Глава 9
«Д-37»
«Что ты делаешь?»
«Отсчёт дня.»
«Нет, я спрашиваю, почему ты добавил Д? Обычно, ты так не делаешь. Это непривычно. Я не хочу, чтобы ты так писал. Не надо ничего менять. Не меняй ничего. Не делай этого, пожалуйста.»
«Это не конец света, я просто захотел что-то изменить.»
«Нет, это конец света, Дилан. Не меняйся. Больше ничего не меняй. Никогда больше так не делай.»
«Я...Ладно, прости. Я не думал, что это так для тебя важно. Больше не буду.»
«Это важно. Ты мне обещаешь? Обещай мне, пожалуйста. Обещай мне, что ты так больше не сделаешь, что ты не изменишься.»
«Я тебе обещаю. Клянусь, что ничего не буду менять. Пожалуйста, успокойся»
«...»
«Ответь мне.»
«...»
«Анонимка?»
«...»
«Я знаю, как мы поступим. Ты выйдешь из сети на пару минут, потом опять войдёшь, и мы сделаем вид, что ничего не было.»
«...»
«Я приму твое молчание, в знак согласия»
[Десять минут спустя]
«37»
«Спасибо, Дилан.»
«Тебе лучше?»
«Да»
***
Потому что некоторые привычки становятся жизненно важными. Даже самые глупые из них становятся ориентирами, благодаря которым мы идём вперёд. Три раза ставить будильник на повтор по утрам, прежде, чем встать. Пить только любимую марку кофе. Всегда сидеть за одним и тем же местом за столом. Зашнуровывать левый кед, прежде правого. Жесты, которые становятся ритуалами, и если они будут не соблюдены, всё пойдёт не так. Все будет потеряно.
Анонимке же нужно, чтобы отсчёт оставался неизменным.
***
Я могу это сделать. Нет. Ааа, блять. Я чувствую себя полным придурком, потому что уже 10 минут нахожусь напротив ветеринарной клиники, но так и не решаюсь выйти из машины. А самое ужасное то, что я видел её сквозь стеклянную дверь приёмной, следовательно - она тоже меня видела. Да и в конце концов, у меня не самая незаметная машина в мире. Красные Lamborgini с откидным верхом не так уж и часто разъезжают по улицам. Я веду себя как кретин. Точно, я кретин. Стучу пальцами по рулю, как будто это может помочь. Это ведь не сложно. Открываю дверь. Выхожу. Закрываю дверь. Иду. Захожу внутрь. Приближаюсь к ней. Благодарю её Спрашиваю, зачем она это сделала. Благодарю ещё раз и ухожу. Это легко. Но, наверное, не так легко, как кажется, ибо я всё ещё сижу в своей машине. Как кретин. Тяжело вздыхаю, если честно, то я сам не понимаю, почему мне так сложно поблагодарить её. И чёрт, можно ведь просто уехать, я же не просил её помогать мне, она сама пришла. Ну вот, я опять начинаю стучать по рулю. Она меня беспокоит. То, что случилось два дня назад на фестивале, меня беспокоит. Я не перестаю думать об этом. Просматриваю эту сцену у себя в голове ещё и ещё, но не могу понять, почему она это сделала. Я сто раз искал и выискивал повод, но так и не нашёл ни одной причины, по которой она должна была прийти мне на помощь. Особенно если учитывать то, как ужасно я вёл себя с ней. У неё не было причин мне помогать. Но она помогла. Да и откуда она взялась вообще? Потому что об этом я тоже думал. Я нигде не замечал её, прежде, чем она не нашла меня посреди зеркал. Но ведь тогда было много людей, и я особо не всматривался. Так, я перестаю стучать по рулю, потому что скоро я испорчу обивку. Закрываю глаза, глубоко вдыхаю и выхожу. Видимо, тот факт, что я пятнадцать минут сидел в машине, как последний идиот меня разозлил, потому что я открываю дверь слишком резко. Подхожу к стойке и опираюсь об неё. Её голова опущена к компьютеру, и она заговорила прежде, чем я успел что-либо сказать.
-Здравствуй, Дилан.
И даже если она не подняла голову, чтобы посмотреть на меня, я замечаю её самодовольную ухмылку. Ясно, значит, она не собирается, чисто из вежливости, сделать вид, что не видела, сколько времени я простоял на парковке? Вот теперь мне уже не хочется её благодарить, совсем не хочется. Но я же не могу просто взять и уйти! И конечно же, говорю первую пришедшую на ум мысль:
-Как собака?
Сжимаю зубы. Серьезно? «Как собака», это шутка? Я не спрашивал ничего о собаке, с того самого вечера, как сбил её. Ничего худшего придумать нельзя было. Мысленно матерю самого себя, а она улыбается. Ещё шире. Ну все, хватит, я скоро запихну ей эту улыбку кое-куда.
-Ты спрашиваешь у меня, как собака?
Прекрасно, она хочет ещё больше меня унизить? Я злюсь, потому что уже в который раз выставляю себя перед ней полным идиотом.
-Да.
Она еще что-то печатает на клавиатуре, прежде, чем повернуться ко мне. Я вижу, как она старается не засмеяться.
-С ним все отлично.
-Вот и хорошо.
Её очень забавляет эта ситуация, а я сильнее сжимаю зубы.
-Его приютили более месяца назад, - она делает акцент на последних словах. Значит, она хочет не просто унизить меня, а заживо закопать? Я же, похоже, помогаю ей копать яму.
-Хорошие люди?
-Да, очень хорошие люди.
-Он счастлив?
-Да, он счастлив.
-Ладно, потому что я не хочу, чтобы он жил с людьми, которые плохо о нём заботятся.
-Они прекрасно о нем заботятся, не волнуйся.
-Они его кормят?
-Да, кормят.
-У него есть будка?
-Не за что, Дилан.
-Что?
-Не за что.
И я вижу по её глазам, что она поняла, и молча, благодарю её за то, что не дала мне опозориться ещё сильнее. Мы смотрим друг на друга, и это странно, потому что я впервые не чувствую себя неловко. Она все еще улыбается, но намного мягче. К сожалению, улыбка пропадает в тот момент, когда звонит её пейджер. Она смотрит пришедшее сообщение, и я вижу, как меняются черты её лица.
-Чёрт.
Она быстро перескакивает через стойку и выглядит довольно взволновано. Я не знаю, зачем, но я побежал за ней. Наверное, она не против, потому что сама придержала мне дверь, когда мы выходили. Пробежали задний двор, и за несколько секунд оказались возле сидящей на коленях девушки, возле неё лежала собака, кажется, лабрадор.
-Карла?
-Все плохо, младенец плохо размещен.
-Дерьмо.
-Я позову Марка.
-Поторопись.
Я не понимаю, о чем они говорят, но обе выглядят взволнованно. Смотрю, как девушка удаляется.
-Дилан?
Поворачиваю голову к ней, я немного потерян. Спрашиваю себя, что я тут делаю. Она сидит напротив собаки. Собака скулит.
-Дилан, ты должен мне помочь. Она сейчас родит, но щенок плохо размещен и она напугана. Иди сюда.
Я не слушал половину её слов, слишком сконцентрировавшись на скулящем животном, но делаю, что она мне сказала и сажусь рядом. Она берёт мою руку и кладёт её на живот собаки.
-Её зовут Мэсси, говори с ней. Успокаивай и гладь её, вот так, - и она нажимает своей рукой на мою, чтобы показать, как нужно делать. Я не способен ей ответить, потому что сейчас сам умру от страха. -Ты можешь это сделать?
Скорее всего, я ей ответил, или просто кивнул, потому что она больше не обращает на меня внимания. Она делает..Я не знаю, что, и честно сказать, не имею ни малейшего желания узнать. Вытаскивает щенка, скорее всего. Я сейчас упаду в обморок из-за всей этой крови, но всё же продолжаю делать, что она мне сказала. Я глажу живот, и до меня доходит, что тем самым я выталкиваю младенца.
-Все будет хорошо, моя милая, всё в порядке... - она успокаивает её, говорит ободрительные слова. И слава Богу, что она это делает, потому что я совершенно забыл, что это моя работа. Если честно, то я вообще не привык разговаривать с собаками, особенно с рожающими и скулящими. Я весь трясусь, и не могу отвести от Тессы глаз. Черты её лица сосредоточены, а окровавленные руки точно знают, что делают. Её голос мягкий и нежный, когда она говорит с Мэсси. Это работает. Собака скулит намного меньше, в то время, как я уже готовлюсь паниковать. И вдруг, она замолкает.
-Вот и всё.
Я поворачиваюсь к ней, она держит маленький, запачканный кровью комок шерсти, который двигается в её руках. С её лба стекает пот, но она улыбается. По-настоящему улыбается, с блестящими глазами.
-Смотри.
И тут я понимаю, что она обращается ко мне. Опускаю глаза на маленького щенка, и пусть это совершенно глупо, но я тоже начинаю улыбаться.
-А вот и мы.
Поворачиваюсь, чтобы увидеть возвращающуюся девушку с Марком, и поскольку он одет в белый халат, смею предположить, что он ветеринар. Перевожу внимание на Тессу, которая кладет щенка на шею к матери, вытирает руки об джинсы и разворачивается ко мне.
-Дилан? Дилан, всё нормально?
-Да,- ну или не совсем. Она опять выглядит взволнованно. А вообще-то нет, ничего не нормально, меня сейчас вырвет.
-Точно? Ты бледный.
Я чувствую, как она помогает мне встать, и поддерживает, пока мы проходим двор. Её рука вокруг моей талии. Ничего не понимаю, голова кружится, я сейчас и правда отключусь.
-Только не падай в обморок.
-Не буду.
Мы внутри, мне жарко и капли пота стекают по шее. Она сажает меня на стул, и уходит, чтобы принести стакан холодной воды, прежде, чем сесть рядом. Стало легче. Ненадолго закрываю глаза.
-Тебе лучше?
-Да.
Голова кружится меньше, и меня больше не тошнит. Наверное, я уже не такой бледный, потому что она выглядит менее взволнованно, но всё равно не сводит с меня глаз.
-Думаю, мы назовём его Дилан. Щенка.
-Ах-ах, очень смешно.
Но она, вообще-то, говорила серьёзно. Я выпрямляюсь на стуле, она делает тоже самое, готовясь поймать меня, если я вдруг упаду.
-Полегче, ты всё ещё бледный. Я не знала, что ты не переносишь вид крови, - я тоже не знал. -Мне жаль. И да, Дилан, спасибо, - я непонимающе на неё смотрю, потому что не могу понять, за что она меня благодарит. -Без тебя мы бы не спасли щенка. Так что, спасибо.
Я не знаю, искренне ли она это сказала. Ведь я ничего не сделал, ну кроме того, что побледнел и чуть не упал в обморок. Но я всё равно чувствую гордость, за то, что помог Дилан-щенку явиться в этот мир.