. Практически бегом дохожу до могилы Эрнеста. Нет никакой бутылки чинзаны. Нет кариго взгляда, рассматривающего небо. Ее здесь нет. Что-то во мне болезненно сжимается, и я понимаю, как глупо было надеяться найти ее здесь. Я настолько разочарован, что ложусь на ее место и смотрю на звёзды, вместо нее.

- А ты ее видел? Она приходила?

Конечно же, Эрнест мне не отвечает. Я разговариваю с могилой. С могилой незнакомого мне парня, и мне плевать. Ведь, каким-то образом, Эрнест тоже связан с нашей историей. В смысле, с той маленькой историей, которая у нас была... Мне кажется, что я окончательно всё потерял. Только вот, лёжа здесь, я чувствую себя ближе к нему. К Тессе, не к Эрнесту. Поэтому я лежу. Не знаю, сколько времени, но я лежу, смотря на звёзды, видя перед собой ее фотографию. Ее взгляд и ее лицо, чтобы заполнить эту пустоту. Я встаю и рассматриваю все надгробия. Ведь даже если у нее не хватило смелости лечь на его могилу, она должна быть недалеко. Не справа и не слева, а прямо напротив. Могила красивая. Чёрная и простая. Такая же, как и само надгробие.

«Сэм Джонсон.

16 июня 1995 - 22 августа 2012»

И я рефлексивно ищу связь между этими датами и сотней дней. Возможно, это как-то связано с ним. С его днём рождения или датой смерти. Что-то вроде этого. Но мы в сентябре. Это бессмысленно. На мраморе нет типичных надписей, вроде «Любимому Сыну» или «Помним, любим, скорбим». Нет. Там выгравирована только одна фраза. Фраза, которая запоминается навсегда. Фраза, которую могла написать сама Тесса.

«Жить другим - значит умереть другим.»