Глава 20. POV Эштон.
По словам Нортона, это было плёвым делом. Элис Конте жила одна, много друзей у неё не было, как и охраны тоже, поэтому убить её было проще простого. Странно всё это. Слишком просто...
Но, несмотря на уровень опасности, я должен был всегда подстраховываться, чтобы никто никогда не смог на меня выйти. Всё должно быть сделано чисто, без каких-либо изъянов, вот так я и работаю.
С приездом в Лондон я не хотел видеться со своим отцом и его новой гордостью – супер идеальной семейкой. Они меня раздражали. А мне перед делом нельзя было включать свои эмоции, они могут плохо повлиять на мою бдительность.
Сделать фальшивый университетский пропуск для Джека, проще простого, поэтому я проник в здание без проблем.
Мне нельзя было расспрашивать у студентов, учитывая тот факт, что сейчас у молодёжи языки бывают такими длинными, что уже через 2 минуту моя жертва знала бы, что кто-то про неё расспрашивает.
С такой же лёгкостью, я бы мог сам расспрашивать каждую девушку: « Ты, случайно, не Элис Конте? А то мне нужно её поскорей прикончить, а найти её я не могу. »
М-да, очень смешно, я как-то не привык, чтобы мои жертвы знали меня в лицо.
Пока я думал, как же мне разыскать эту выскочку, кто-то врезался в меня и уронил книги.
- Черт! – Крикнул я и зло посмотрел на ту неуклюжую дуру, что неслась по коридору сломя голову.
- Простите, я не видела вас, – спокойно и чётко произнесла она, ни разу даже не взглянув на меня, и наклонилась, чтобы собрать свои книги.
Ну, это было немного странно, учитывая тот факт, что ещё ни одна девушка не отворачивалась от меня ни разу не взглянув. Я нагнулся, чтобы ей помочь.
- Не стоит, я сама могу собрать свои книги, – резко сказала она. Хм-м-м, а вот теперь-то мне стало интересно.
Только я хотел спросить её о феминистических склонностях, как услышал:
-Мисс Элис Конте, я как раз вас и искал. Хотел сказать, что ваш доклад об истории Венецианского искусства просто бесподобен, вы проделали большую работу. Продолжайте в том же духе, и мы обсудим ваше будущее, – сказал какой-то слащавый паренёк, лет 28, больше смахивающей на трансвестита с наманикюренными ногтями и накрашенными глазами.
Но, больше всего меня поразил не его внешний вид, и даже не то, что он пытался заигрывать со своей ученицей, а то, что именно она и оказалась Элис Конте.
- Хорошо, Мистер Дитрикс, спасибо, – сказала Элис.
- О-о-о, Элис, милая, зови меня просто Кристиан, – сказал он уже тише, и подошёл к ней немного ближе.
Меня его действия стали конкретно раздражать, я не знаю почему, но мне очень хотелось ему врезать, по его худощавой морде. С таким анорексичным телосложением, он скорей отлетел бы от неё и как раз попал бы в цель, в сучек, что стоят в углу и пожирают меня глазами. Блядь, бесят! Я сжал руки в кулак, тщетно пытаясь подавить в себе гнев.
Элис всего лишь отстранилась от него, тем самым стала ближе ко мне. Кивнув, она даже ни разу не улыбнулась ему в ответ, хотя те, кто проходили мимо нашей маленькой компании здоровались и вызывающе улыбались то мне, то этому «профессору».
По каким-то непонятным моему мозгу причинам, моё сердце стало биться чаще, а лёгкие наполнились её запахом свежей клубники и мяты. Я на миг возвратился в детство, когда моя мама пекла нам с сестрой клубничные кексы, в то время как сама пила чёрный мятный чай.
Воспоминание о детстве успокоили мой пыл. Открыв глаза, я заметил, что «извращенец – профессор» скрылся у себя в кабинете, а Элис тем временем нагнулась, чтобы собрать остальные книги, подправив рюкзак на хрупком плече, быстро помчалась в сторону выхода, так и не заговорив со мной.
- Привет, меня зовут Джен. Ты новенький? Я тебя раньше не видела, – мило, заигрывающим тоном, сказала мне какая-то девица, чьё лицо для меня так и осталось серым пятном, потому что до сих пор стоял и пялился в дверь, откуда только вышла Элис Конте.
Но, кое-что в этой девице я всё-таки запомнил, до неприличия короткая юбка. На один перепих, сойдёт.
- Пошли, детка, так уж и быть, оттрахаю тебя, – сказал я, и ни разу не посмотрев на неё, взял за руку и потащил в мужской туалет.
Ох-х, поскорей нужно заканчивать с этим заказом. Чувствую, что он дорого мне обойдётся.