Глава седьмая.
Беатрис наклонилась к лежащему на земле человеку, но внезапно отшатнулась, заметив, что он лежит в луже, его руки изрезаны полностью, на них нет ни капли живого места.
-Кто-нибудь помогите! Здесь человек умирает! Скорее! Скорее!-девушка стала отчаянно звать на помощь.
-Ты чего разоралась?!-обратилась к ней женщина, идущая по улице.-Ты что не знаешь, что умерший умереть не может? Он так умирает уже в сотый раз. Бедняга с горя пытался исчезнуть отсюда, но ни передозировка наркотиков, ни прыжки с крыши высотных домов не помогут ему. Как не пытайся, нельзя умереть, когда ты уже мертв. -подытожила женщина.
-Тогда зачем он так? -в замешательстве спросила зеленоглазая.
-Зачем он мучает себя? Хочет доставить себе физическую боль и за счёт неё хоть как-то избавить себя от страдания. Заглушить душевную боль. Прыжки с крыши ему уже не помогают. Он взялся на наркотики и лезвия. -неизвестная сказала это с таким безразличаем, что Беатрис была потрясена.
-А что за блокнот рядом с ним?-спросила девушка
-Он, кажется, стихоплет. А блокнот для таких как ты, чтоб не беспокоили его. А то больно много всякой добродетели развелось. Ходила к нему одна, помогала, поддерживала. И что? Исчезла с концами. Нет ее, а ему травма. -женщина покачала головой и ушла. Девушка протянула руку и взяла загадочный блокнот.
Его обложка была, кажется золотистого цвета, но затерлась и запачкалась до такой степени, что это сложно было понять. Страницы были измяты и закапаны чем-то. Но очень красивый, мягкий, круглый и даже изящный почерк говорит о многих положительных качствах хозяина блокнота, Беатрис когда-то занималась изучением почерка и знала, что обозначает каждый крючек. Девушка начала читать.
*Я урод, и поэтому отвали,
мне не нужно ни ласки, ни нежности, ни любви.
прекрати мне писать и мой номер забудь вообще.
я живу в темноте и булыжник ношу в праще.
всякий, кто меня пробовал холить и целовать,
тот мгновенно отведал разряда в три сотни ватт,
потому что я тварь, не желающая добра.
дайте падали лучше у кладбища подобрать
и наесться, а после - отправиться на покой.
таким мразям, как я, спится здорово и легко.
даже в снах я кому-то все время мешаю жить:
иногда я детишек разыскиваю во ржи,
чтобы в спину толкнуть и смотреть, как они летят.
это злоба такое рождает во мне, шутя.
по ночам мне мешает лишь в горле застрявший ком,
я пытаюсь пробить его водкой и молоком,
но выходит все время противно до тошноты.
я и мерзость отныне общаемся лишь на ты.
правда, были когда-то прекрасные времена,
эх, сейчас бы на дозу их радостно променять!
может быть, даже вспомнится, что там не так пошло -
из полнейшего штиля нехилый родился шторм.
были тёплые руки, гостиницы, города,
были фразы по типу «в аду тебя не предам,
а отправлюсь с тобой, чтобы ванну принять в котле.
и пусть наши тела начинают совместно тлеть».
были даты какие-то, ссоры и нервный тик.
я давно наигрался, мне можно уже уйти?!
посмотри на меня, я моральный урод и мразь,
я божился и клялся почти бесконечность раз,
а из клятв и доселе не выполнил ни одной.
но стою здесь, такой отвратительный и живой,
что ни гром меня адский, ни молот не поразил.
поражаюсь лишь только, как выжить хватило сил?
как внутри до сих пор что-то ровно во мне стучит?
почему не исчезли, как будто огонь свечи
мои выдохи, вздохи и прочая ерунда?
очень хочется верить, что это какой-то дар:
проносить по земле только мерзость и темноту,
бить лежачих ногами уверенно по хребту,
и всех трепетно спящих подушкой во сне душить.
правда жаль, в глубине своей чёрствой, гнилой души,
я по-прежнему верю, что это отнюдь не так,
и по чьим-то зубам кулаком выбивая такт,
продолжаю шептать себе: «это ещё не всё,
из трясины и тьмы меня кто-нибудь да спасёт».
стопроцентно меня спасёт.
Девушка дочитала стих, с грустью закрыла старый блокнот, осознавая всю печаль этого человека.
-Зачем читала? Почему ты всё ещё здесь? Тебе пора бежать со всех ног, пока я тебя не уничтожил. Беги как можно дальше! -хриплый голос парня, лежащего на земле напугал Беатрис и она отшатнулась.
Его темные кучерявые волосы закрывали большую часть лица хаотичной своей копной. Из-под длинной челки зло выглядывали недовольные зелено-серые глаза. Лежащий на земле скорчисля от боли. Несколько секунд он пролежал в таком положении.
-Полегчало? Пошли со мной. -резко и уверенно сказала модель.
-Что? -он приподнялся на локте и поднял на Беатрис непонимающий затуманенный взгляд уставших зеленых глаз.
-Пошли. -ещё более уверенно сказала девушка и протянула ему руку.
Он глупо уставился на белую, изящную, протянутую ему руку и просто отказывался верить в происходящее. Оглядел свои грязные и местами окровавленные руки, но все же несмело протянул одну из них девушке и даже попытался подняться. Не с первой попытки, но ему это удалось.
-Мое имя Беатрис. Как тебя звать?-поинтересовалась девушка.
-Меня больше не существует. Моего имени нет, меня нет. Я умер и мое имя умерло вместе со мной.-отрешенно говорил парень.
Они шли по улице и фиолетовая дымка начинала постепенно покидать город. Наконец девушка смогла более детально разглядеть место, в которое попала. Они шли по грязной улице. Люди здесь спали прямо на земле. Тут не было домов и каждый просто ютился в своём углу. Почти все спали и это говорило о том, что сейчас очень ранее утро. Те, кто не спал, очень странно уставились на идущих. Не самый опрятный парень с изрезанными руками для этого района был нормой, но вот ухоженная девушка в красивом костюме совершенно не вписывалась в здешнюю атмосферу.
-Раз у тебя нет имени, мне придется тебе его дать. -рассудила Беатрис. -Я буду звать тебя Лун. Мне очень приятно познакомиться с тобой, Лунный поэтический друг.-с улыбкой произнесла она.
Юноша, живя в районе Яискер Окандр фактически не видел улыбок и выражение лица девушки произвело на него сильное впечатление.
Медленно новые знакомые приблизились к Ано району.
*автор стихотворения Владимир Листомиров
