Глава 13
***
«24»
Только отправив ей один мейл, сразу пишу второй.
« Ответь мне, пожалуйста.»
«Я не хочу разговаривать.»
« Поэтому ты не отвечаешь мне уже два дня?»
« Да.»
« Почему ты мне не сказала?»
« Почему я не сказала тебе что?»
« Почему ты не сказала, что не хочешь разговаривать?»
«Потому что когда я не хочу разговаривать - я не хочу ничего говорить.»
« Но я просто беспокоюсь о тебе.»
«Ты беспокоишься обо мне?»
«Да.»
И она опять не отвечает. Я сижу, смотря на экран и грызя ногти. Но ничего. Никакого ответа. И у меня это неприятное чувство, что она от меня ускользает. Если она открывается мне, то только, чтобы потом вновь закрыться. Спустя полчаса, я теряю любую надежду. Понимаю, что больше ничего не получу сегодня. Еще рано, может, стоит ли присоединиться к другим на вечеринке? [...] На часах еще нет одиннадцати, когда я выключаю свет. Засыпаю, без какого либо настроения.
***
Я всегда верил, что университетский менталитет отличается от школьного. Что люди взрослеют, умнеют, становятся добрее... Я ещё никогда так не ошибался. Королева бала - остаётся королевой бала. Ботаник - остаётся ботаником, а сволочь - сволочью. А самое ужасное, что я, кажется, уже давно нашёл свое место на самой вершине, а она не принадлежит никакой категории. Она в своем мире. И когда она заходит в кафетерий, половина присутствующих во всю рассматривают её, а меня наполняет чувство облегчения. Она уже три дня не приходила на занятия. А сейчас стоит здесь, живая и в полном порядке. Я, честно, старался убедить себя, что не волнуюсь за неё, что мне плевать, что это не моя проблема, но видя её сейчас, я понимаю, что до смерти переживал. При виде её разбитой губы и заклеенной пластырем брови, все начинают перешёптываться. Ей все равно, как обычно. Она садится за стол, недалеко от нас, держа в руках книгу и банку Кока-Колы. Думаю, я уважаю ее за это. За то, как она игнорирует людей, остаётся выше всего этого, как будто её невозможно ранить. К сожалению, перешёптывания быстро перерастают в провокации. И они исходят от нашего стола. Парни из команды решили быть ещё тупее, чем обычно.
- Эй, Хоккинз, что такое? Тебе наваляли другие сумасшедшие? А?
Сжимаю зубы, чтобы не вмешаться. Не смотря на то, что она сидит к нам спиной, я вижу, как напрягаются её мышцы под футболкой. Похоже, не я один сжимаю зубы. Провокации продолжаются.
- Ты глухая, что ли?
Блять, отреагируй. Скажи что-то. Повернись, ударь его. Что-нибудь. Но не давай им так просто нападать на себя! Давай, Тесса... Но нет, ничего. Она неподвижно сидит, без какой-либо реакции. Вижу, как Джош берёт пустую банку от Пепси. Уже собираюсь вмешаться, но не успеваю ничего сделать, как он её бросает. Она попадает Тессе в затылок и с грохотом падает на пол. Такое чувство, что все вокруг замерли. Ни единого звука. Джош неподвижно стоит, испугавшись своего же жеста. Да чувак, тебе есть, чего бояться. Если раньше он ловил на себе только половину взглядов, то сейчас выиграл джек-пот. Тесса несколько секунд продолжает смотреть в свою книгу, после чего спокойно закрывает её, и встаёт с места. Скрип ее стула ярко выделяется в окружающей нас тишине. Она поднимает банку и идёт к нам. Никто не двигается, и все пристально смотрят на Джоша, который буквально не дышит. Даже когда ее карие глаза выражают такую злость, она выглядит абсолютно спокойно. Ставит перед ним банку.
- Ты уронил.
Джош не может ничего ответить, и просто бубнит что-то неразборчивое. Он хотел состроить из себя крутого задиру, но похоже забыл, с кем имеет дело. Не знаю, почему, но меня так сильно переполняет гордость, что приходится закусить губу, чтобы не улыбнуться. Она поверхностно на него смотрит. Просто показывая, насколько она сама умнее и сильнее. И не проронив ни слова, разворачивается. Выходит из кафетерия, открывая свою книгу и выбрасывая в мусор, только что допитую банку Кока-Колы.
Вау. Я.. Просто вау. Смотрю, как она исчезает, затаив дыхание. И не я один. Теперь шёпот превращается в насмешки и выкрикивания. В сторону Джоша, который, конечно же, пытается спасти остатки своей гордости, и стоит с высоко поднятой головой. Как будто, это ему поможет. Я встаю.
- А ты куда ещё собрался?
- Хочу поздравить ее с тем, что у нее получилось заткнуть такого козла, как ты. Я так давно об этом мечтал.
И не слыша ответ, выхожу из кафетерия. Вижу ее посреди коридора.
- Стой!
Она поворачивается ко мне, и подходя ближе, я понимаю, что это был просто спектакль. Что на самом деле, она ранена. Блять... У нее стоят слезы в глазах, и у меня опять появляется это до ужаса неприятное чувство. Мне стыдно. Стыдно, что я не вмешался. Почему я не заступился за нее...
- Что ты хочешь?
- Я.. Я хотел извиниться. Не обращай на них внимания. Они просто идиоты.
Она пожимает плечами и поворачивается ко мне спиной. Только я не хочу снова ее упустить. Иду за ней.
- Почему? Почему ты не отреагировала? Почему ты даёшь им ранить себя, если можешь размазать их по стенке даже в таком состоянии.
- Они не могут ранить меня.
- Перестань, конечно же могут.
- Нет.
- Ты слишком горда, чтобы признать это?
Знаю, я зашел слишком далеко, но мне больно видеть ее такой. Видеть, как она делает вид, что ей плевать на всё. Ведь это не так. Думаю, после того, как я увидел ее такой опасной и злой, мне нужно убедиться, что у нее тоже есть слабости. Что ее тоже можно ранить.
- Это не вопрос гордости.
- Чёрт возьми, конечно же это вопрос гордости! Ты слишком горда, чтобы признать, что они задели тебя.
Вышло грубее, чем я думал, но меня бесит ее вечная игра в супер-героя. Она останавливается так резко, что я практически врезаюсь в нее, и поворачивается ко мне лицом.
- Блять, ты слишком тупой, чтобы понять. Я не могу признать это! Я не имею права признать, что меня можно задеть! Потому что если они поймут, что могут сделать мне больно, будет еще хуже. Они поймут, что у меня есть слабость. А когда ты хочешь разрушить кого-то, ты стараешься задеть его слабое место. Так что нет, Дилан, это не вопрос чёртовой гордости. У меня нет выбора, - в ее голосе столько злости, что мне тоже становится больно.
- Но ПОЧЕМУ ты не реагируешь? ПОЧЕМУ?
Она грустно улыбается, смотря на дверь кафетерия.
- Потому что тупой быть легче, чем слабой.
После чего она уходит. Ее слова настолько задели меня, что я молча даю ей это сделать. Она самый непонятный человек, которого я когда-либо встречал. Ее до полусмерти избивают на парковке, она дерётся с очень опасными на вид парнями. Бесстрашно противостоит им, но позволяет паре баскетболистов, в голове у которых не больше, чем в штанах, ранить себя. Я никак не могу понять ее. А самое странное, что, чем больше у нее слабостей - тем сильнее она мне кажется. Чем чаще она позволяет другим задеть себя - тем более недосягаемо выглядит.
Кладу руку в карман куртки, когда она уже в десяти метрах от меня.
- Эй, Хоккинз. - она поворачивается, и ловит то, что я только что ей бросил. - Сжимай его в руке.- я показываю ей на свою бровь, что бы напомнить ей о ее собственной. - Когда тебе будут снимать швы, сжимай его в руке. Это отвлечёт тебя от боли.
Она опускает глаза на маленький резиновый мячик. Смотрит на меня, и я вижу лёгкую улыбку на ее устах.
- Постараюсь не забыть.
Она разворачивается и уходит. А я снова рад, что стою посреди коридора, а не лежу на обочине в луже крови.
***
«Он беспокоится обо мне» (с)Тесса